"Фантастика 2023-162", Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Постарайся незаметно подойти к самой правой нише.
— Зачем?
— Ты будешь делать, что тебя говорят?
Обреченно вздохнув, я повиновался Тоготу. Оказавшись возле ниши, я осторожно покосился через плечо: туристы рассматривали древние камни, рабочие тянули провода…
— Теперь вспомни цифры.
— Пятнадцать и тридцать два.
— Отсчитай тридцать второй камень по вертикали и пятнадцатый по горизонтали.
Я занялся несложными вычислениями.
— Теперь надави на него.
Я надавил. Никакого эффекта не последовало. Я уж ожидал, что вот сейчас откроется потайная дверь и оттуда…
— А теперь вновь нажми и повтори за мной заклятие открытых ворот.
Я сделал точно, как сказал Тогот. Камень ушел в глубь ниши, открыв небольшое углубление, внутри которого…
— Протяни руку и забери жука.
Я повиновался. Мгновение я рассматривал перламутрового сверкающего жука.
— Вот, собственно, и все, — продолжал Тогот. — Осталась мелочь — в целости и сохранности вернуться в отель.
При этих словах холодок пробежал у меня вдоль позвоночника. Я резко обернулся. Ситуация у меня за спиной, то есть на третьей террасе, кардинальным образом изменилась: во-первых, с террасы убрали всех туристов, кроме меня. Во-вторых, все рабочие, а их стало вдвое больше — человек десять, смотрели в мою сторону, причем у нескольких в руках появились большие мачете самого зловещего вида.
— И ты называешь это «безграмотными чернокнижниками»?
— Убери находку в карман штанов, а потом… колдовство или рукопашный бой, как ты думаешь?
— А просто смыться не получится?
— Боюсь, что пентаграмму ты нарисовать не успеешь.
— Замечательно…
Если честно, то я был совершенно не в настроении драться. На сегодня я уже и так вымотался, залечивая раны. Потом все эти прогулки по жаре тоже сил не прибавляли.
— Ну, соберись. Впереди тебя ждет прогулка по Нилу и вкусный обед.
— Боюсь, что в этот раз он состоится без меня, — проворчал я и начал читать защитное заклятье. В первую очередь защитить свою жо… — Кстати, мой милый друг, по возвращении, я даже представить себе не могу, что я с тобой сделаю.
— Вот и не мучай свою фантазию… А теперь приготовься. Значит, так. Медленно идешь к выходу, потом резко бьешь заклятием по тем, что справа, их больше. Пока они будут приходить в себя, разберешься с остальными, а там посмотрим.
Я так и поступил.
Ударная волна заклятия смела противников справа от меня, словно это были не люди, а бумажные кегли. Она разметала их по каменной площадке террасы, и они остались лежать, постанывая. По крайней мере, я постарался сформулировать заклятие так, чтобы никого не убило. И гуманизм тут вовсе ни при чем. Просто в случае чего не хотелось оказаться крайним в чужой стране…
А потом начались прыжки и фортели в духе Джеки Чана. Если бы я сражался насмерть, в полную силу, то все было бы просто. Один удар — один враг, но я пытался не убить, а нейтрализовать противника, желательно при этом не переломав ему все кости. Вихрь быстрых, как молнии, движений и прыжков — сволочь Тогот, а ведь я на следующий день едва мог рукой пошевелить — и четверо рабочих мирно покоились на каменных плитах.
После чего я быстренько выскользнул через арку к началу лестницы и заложил вход запретным заклятием. Не таким сильным, конечно, — ведь не мог же я при всех, а на двух других террасах и на лестнице было несколько сотен туристов, начать мазать кровью древние святыни. Ну, ничего, то заклятие, что я наложил, задержит «рабочих» часа на два, а то и более. После чего, проскользнув через ограждение с табличкой «Проход временно закрыт», я смешался с толпой немцев, которые взирали на неожиданно возникшее ограждение, словно бараны на новые ворота. Меня порадовало лишь то, что с того места, где столпились эти олухи, не было видно происходящего на верхней террасе.
Протиснувшись сквозь толпу законопослушных иностранцев, я поспешил вниз, к автобусу, сильно жалея о том, что пластиковая бутылочка минералки осталась где-то там, наверху…
 
Однако потерю минералки мне компенсировал вид нашего гида. Спускаясь по лестнице, я первым заметил его. Он стоял и болтал с полицейскими. Однако стоило ему заметить меня, он разом сдулся, словно стал меньше ростом. Когда же я направился в его сторону, он, быстро распрощавшись со своими собеседниками, пулей метнулся за автобус.
Я последовал за ним. С чего это он взял, что ему удастся скрыться от меня? В тот момент, когда он решил, что находится в полной безопасности, я ухватился рукой за воротник его темно-синей рубашки, подтащил поближе и заглянул ему в глаза. А в глазах этих было написано только два слова: «виновен» и «боюсь». Наверное, он думал, что я тут же, за автобусом, заживо сдеру с него кожу. Ан нет. Вместо этого я широко улыбнулся и медленно, тщательно выговаривая слова, так, словно разговаривал с несмышленым малышом, поинтересовался:
— Ты, друг, ничего не хочешь мне рассказать?
Он побледнел, точнее посерел, и стал похож на большой прогоревший окурок. Не в силах вымолвить ни слова, он лишь затряс головой и в ужасе закатил глаза:
— Я… я… — только и мог повторять он дрожащими губами. — Я…
— Ничего не хочешь рассказать? — повторил я свой вопрос.
— Отпустите меня! Я не понимаю, что вам от меня надо! — взвизгнул он.
Я выпустил его кофту.
— И запомни, чучело египетское, еще один такой фортель, — я кивнул головой в сторону храма царицы всея Египта, — и я займусь тобой по-серьезному.
  
Глава 8
 
ПЕРЕВЕЛИ МЕНЯ ЧЕРЕЗ МАЙДАН
 
 
 
 
Решили два еврея похитить самолет,
 
Чтобы таки имели надежный перелет.
 
Продумали до тонкости возможные ходы
 
И для конспиративности набрали в рот воды.
 
 
 
Купили в «Детском мире» двуствольный пистолет,
 
Две бомбы зарядили и спрятали в жилет,
 
Сварили по цыпленку, махнули два по сто
 
И мирно сели в лайнер «Москва — Владивосток».
 
 
 
А. Северный
 
Над головой вспыхнул зеленый сигнал, и автобус неспешно покатился вперед к стеклянному терминалу таможни.
На мгновение я повернулся к окну. Только начинало светать. Оранжево-желтая полоса уже протянулась над восточным краем неба, точно как там, в пустыне далекого Египта. На площадке возле терминала было пусто, только машина с Пашей и моряками стояла сбоку у здания, и один из моих матросиков вместе с усатым таможенным офицером рылся в моторе. Эти ребята не подведут.
Я кивнул Иванычу, и тот ответил мне едва заметным кивком, мол, все готово. До этого момента мы вели себя словно совершенно незнакомые люди. Викториана предупреждать не нужно было. Маркграф, его напарник, все время рвался в бой, так что покой нашему колдуну только снился.
— Итак, пока все сидят в автобусе… Я схожу узнаю, как нас примут. С вещами выходить или без, — пробубнила в микрофон молоденькая сопровождающая. С тяжелым вздохом гидромотор распахнул переднюю дверь, и наш гид быстрым шагом направилась к стеклянному зданию.
Я осторожно толкнул Фатю, которая спала, положив голову мне на плечо.
— Пора вставать, приехали, таможня.
Фатя подняла голову и огляделась с таким видом, словно не понимала, где она находится, потом повернулась ко мне:
— Уже?
— Пора, — и я шепотом начал бормотать защитное заклятие, сначала для себя, потом для нее. Стоило мне закончить речитатив, как в голове моей вновь зазвучал такой родной и столь же ненавистный голос.
— Видишь, сам все вспомнил. Кто хорошо учится, тот долго живет…