Кокон (СИ)

— Что-то случилось, детектив? — спросил дежурящий на первом этаже Уилбер Тредсон.
— Срочный вызов в Пайнкрофт, конец Форест-лейн, — коротко ответил тот старику, расписываясь в дежурном журнале. — Если спросят — мы уходили вместе с сержантом Митчеллом.
— Понял, дружище, — Уилбер широко улыбнулся, демонстрируя подгнившие зубы, а затем бросил вслед детективу. — Скажи Биллу, что он должен мне десятку после сегодняшней игры «Маринерс»!
Дорога до дома Митчеллов занимала не больше получаса, однако меньше всего Джеймс сейчас думал о том, что на него вывалят очередную порцию недовольства. Встревоженный голос Одли все не выходил из головы. Джек был один из тех, кто к работе полицейского относился просто как к работе. Кража со взломом? Передоз? Несчастный случай? Ему все было едино. Впрочем, как и многим другим. Детектива Сэвиджа всегда раздражали подобные люди. Для него гордое звание полицейского всегда было призванием, но половина, если не большая часть, департамента попросту порочила его и поступками, и отношением.
Взять того же Митчелла. Он поднялся от детектива до сержанта достаточно быстро только благодаря связям с комиссаром Бэннетом. Этот лентяй был мастером трепать своим языком, в этом Митчеллу не откажешь. Он удобно расположился в кресле руководителя их отдела департамента, и не собирался двигаться дальше. Его все устраивало, ведь он легко мог жить в комфорте и достатке. Таковы реалии города. Одинокого, заброшенного, забытого всеми и медленно доживающего свои бессмысленные дни. Как и сам Джеймс.
Машина неслась по дороге, и огни Даунтауна разгоняли плотно облепивший город мрак. Луна серебряным серпом сияла подобно коварному оскалу, насмехаясь над Джеймсом. Весь город мирно спал, и только он несся в неизвестность, захваченный беспокойными мыслями. Детектива не покидало ощущение, что первоначальная его догадка была ошибочной, как бы он не хотел иного. А вдруг не несчастный случай? Вдруг это была насильственная смерть? Если бы только Одли раскрыл больше деталей и не торопился… Он терпеть не мог неясность, и больше всего бесило то, что вместо того, чтобы рвануть прямо к месту происшествия, нужно прикрывать неблагодарную задницу этого любителя бейсбола.
Машина затормозила на подъездной дорожке. Одной из множества одинаковых дорожек у одинаково ухоженных домов района Эджвуд. Гравий неприятно хрустел и впивался в подошву, когда Джеймс быстро шагал к входной двери, украшенной потертым номером «179». Свет в доме не горел. Скорее всего хозяева уже легли спать, однако подойдя ближе, детектив приметил едва горящий свет в гостиной. Значит, Билли либо еще не спит, либо задремал прямо перед телевизором…
На настойчивый стук поначалу никто не среагировал. Джеймс повторил, приложив куда больше усилий. Пользоваться дверным звонком смысла не было — он был сломан уже года три как, но заботливый семьянин и хозяин все никак не мог выделить время, чтобы починить его. Ведь он так занят на работе…
Наконец-то в глубине дома послышалось движение, а затем, ругаясь себе под нос и протирая глаза, в дверях показался и сам сержант.
— Джимми? — просипел он. Значит, все-таки уснул. — Какого черта… Который час?
— Время дежурства, дружище, — процедил Джеймс, стараясь выглядеть как можно более недовольным, чтобы у Митчелла даже не возникло мысли начать перечить. — У нас вызов. Идем.
— До утра не подождет? Что могло такого страшного произойти, что надо срываться прямо сейчас?
— Не забывай, что ты, вообще-то должен был быть в офисе сегодня. Вместе со мной. И уж тем более не дрыхнуть перед теликом у себя дома. У Брэйвью нашли труп.
От новости сонливое ворчание Билла тут же как рукой сняло.
— У Брэйвью? — переспросил он, глаза сержанта округлились. — Утопленник?
На что Джеймс лишь покачал головой и поежился, поплотнее укутываясь в куртку.
— Пока сам не знаю. Одли выехал по звонку диспетчера, криминалисты уже в пути. Мы должны быть там. Вместе, — последнюю фразу мужчина произнес с нажимом, но Билл и так уже был совершенно серьезен.
  
Он буквально за пять минут, будто вспомнив времена обучения в полицейской академии, полностью собрался и выглядел достаточно посвежевшим. По нему и не скажешь, что этим вечером сержант отлынивал от служебных обязанностей. Быстро объяснившись с супругой, Билл прыгнул в машину с таким видом, словно это Джеймс его задерживал, а не наоборот.
Теперь путь лежал на запад, в старую часть, и стоило им выехать за пределы города, темнота обступила машину, разгоняемая лишь светом фар. Черные силуэты леса и гор на фоне почти сливались с ночным небом, отчего ощущение пространства терялось. Пропустить поворот было сущим пустяком, но выросший в Эйберсвуде детектив хорошо знал все окрестности. А тьма ночного леса его, в отличие от приезжих, не привыкших к такой близости к дикой природе, ничуть не пугала.
Дорога по Форест-лейн казалась невыносимо долгой. Скорость пришлось сбавить, как бы не хотелось детективу поскорее оказаться на месте, но сохранность машины была дороже — от старого асфальтового настила уже почти ничего не осталось. А вскоре показавшиеся за очертания света подсказали — они почти на месте.
— Спасибо что прибыли так быстро, сэр! — быстро отчеканил подбежавший к притормозившей машине Джек Одли. Изо рта его вылетали мелкие белые облачка.
— Ну что вы, не могли же мы оставить без внимания такое происшествие. Трагедия, настоящая трагедия… — Билл умело играл голосом, добавляя своему баритону глубоких ноток, отчего многим он казался решительным и уверенным в себе. Но у Джеймса вся эта напускная бравада вызывала лишь раздражение.
— Уже есть какие— то подробности? — поинтересовался детектив, оглядываясь вокруг. Помимо криминалистов и вызванной машины скорой помощи, у старого ограждения был припаркован «Форд», видимо, принадлежавший свидетелям, о которых упоминал в звонке офицер.
Сине-красные огни патрульных машин играли на уставшем лице Джеймса.
— Молодая пара из Ванкувера, приехали в поход с ночевкой. Ну и… — Одли тяжело вздохнул, — нашли вот такой сюрприз.
Он кивком головы указал в сторону озера, едва виднеющееся отсюда.
— Криминалисты уже обследуют место, — поспешно заверил Джек.
— Я присоединюсь к ним. Билл, еще раз поговори со свидетелями, — заявил Джеймс, и Митчелл едва заметно кивнул. Он знал, что тут от него пользы будет больше. Учитывая его достаточно брезгливое отношение к мертвым телам.
Джек сопроводил меня по узкой тропке, усыпанной хвоей и припорошенной легким снегом. Света фонарика едва хватало, чтобы видеть дорогу и не наткнуться на что-нибудь. Казалось, из мрака вокруг них чьи-то глаза пристально следили за каждым шагом чужаков. Сэвидж невольно поежился — ему хотелось верить, что дело в осеннем холоде.
Казалось, дорога была бесконечно долгой, когда Одли заверил, что они уже почти на месте. К удивлению, Джеймс понял, что все это время они шли не в сторону озера, в все дальше вглубь леса. Вскоре, подобно острову света, впереди показалась окруженная желтыми лентами поляна, где уже во всю работали криминалисты.
Яркие лампы были выставлены по периметру, и в скорбном свете софитов, прямо по середине этой сцены, лежало обнаженное тело. Джеймс, аккуратно перешагнув самодельную ограду, прошагал вперед, стараясь ступать осторожно, чтобы место преступления оставалось нетронутым как можно дольше. Судмедэксперты и криминалисты на мгновение отвлеклись, чтобы поздороваться и представиться, но тут же вернулись к работе, продолжая щелкать камерами.
Бросив внимательный взгляд на тело, дрожь судорожной волной пробежалась по спине детектива. Ему, конечно, приходилось за пятнадцать лет не слишком успешной карьеры видеть всякое, но с подобной жестокостью Джеймс сталкивался впервые.
Девушка была совсем молодой, не старше двадцати пяти, но следы многодневного разложения сделали некогда прекрасное лицо пародией на него. Волосы спутались, собрав в себя кусочки травы и мха, мутные глаза на зеленоватой коже уже были на выкате, грозясь вывалиться из глазниц. Фиолетовый язык распух, заполнив ротовую полость.