Первый. Бывший. Единственный (СИ)

– Ясно-то мне ясно, – скривилась я. – Но вряд ли получится. Силы после болезни не те, боюсь, что на сто процентов выложиться не получится.
– А ты не бойся, просто работай. Страх – он, знаешь ли, только тормозит. Все соки из тебя выпивает, а когда ты просто устаешь бояться, вот тогда и случается настоящий прорыв.
– И когда только ты таким философом успел заделаться?
– Это мудрость, детка, – подмигнул мне Саша. – Опыт и все такое.
– Старость, ты хотел сказать?
– Язва, – улыбнулся Хорьков. – Работай уже. А потом отправляйся домой и хорошенько выспись. Завтра ты должна блистать, а не пугать зрителей своей бледностью.
– Слушаюсь и повинуюсь, – шутливо поклонилась я.
Этот короткий разговор помог мне отвлечься от мыслей и сосредоточиться на том, что на данный этап времени было важнее всего, – на предстоящем выступлении. Все же слишком долго я к этому шла, чтобы так бездарно все испортить.
– Вот, можешь же, когда захочешь, – скупо похвалил меня Хорьков еще через три часа, когда тренировка официально была закончена, а в моем теле не осталось места, которое бы не болело.
– Ты настоящий монстр, – пожаловалась я, опустившись на пол.
– Не благодари, – хмыкнул Саша. – Не сиди на холодном. Бегом в душ и домой. Подвезти?
– Не утруждайся. Ты меня так вымотал, что я предпочту не видеть тебя до завтра.
– Договорились.
От душа я отказалась, решив понежиться в своей ванне. Так бы получилось больше пользы: и усталость снять хотелось, и мышцы расслабить.
Но в мои планы, как всегда, вторгся Дубравин, который поджидал меня на улице.
– Следишь за мной? – выгнула брови я при встрече с бывшим.
– Подумал, что после тяжелого дня ты не откажешься от вкусного ужина, – улыбнулся он.
Только об одном упоминании еды мой желудок подвело голодной судорогой.
– Не сегодня, – поморщилась я. – Я слишком устала для таких развлечений.
С этими словами я попыталась его обойти, но мужчина взял меня за руку.
– Я могу приготовить у тебя.
– Ты? – удивилась я. – Умеешь готовить?
Меня даже не само предложение поразило, как несовместимость этого занятия с Дубравиным. Раньше за ним такого точно не водилось.
– Научился, – кивнул Дубравин. – Я многому научился за эти семь лет.
– Правда?
– Дай мне шанс и проверь сама, – сказал он, и почему-то эта фраза окунула меня в жар. – Вася?
– Ладно, – словно в пропасть шагнула я. – Будь по-твоему.
Как только Дубравин довольно улыбнулся, я сразу же пожалела о своем решении, но отменять его было уже поздно.
Бывший всегда умел пользоваться моментом и сейчас не стал пасовать – он быстренько взял меня в оборот, чтобы я не успела сдать назад.
– Ты все так же предпочитаешь итальянскую кухню? – спросил меня Кеша, приобнимая с таким выражением лица, точно всегда вот так вот встречал после работы.
– Э-э-э…
– Хорошо, решим по ходу, – кивнул он.
Я даже и понять ничего толком не успела, как оказалась в его машине. Потом мы заехали в гипермаркет, где Дубравин скупил все необходимое для ужина.
– Проходи, – сказала я, когда буквально через полчаса мы переступили порог моей квартиры. – О том, чтобы чувствовал себя как дома, не заикаюсь.
– Правильно. Я и сам с этим справлюсь, – заявил Кеша, подмигнув мне.
– Ну ты и наглый, – покачала головой я, бессильно опустившись на пуфик. Ноги гудели и просто отваливались…
– В борьбе за счастье любые методы хороши, – улыбнулся мужчина. – А наглость, как говорят…
– Так уж и за счастье?
Подловить Дубравина на слове у меня не получилось, бывший попросту проигнорировал мой вопрос. Вместо ответа он нагнулся и помог мне разуться, а потом и снять верхнюю одежду.
Не скажу, что не догадывалась о галантности Кеши и его чрезмерной заботе, когда необходимо было. Просто когда Дубравин вплотную занялся политической карьерой, то с головой ушел в это дело, мне же оставалось довольствоваться лишь крохами его внимания.
А за семь лет разлуки я и вовсе отвыкла от такого обращения. Теперь же оно оказалось как нельзя кстати.
Я была слишком уставшей, чтобы протестовать и отказываться от помощи.
 
– Похоже, Саша переборщил с нагрузками, – призналась я. – Не знаю, на какие двести процентов от меня он завтра рассчитывает, не уверена, что вообще поднимусь с постели.
– Тебе просто нужно хорошенько отдохнуть, – заверил меня Дубравин, проведя костяшками пальцев по моей щеке. – Ты со всем справишься, Вася.
– Откуда такая уверенность? – засомневалась я.
– Потому что я в тебя верю, – пожал плечами Кеша. – С таким упорством, работоспособностью и талантом либо ты это сделаешь, либо не сделает никто. И твой Хорьков тоже это прекрасно знает, поэтому и наседает.
Я опешила от такой поддержки.
– Раньше ты выступал категорически против моей публичной карьеры, – протянула я. – Что изменилось сейчас?
– Я, – ответил он и ушел в ванную комнату.
Пока я приходила в себя, переваривая такие метаморфозы и мою сопричастность к ним, Дубравин вернулся.
– Я набрал тебе ванну, – сказал он, помогая мне подняться.
Запах розового масла дразнил нос, вода наполнила резервуар почти до половины, пена весело пузырилась, а я стояла на пороге и могла лишь наблюдать за всем происходящим с широко раскрытыми глазами.
– Спинку потереть? – вот так одним вопросом Дубравин заставил меня встрепенуться и прийти в чувство.
– Обойдешься, – фыркнула я, на что мой бывший муж громко вздохнул.
– Ну что ж, попробовать все равно стоило. Пока ты будешь мыться, я приготовлю ужин, – сказал он.
– Ага, – оторопело пробормотала я.
– Не засни, а впрочем…
– Что?
– Если уснешь, то у меня появится повод помочь тебе, – подмигнул мне Дубравин и спешно удалился отсюда, даже сумел увернуться от запущенного в него полотенца.
– Кобель, – закатила глаза я.
– Это естественная реакция здорового мужчины на привлекательную женщину, – донеслось от моего бывшего.
– Я уже жалею, что согласилась на твою авантюру.
– Ты просто голодна, поэтому сама не своя. Скоро я это исправлю.
– Слова, слова, – вздохнула я, спешно раздеваясь, чтобы наконец расслабить тело после тяжелого дня. – М…
Блаженство, которое способна была подарить телу горячая вода, у меня не получалось сравнить ни с чем. Я смогла расслабиться, прогнать усталость и ломоту в мышцах, а еще насладиться временем для себя любимой. Именно эта пауза помогла мне почувствовать легкость и восстановила утерянные силы, как физические, так и эмоциональные.
Вода еще не успела остыть, как в дверь деликатно и тихонько постучали.
– Ты спишь? – послышалось от Дубравина. Причем так вкрадчиво, что вполне можно пропустить мимо ушей и не услышать.
– Не дождешься, – хмыкнула я, раскусив его уловку.
Хотя глаза, по правде говоря, и слипались, но доставлять этому наглецу такое удовольствие, на которое он, похоже, уже настроился, я не собиралась.
Дубравин тяжело вздохнул – не стал скрывать разочарование.
– Ужин готов. Жду тебя, – сказал он.
– Через пару минут буду.
В кухню-студию я вошла, закутанная в махровый халат и с тюрбаном из полотенца на голове, поэтому тут же почувствовала собственное полное несоответствие с романтичной обстановкой, которую воссоздал Дубравин.
Он накрыл стол на двоих, украсил кухню свечами и роскошными букетами роз – когда только успел так заморочиться, – приготовил полноценный ужин. Вкусные ароматы еды едва не сбили меня с ног.
– Присаживайся, Вася, – отодвинул мне стул мужчина.
– Наверное, я сначала переоденусь, – переступила с ноги на ногу я.
– Зачем? Ты у себя дома, поэтому расслабься, – остановил он меня и провел к столу. – Да и тальятелле с соусом болоньезе ждать не будет.
– О… – удивилась я, разглядев все то разнообразие, которое меня ждало, а уж когда попробовала… – М…
– Вкусно? – склонил голову набок Дубравин.
– Не то слово, – искренне восхитилась я, а потом прищурилась: – Ты правда все это сам приготовил, а не заказал в ресторане?