Железная леди: Дорога к славе (СИ)

— Отдай нам её! Отдай! Она наша! — Ухнаагийн так заорал, что аж конь под ним дёрнулся, нервно переступил копытами, монголу пришлось напрячься, чтоб удержать его.
— Кто? — капитан с удивлением обернулся. — Гражданка Российской Империи Малинина? По какому это праву она может принадлежать вам?
— По обычаям нашего племени! Она прошла обряд и согласилась стать моей женой! — Ухнаагийн чуть не плевался от ярости.
— И моей тоже! — бросил гневный взгляд на брата Хурэлсух, потом снова посмотрел на меня.
— Это как так? — капитан с усмешкой глянул в мою сторону.
— Да у них обычаи какие-то глупые, я ж не знала! Просто потанцевала да съездила на прогулку к озеру — а это, оказывается, предложение руки и сердца по их мнению! Мне же никто не сказал!
— Она наша! — не успокаивались братья. — Отдайте её нам!
— Кхм, я так понял, господа, вы воспользовались незнанием гражданки Малининой, чтоб произвести мошеннические действия и ограничить её свободу посредством брака. Я ничего не путаю?
— Какое мошенничество⁈ Мы предложили — она согласилась! Значит, должна стать моей женой!
— И моей!
— Так, господа брачные аферисты, гражданка не хочет становиться вашей женой! Не хочет же? — он повернулся ко мне, я отрицательно помотал головой. — Вот. Как свободная мещанка…
— Я Благородная!
— Тем более! Как благородная девушка, сударыня Малинина имеет право как соглашаться, так и отказываться от любых ваших предложений! И она недвусмысленно выразила свою волю! Поэтому, благородные господа, разворачивайтесь и уезжайте!
— Уезжать⁈ Я не уеду без жены!
— И я!
— Мы твоё стойбище возьмём штурмом, всех убьём, а женщину заберём себе! Побереги своих воинов, отдай её нам, и тогда останешься жив!
— Вы угрожаете военному офицеру Российской Империи при исполнении служебных обязанностей⁈ — капитан нахмурился. — И собираетесь нападать на пограничную заставу Империи⁈
Хоть капитан и храбрился, но солдатики были не настолько же храбрыми. Судорожно сжимали автоматы, побледнели, некоторые оглядывались на капитана и на меня. Никто не хотел умирать зимней ночью непонятно из-за чего, это я вполне мог понять — кроме капитана, все тут обычные люди, а против них мощные маги на волшебных конях, не стесняющиеся давить своей аурой. И уже планировал, как бы смыться подальше, если что. Так, где там кресло, на котором я сюда добрался? Даже запас гаек у меня ещё остался!
— Я сын великого каана Угэдэя, Ухнаагийн! Моя семья владеет всеми землями по эту сторону границы! Как смеешь ты перчить моей воле⁈ — решил надавить авторитетом женишок. — По одному моему знаку мои воины превратят этот твой дом в чистое поле — и твой император ничего не посмеет мне сказать!
— Может быть и так. — пожал плечами капитан, а потом улыбнулся, заслышав шум со спины. — А может, кочевник, твои воины не посмеют даже одним копытом своих лошадей вступить на землю Российской Империи!
Шум стал явственнее, и я его смог разобрать — это был гул вертолётов. Те подлетели к нам уже через полминуты, два транспортных, пузатых машин и один боевой, с подвешенными на небольшие крылья ракетными установками и пулемётом под кабиной. Транспортники даже не успели сесть, как из них стали выпрыгивать люди в броне и быстрым шагом идти к ним, всего общим числом около трёх десятков человек. И люди эти были сильными магами, не слабее Хурэлсуха как минимум. Да и их броня была не просто украшением, я чувствовал в ней много адамантия и мощные зачарования.
— Капитан, что тут происходит? — обратился к командиру заставы один из прибывших.
— Полковник Зайцев! Да вот, к нам обратилась за помощью Благородная сударыня Малинина. — он ткнул в меня пальцем. — Эти вот господа обманом совершили с ней некий обряд и теперь настаивают, что она их собственность или даже жена.
— Я из Красноярска. — подтвердил я слова капитана, хотя меня никто не спрашивал.
— Хм. — полковник прошелся по мне взглядом, перевёл его на монголов. — Господа, попрошу вас не устраивать провокации, иначе мне придётся принять меры и оповестить ваши семьи о вашем поведении!
  
С приходом группы магов ситуация изрядно переменилась. Ухнаагийн с Хурэлсухом, судя по всему, когда прекратили драться, похватали молодых воинов и помчались за мной в погоню. Раньше они были сильнее, тут из магов только я да сам капитан, а вот у них все были магами, пусть одного или двух Благословений, плюс женихи-неудачники имели четыре и пять. Прилетевшие же на вертолётах тоже все были магами, но как минимум трёх Благословений, а полковник этот точно с пятью. Плюс на них артефактные, специально предназначенные для боя доспехи и множество других артефактов разного толка и неизвестной силы. Столкнувшиеся вновь ауры и силы были совсем не в пользу монголов!
— Полковник. — лицо Хурэлсуха казалось непроницаемым, но на самом деле он был в ярости, я это видел. — Эта женщина прошла обряды нашего племени, согласившись быть моей женой!
— Или моей!
— … И вы обязаны её отдать нам, как её женихам! Если ваша Империя желает, мы выплатим калым… Но она в любом случае наша!
— Ты согласилась на женитьбу? — полковник обернулся ко мне с удивлением на лице.
— Я не знала, что это какой-то обряд! — развёл руками. — Потанцевали на празднике Нового года, покатались на лошадках — и мне такие «Ты теперь наша невеста, будешь жить всю жизнь в юрте и рожать нам детей!». А я ни сном, ни духом! Схватилась и сбежала, пока могла!
— Как ты вообще там оказалась?
— В магической Академии со мной их племянница учится, пригласила на недельку погостить в экзотику, я и поехала…
— Понятно. — полковник покачал головой, а у него на лице было огромными буквами написано «Малолетняя дура». — Господа, разворачивайтесь и уезжайте! Если вы попробуете проявить враждебные намерения, то, согласно уставу пограничной службы, я имею право всех вас уничтожить! И никто мне и слова не скажет!
— Уничтожить⁈ Я запомню эти слова! Я соберу воинов со всей Монголии, вернусь и…
— Амаа хамхиа! — прервал Ухнаагийна до боли знакомый мне голос.
Молодые монголы на конях прыснули во все стороны, давая дорогу пятерым всадникам, во главе которых ехала та самая бабка. Она подъехала к своим сыновьям и сказала им несколько фраз на монгольском, взмахнула рукой — и те, насупившись и «повесив головы», развернулись и уехали назад, к своему пограничному пункту.
— Вы здесь главный? — бабка посмотрела на закованного в латы мужчину.
— Полковник Зайцев Роман Филиппович.
— Простите моих непутёвых сыновей. Они ещё молодые, горячая кровь играет в них, они сначала делают, потом думают.
— Охотно прощу, если они больше не будут устраивать подобных неприятностей.
— Я за этим прослежу!
— Тогда могу только откланяться, госпожа!
— А ты. — бабка посмотрела на меня, помолчала секунду десять. Я поёжился и бессознательно попытался спрятаться за полковника. — Спасибо, что показала мне, как ещё глупы мои сыновья. И было ошибкой пытаться оставить тебя в стойбище, ты слишком своенравна, это пошло бы во вред. Не держи на меня зла, я хотела лишь лучшего себе и своему роду. Прими это как мои извинения.
Один из всадников рядом с ней соскочил с коня, подошел к шлагбауму и протянул мне что-то на руке. Я подошел на шаг — это был браслет, сделанный из кости. Какой-то артефакт, в нём чувствовалась скрытая магическая энергия.
— Оно может спасти жизнь один раз, потом разрушиться. — объяснила бабка, махнула рукой. — Түүнд юмсыг нь буцааж өг.
Другой всадник спешился и отстегнул от седла две сумки. Да это же мои вещи! Одна так, клеёнчатая, что Яга притащила, в ней выменянные за нижнее бельё монгольские вещи, а в другой, поменьше, были мои документы, телефон, кошелёк.
— Спасибо! — я поклонился бабке и её сопровождающим.
— Нам не нужно твоего. А ты, если хочешь, можешь приезжать к нам снова. Я прослежу, чтоб ты была в безопасности на нашей земле.
— Благодарю! Возможно, ещё и приеду. — естественно, я больше не собирался засовывать зад в эту западню. Мало ли что бабка обещает, другие могут думать совсем иначе. Но вот так, прямо в лицо, ей такого говорить не стоит.