Хочу твоим первым (СИ)

Я задыхаюсь от растекающейся внутри меня нежности и желании как-то облегчить его боль. Сказать, что я согласна ему поверить и согласна снова попробовать.
Мне кажется, сейчас во мне должен произойти какой-то перелом, когда я окончательно определюсь, чего стоит моя любовь.
Она ведь должна уметь находить компромиссы. Должна быть способна на то, чтобы понять и принять позицию своего партнера.
Должна давать шанс на восстановление утраченного доверия.
Если он и правда не думал в тот момент, что именно он говорит…Если за него держали слово злость и отчаяние…
Я ведь и сама оказалась неправой, когда на его глазах полезла целоваться с Володей. Сильно пожалела об этом потом и переживала сильно, не понимая, зачем я так поступила.
Он же это принял, не захотел от меня отказываться…
И почему я все время думаю, что со мной произойдет точно такая же печальная история, какая приключилась с сестрой? Гордей и тот парень, они же совсем разные…Даже и близко не стояли, чтобы появилось основание их хоть как-то сравнивать.
...
Такси въезжает во двор как раз в тот момент, когда слова прощения готовы сорваться с моего языка. Но я не успеваю ничего сказать, потому что сразу следом за сестрой, которая едва успевает вытащить Игоряшу из салона и подхватить его на руки, перед нами появляется еще и другая машина.
Блестящая и такая же дорогая, как у Гордея, если судить по внешнему виду. Возможно, еще дороже. А из нее...
О, боже мой!
Выскакивает его брат и не сбавляя хода, надвигается прямо на Виолу.
Вздрагиваю и подбираюсь.
Я не понимаю, откуда здесь Демьян, а главное, почему он так пристально и не отрываясь смотрит на мою сестру и ее малыша.
Если он приехал следом за Гордеем, почему он, полностью игнорируя нас, стоящих тут же в десяти шагах, решительно и по прямой траектории направляется к ней?
Кидаю взволнованный взгляд на Гордея, и вижу, что он также смотрит, не отрываясь, на своего брата.
При этом на лице его такое выражение, словно он только что столкнулся с каким-нибудь приведением или демоном.
Он…так боится брата?
Согласна, в Демьяне чувствуется опасность, еще какая, также как неуправляемая хищность, что время от времени проскальзывает и у самого у Гордея. Я просто до жути теряюсь в присутствии этого надменного парня с внимательным цепким, но в то же время искушающим, взглядом.
Но тогда почему Гордей не боялся его ни капли, когда мы находились все вместе в одной квартире? Там Гордей чувствовал себя абсолютно комфортно в присутствии брата.
Что же изменилось теперь?
…
Я не понимаю, но инстинкт тянет меня подойти к сестре, потому что именно к ней я сюда и ехала.
И только сейчас осознаю, как, оказывается, сильно успела соскучиться по ней и нашему маленькому Игорьку.
- Извини, - бормочу Гордею. – Это моя сестра приехала с малышом. Надо подойти, помочь.
Возможно, Гордей тоже захочет познакомиться.
Но не успеваю сделать и нескольких шагов, как замираю и в недоумении смотрю на разворачивающуюся перед глазами сцену.
Демьян подлетает к Виоле и полностью перекрывает им с малышом путь к отступлению. По факту, он чуть ли не прижимает их обратно к машине, и когда сестра с Игорьком на руках пытается отвернуться от него, он не дает ей такой возможности, принуждая стоять и смотреть на него.
- Да пошел ты! – громко взрывается она и резко дергается, когда он кладет свою руку, поддерживающую малыша под спинку поверх ее.
Он что-то говорит ей на ухо, отчего щеки Ви покрываются легким, чуть розоватым румянцем, что совершенно не свойственно для моей бойкой и острой на язык сестры.
- Сука, блин, - только доносится до меня, и снова «пошел вон» и «отстань» голосом, пропитанным отчаянием от моей Ви.
И пока я все еще туплю, Гордей чуть отодвигает меня за плечи, и оказывается максимально близко от них.
Каким-то образом протискивается между Демьяном и моей сестрой и довольно сильно толкает Демьяна в грудь.
Я понимаю, что он отталкивает его от Виолы.
- Успокойся и сбавь обороты, - бросает ему тоном, не терпящим возражений.
 
И сразу же получает такой поток нецензурных выражений, который я не слышала, наверное, за всю свою жизнь.
- Тебе че здесь надо? – взрывается Демьян на него, а потом переводит полный засасывающей черноты взгляд на меня.
Усмехается недобро и снова сосредотачивает свое внимание на Ви.
- Думала, удастся сбежать, да? - тянет устрашающе. - Думала, блин, не достану тебя здесь? Думала, получится скрыть, что ребенок мой?
- Ты сам от него отказался, если помнишь, даже разбираться не стал. Что тебе нужно от нас теперь! – выпаливает сестра, а я решаю, что, наверное, это какая-то очень большая ошибка.
Просто-очень-сильно-огромная-ошибка.
Должно быть, я от усталости все не так понимаю, или ослышалась.
А может, после всех переживаний я просто беру, и схожу с ума?
«Ребенок мой», «удастся сбежать».
То есть…то есть….
Нет, нет и нет…О боже, только не это, нет…
- Арин, - резко поворачивается сестра и, наконец, меня замечает.
Кажется, последние мысли, которые промелькнули, я произнесла вслух.
- Виол…привет…
Лицо ее белее мела, руки мелко подрагивают.
Хорошо, что Игорек сладко спит, и ничего вокруг просто не замечает.
Лиза подбегает и пытается перехватить Игорька на руки, но Демьян отталкивает ее куда-то в сторону.
- Пошла вон, - бросает девушке грубо.
Лизины острые скулы в мгновение становятся пунцовыми.
- Сейчас вы поедете со мной, - говорит Демьян, снова обращаясь исключительно к моей сестре. – Без вариантов.
- Нет.
В глазах сестры читается решительный вызов.
- Поедешь, Ви, еще как поедешь.
- Никуда она с тобой не поедет, если не захочет, - тут же отбивает ему Гордей и сестра бросает на него быстрый благодарный взгляд.
А вот я почему-то совсем не испытываю никакой благодарности к Гордею.
Он брат того человека, из-за которого сестра перенесла столько страданий и проплакала столько длинных бессонных ночей и которого я привыкла презирать больше всех остальных людей.
Они братья. Росли вместе, общаются, дружат.
Это Демьян тот бесчувственный отвязный мажор, который таскается по клубам и который сунул Ви деньги на аборт, вместо того, чтобы протянуть руку помощи и по меньшей мере не быть с ней таким грубым.
А теперь, по какой-то непонятной дурацкой прихоти, он преследует сестру и пытается отобрать у нее ребенка. Малыша, которого она родила и растит полностью сама.
Самое ценное, что может быть у матери.
Как жестоко, цинично, бесчеловечно…
Я ненавидела его, не зная, почти целый год. И теперь, узнав о его новых планах, буду ненавидеть еще сильнее.
А Гордей, он…знал обо всей этой ситуации? Совсем не удивился, когда увидел их вместе, только испугался.
Не хотел, чтобы я узнала об этом? Поддерживает брата?
Он не говорит ему, что прекрати и оставь все попытки. Он просит только лишь не пороть горячку именно сейчас…
Теперь я начинаю понимать, с кем Гордей зависал в клубе и кому говорил о том, что выбросит меня после первого же использования.
Это с ним…они меня обсуждали там. Он сказал Бельчонок, и Демьян, еще не зная меня, уже был в курсе, как меня называет его брат…
Все сходится…
Посмеялись, там, наверное, надо мной.
Сознание складывает пазл и формирует один единственный, возможный в данной ситуации, вывод.
Все окончательно и бесповоротно летит в глубокую, пожирающую любой намек на благоприятный исход событий, пропасть.
  
Глава 53. Не говори мне ничего
 
"Нельзя перелетать от горя сразу к счастью".
У. Шекспир
Арина
Мир вокруг меня рассыпается, словно карточный домик, но я ничего не могу с этим поделать или как-то на это повлиять.
Гордей сказал брату, что выбросит меня, как только использует, а его брат и есть тот парень, который бросил Виолу, зная, что она беременна.