Хочу твоим первым (СИ)
А вот сейчас я еще и дышать не могу, и на ногах держусь крайне шатко, надломленно. Что за напасть. Не хочу.
И ведь обратно не повернуть уже, поздно.
А в голове снова это навязчивое и непонятно откуда берущееся, не мое, а Манькино: красивый, красивый, красивый.
Какой же он красивый.
Нравится, как он стоит, широко расставив ноги, как небрежно держит руки в карманах, выставив при этом большие пальцы. Дрожь проносится от наблюдения, как слегка приоткрываются его губы, когда он кидает взгляд на мои, стоит мне поравняться с ним, чтобы сейчас же проскользнуть мимо.
Мимо, сделав вид, что мы совершенно незнакомы. Незнакомы. Не сталкивались, не виделись, не говорили.
- Зачетная девочка, - вдруг комментирует один из его приятелей, когда я, донельзя смущенная, резво несусь вперед. Не останавливаясь, не оглядываясь.
- Заткнись, Фир, - слышу знакомый тембр, и кожей, спиной, всеми нервными окончаниями чувствую, как парень меня нагоняет.
Подавляет своей энергетикой. Вызывает аритмию. Не только сердца, всех органов.
- Ну вот, даже искать не пришлось, - говорит весело, и начинает идти так близко, что то и дело задевает плечом.
Отшатываюсь, он снова рядом.
- А я уже попросил нужного человечка пробить номера вашей тачки. Теперь не понадобится, - произносит небрежно.
У меня никогда не случалось еще перепадов давления, мне кажется, сейчас я приобретаю в этом стремительный опыт.
Но все же стараюсь не подавать вида, что я разволновалась.
- Отстань от меня, - говорю твердо, смотря четко на дорогу, - пожалуйста, отстань. Возвращайся к своим друзьям. Не приставай.
- Еще даже не начинал, - хмыкает парень. И тут же бросает новый вопрос.
- Куда идешь?
- В магазин, - цежу хмуро сквозь зубы.
- Опять?
Не вижу, потому что все еще смотрю вперед, но уверена, что в этот момент одна из его бровей красиво изгибается.
- Да. Забыли…купить хлеб.
А вот и заветные ступеньки, и раздвижные стеклянные двери.
Ускоряюсь, заныриваю в магазин и только тогда ощущаю себя в относительной безопасности. А еще чувствую дурой. Ну что я переполошилась, словно гусыня.
Только эта мысль не дает мне просить у сотрудников выпустить меня через служебный выход. Да и спрашивать начнут, боязно. Ведь я не сильна в непринужденном общении, для меня это сложно.
А парень все маячит перед входом, как будто никуда не торопится.
Боже мой, не уходит. Я уже три очереди пропустила. Дальше оставаться здесь уже невмоготу.
- Что так долго? – бросает хмуро, продавливая своим присутствием, едва я вываливаюсь на улицу, - давай помогу.
Но я стремительно прячу пакет за спину.
- Нет, - произношу твердо, огибаю его и начинаю быстро перебирать ногами к тетиному дому.
- Не люблю это слово, - комментирует парень, - да и не привык.
- Значит, привыкай, - огрызаюсь я, радуясь собственной смелости.
- Кстати, меня зовут Гордей.
Я молчу, хотя думаю про себя, что ему идет. И к лицу, и, видимо, к характеру.
Ускоряюсь, уж очень хочется поскорее сбежать.
Но ноги у парня длинные, так что он с легкостью подстраивается под мой почти галоп.
- А ты…э…Арина, - щелкает он пальцами, как будто усердно гадал, и вот, нашло озарение. Получите.
Я замедляюсь.
- Откуда ты знаешь?
- Пока ждал, когда тебе надоест дурить у кассы, пришли данные по твоей тете. Точнее по машине, ну а потом по ней самой. Дальше дело техники. Короче, совсем просто.
- Просто? У тебя что, родственники работают в полиции или частные детективы?
- Ага, отец. Первое. В смысле, в полиции.
Час от часу не легче.
- Эй, Бес, ну че, едем что-ли? – звучит все тот же говорливый приятель, когда мы снова равняемся с компанией парней. - А девчонку с собой прихватывай. Нам такие телочки нужны.
Мой преследователь делает молниеносный выпад и весельчак замолкает.
А парень снова идет за мной.
- Бес, это твоя кличка? – зачем-то уточняю я.
- Ага, типа того.
- Потому что фамилия Бесов? Или потому, что характер бесячий?
И все это, не поднимая на него ни единого взгляда, улавливая присутствие лишь периферийным зрением и другими органами чувств. В том числе носом. Пахнет от парня чем-то отдаленно узнаваемым настойчиво приятным.
- Ни то, ни другое.
А мне все равно кажется, что я угадала. По крайней мере, с характером.
Не знаю, как я долетаю до подъезда.
После того, как выяснилось, что собрать информацию для парня не проблема, я не вижу смысла скрывать свое место жительства. Ведь все равно узнает. Или уже знает. Если имя с легкостью, за пару часов...так что же ему адрес... Признаюсь, впечатлена.
Быстро набираю код домофона, дергаю на себя металлическую дверь…только она не поддается.
- Ч..что за…
Черт!
Он подставил ногу, и я не могу ее открыть.
Дергаю еще раз, сильнее, еще сильнее, а он вдруг резко убирает ногу, дверь распахивается, и я на скорости вваливаюсь в подъезд.
А он…о, боже, он... С ловкостью, которой я от него не ожидала, он уверенно шагает за мной, и быстро, с грохотом захлопывает за собой дверь, в одно мгновенье отрезая нас от шумной прохлады и гомона уходящего вечера.
Мои легкие перестают функционировать, слова застревают в горле, сердце, совершив последний предсмертный удар, останавливается и замирает в оцепенении.
Глава 5. Боже, не дай мне умереть
"Искушение подобно молнии, на мгновение уничтожающей все образы и звуки, чтобы оставить вас во тьме и безмолвии перед единственным объектом, чей блеск и неподвижность заставляют оцепенеть".
Марсель Жуандо
В подъезде темно, а парень оказался недопустимо близко от меня.
Слишком близко.
Не готова делить с ним одно пространство на двоих, взрывоопасно. И тело с реакциями подводят.
Ноги делаются тряпично беспомощными, категорически отказываются подчиняться каким бы то ни было командам.
Колени мелко дрожат и подгибаются. Глупая трусиха.
Вместо того, чтобы бежать поскорее по лестнице, хоть как-то попытаться растянуть расстояние между нами хотя бы на несколько метров, я отчего-то замираю вся, застываю. Прижимаюсь к холодной и шершавой подъездной стене и рвано выдыхаю, когда его ладони облокачиваются о стену, с двух сторон от меня на уровне моих плеч.
Заключают в подобие тисков.
- Что…
О боже, где взять побольше воздуха, чтобы не задохнуться. Хоть немного воздуха...
- Что ты делаешь? - выдыхаю на скорости, а губы парня трогает медленная ленивая усмешка.
В глаза ему не смотрю. Страшно.
Перед моим взором сейчас его шея, часть тонкой цепочки, что виднеется из-под одежды и тускло поблескивает в полумраке. Твердый, острыми углами, словно высеченный из камня, подбородок.
Улыбку ловлю быстрым взглядом на его губы, верхняя красиво очерчена, нижняя чуть полнее. Выше смотреть панически опасно.
- А на что это похоже? Провожаю тебя до квартиры. По-моему, это очевидно, - отвечает хрипло и очень близко, словно бы прикасаясь дыханием. А в его тоне мне чудится очередная насмешка надо мной, моими реакциями и моей, такой заметной, должно быть, оцепенелостью, нерешительностью и паникой.
- Меня…не надо провожать, я сама дойду, - кое-как выдавливаю протест, собрав все свои силы.
- Нет ничего страшного в том, что кто-то решил кого-то проводить, - медленно, словно специально растягивая слова, произносит наглец и подается ближе.
Боже, еще ближе, не дай мне умереть.
Ноздри щекочет пряно-мятный волнующий аромат его одежды. Возможно, это парфюм, который он носит, запах впечатляющий и дорогой, хоть я в этом не разбираюсь. По крайней мере, Володя не пользовался ничем таким, да и не вел себя настолько бесцеремонно. Но на уровне физиологии протеста нет, скорее, наоборот. При других обстоятельствах, я бы нежилась в этом аромате, пытаясь разложить на составляющие.