"Фантастика 2023-162", Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Однако новое правительство, прозванное «кабинетом баронов» (среди его членов было пять титулованных аристократов и два директора крупных корпораций), явно не пользовалось поддержкой — и не только населения, но и ведущих центристских партий, не говоря уже о левых. Поэтому военные не решились довести дело до конца и вывести на улицы войска, а сначала постарались заручиться поддержкой справа.
Шлейхер начал переговоры с нацистами об условиях их вхождения в правительство. На свою беду он вел их одновременно с тремя нацистскими деятелями — Гитлером, Штрассером и Рёмом… Гитлер требовал себе поста рейхсканцлера, на что генерал был не согласен: ведь он сам метил на него, ради него поступился «честью немецкого офицера» и ударил в спину Гренеру.
В итоге переговоры провалились, а в последних числах ноября правительство Папена также ушло в отставку. Наконец-то Шлейхер сам занял вожделенный пост рейхсканцлера. Увы, ненадолго… В конце января командующий 1-м военным округом генерал-лейтенант фон Бломберг посетил Гинденбурга и от имени рейхсвера потребовал создания коалиции с широким участием нацистов. 28 января под давлением Гинденбурга Шлейхер подал в отставку, а на следующий день он, вместе с Хаммерштейн-Эквордтом и начальником центрального управления министерства рейхсвера генералом фон Бредовом, предложил Гинденбургу назначить рейхсканцлером Гитлера.
30 января 1933 года Гинденбург назначил нового рейхсканцлера — Адольфа Гитлера. Военным министром в правительстве Гитлера стал фон Бломберг, но уже 1 февраля генерал фон Бредов был смещен со своего поста и заменен генералом Вальтером фон Рейхенау, известным своими симпатиями к нацистам. В октябре 1933 года генерал Адам был назначен на должность командующего 7-м военным округом, а вместо него начальником Войскового управления стал генерал Людвиг Бек — будущий руководитель заговора 20 июля 1944 года, после провала не сумевший даже как следует застрелиться…
1 февраля 1934 года Хаммерштейн-Экворд был также отправлен в отставку, а должность главнокомандующего сухопутными силами занял генерал Фрич. Шлей-хер более не занял никаких военных постов и 30 июня 1934 года был убит во время «Ночи длинных ножей» вместе со своим старым знакомым Эрнстом Рёмом…
Столь долгий экскурс в историю возникновения нацистского режима мы привели здесь, чтобы показать: будущая «оппозиция» Гитлеру в свое время приложила немало усилий, чтобы привести его к власти, естественно, на роли младшего партнера в коалиции. То же можно сказать и про «гражданское» крыло заговора 20 июля, и в первую очередь про его лидера, Карла Гёрделера, имперского комиссара по ценам, обер-бургомистра Лейпцига, а затем советника при дирекции электроконцерна «Бош».
В отличие от военных, в мире крупного бизнеса не существует чинов и званий, и даже по занимаемой должности не всегда можно определить истинный вес топ-менеджера. Однако еще в 1932 году Брюнинг, уходя с поста рейхсканцлера, рекомендовал Гёрделера как своего преемника. Уже в 1935 году, при его уходе с должности рейхскомиссара по ценам, Крупп предлагал Гёрделеру занять пост в совете директоров своей компании. Тогда это запретил Гитлер, очевидно, полагая, что перескок крупного государственного чиновника с поста контролера за ценами в кресло директора крупной частной корпорации будет выглядеть слишком вызывающе, особенно на фоне тогдашней антикапиталистической риторики нацистов. Это позднее, к началу 1940-х, россказни о «национальной революции» и вообще о революционном характере нацистского режима прекратились, задевать друг друга даже на словах у участников коалиции стало не принято…
На этом фоне обстановку, царившую в нацистской Германии, трудно назвать иначе, чем коалиционной грызней: каждый из участников коалиции преследует свои интересы и отказывается брать на себя чужую работу, особенно там, где она не соответствует его интересам. Из-за этого саботажа приходится создавать параллельные, дублирующие структуры, которые начинают конфликтовать с уже существующими.
 
Крупный бизнес Германии вовсе не был заинтересован в выполнении социальных программ нацистов, скептически относился он и к внешней экспансии, осуществляемой военными средствами, предпочитая экспансию экономическую и не желая рвать устоявшиеся связи с партнерами из западных стран. В этом плане военная экспансия на Восток была ему более по душе — отсюда родился и «Генеральный план „Ост“», и менее глобальные планы по освоению «Восточных территорий», к которым приложили руку деловые круги. Достаточно вспомнить скромного юриста Эрхарда Ветцеля, советника по юридическим вопросам при руководстве НСДАП, а затем заведующего расово-политическим отделом Министерства Восточных территорий. Один из главных разработчиков «Плана „Ост“» (а по совместительству — видный теоретик «окончательного решения»), вернувшись в 1956 году после советской тюрьмы в Западную Германию, он сразу же получил там пост советника министерства внутренних дел Нижней Саксонии — то есть даже через 15 лет сохранил свой вес и связи в определенных кругах. Можно также вспомнить, что Людвиг Эрхардт, отец западногерманского «экономического чуда», многолетний министр экономики в правительстве Аденауэра, в итоге сменивший его на посту бундесканцлера, начинал свою карьеру экономиста в Имперском министерстве экономики под непосредственным начальством все того же группенфюрера Отто Олендорфа…
Напротив, военные выступали за силовую экспансию, хотя побаивались Англии и поначалу считали внешнюю политику Гитлера излишне авантюрной. Однако почти все они дружно не любили нацистов, особенно же их военизированные структуры, не подчиняющиеся армии. Нацисты платили генералам той же монетой, а Геринг вообще взялся за создание собственного рода войск — Люфтваффе, целиком подконтрольного ему, а через него — партии. Чуть позже при партии начала создаваться и отдельная сухопутная армия — СС. Естественно, это не могло понравиться генералам, особенно если учесть, что к 1939 году затраты на авиацию составляли уже треть всего военного бюджета Германии. В конце концов рейхсмаршал дотянулся даже до флота: когда началось строительство авианосца «Граф Цеппелин», Геринг добился, чтобы палубная авиагруппа корабля подчинялась ему, а не флоту. В итоге авианосец так и не достроили, но ВВС свои палубные самолеты построили и испытали — хотя и оказалось, что делать им совершенно нечего…
В этом свете становится понятным и отсутствие особо теплых отношений между армейцами и авиацией и явная, демонстративная (и взаимная) неприязнь военных к эсэсовцам. Вовсе не потому, что СС занимались чем-то нехорошим (сами армейцы кое-где прекрасно занимались тем же самым), а потому что они — «чужие». При этом и в нацистах, и в их методах так или иначе нуждались все участники коалиции, но всячески старались от них дистанцироваться: дескать, мы тут ни при чем, у нас ручки чистенькие…
Отсюда — все подковерные игры армии, противостояние ОКХ и ОКВ («карманного» Генштаба, созданного Гитлером под себя), постоянная «оппозиция» генералов планам Гитлера, доходившая до открытого неподчинения и саботажа. Отсюда такой же саботаж представителями старых политических элит и крупного бизнеса решений и программ нацистских властей — там, где они не отвечали интересам деловых кругов Германии. Совершенно наособицу стояла корпорация дипломатов «старого» Министерства иностранных дел, которая в «коалицию» не входила и действительно пребывала в ужасе от ее совместных планов.
В результате создается впечатление, что разные структуры Рейха работали как бы спиной друг к другу, делая вид, что другой структуры просто не существует. Хотя при этом нельзя не признать великолепное взаимодействие ВВС с сухопутными войсками на тактическом и оперативном уровне.
Ну и, конечно, возникает невольный вопрос: если даже в условиях взаимного соперничества, подсиживания и разброда нацистское государство сумело добиться весьма серьезных успехов — как экономических, так и военных, — то что же было бы без этого разброда. А главное, какие силы смогли разбудить нацисты, если им все равно удалось то, что не удалось никому?.. Что бы произошло, если бы в Германии действительно случилась настоящая — а не фальшивая — революция, сумевшая консолидировать все политические силы страны или хотя бы заставить их, пусть даже грубой силой, не тянуть каждая в свою сторону и работать в одной упряжке, как это было в СССР?..