Академия. Невеста мага (СИ)
— Ох! — Справа раздался женский вскрик, за которым в мою спину последовал сильный толчок.
Один из коньков взвизгнул, ноги подогнулись и я, поняла, что полетела на лед. В ушах завизжало, а дыханье прервалось. И ведь была готова к чему-то подобному. Мелочному, подлому, исподтишка. Знала, что улыбающихся в глаза соперниц хлебом не корми, дай только сделать пакость.
Расслабилась, Диана? Получи.
Выбросила руку и, в последний момент развернула тело, чтобы смягчить удар. Рухнула боком — на правый локоть, а не лицом на лед, как на то рассчитывала толкнувшая. Упала не больно и сразу села, замечая, на себе сотни насмешливых взглядов. Дети хихикали. Взрослые скрывали лица рукавицами, но было слышно — некоторые из них тоже посмеивались. Парочка малышей лет семи с леденцами на палочках по ту сторону забора, так вообще, ткнув в меня пальцами, заверещала:
— Упала, упала!
— Какая я неловкая, — затараторили сверху, и по голосу я опознала принцессу Сирин. — Простите, Ваше Высочество. Давайте, помогу.
Подняв со льда вывалившуюся из прически заколку, я протянула руку, но ее опередил подкативший на одном колене Лафаэль.
— Это моя забота, леди. — После чего смахнул с моих волос снежную пыль. И через секунду я была поставлена мужчиной на ноги.
Начала было поправлять съехавший пояс, но подметила возникший на фоне снежных туч темный силуэт. Глянула в ту сторону и невольно передернулась. С высокого балкона дворцовой башни все это время за озером наблюдал Владыка Севера.
Окутанный живыми, текучими тенями. В развивающемся, словно знамя магическом плаще. Величественно опустивший огромные ладони на каменные перила. Источающий клубы адского холода. Опасный. Всесильный.
Он тоже стал свидетелем моего позора?
Отвернулась и фыркнула, да плевать.
— Я искренне сожалею о случившемся…, - продолжала рассыпаться притворными извинениями стоявшая впереди блондинка. Но маска испуга, искусно натянутая на миловидное, почти кукольное личико девушки, не скрывала плескающегося в глубине бледно-голубых глаз удовольствия.
Драконидка сделала это с намерением унизить меня на глазах князя. И своего добилась.
— Все в порядке, — повернулась к ней спиной. — Забудьте.
Не стану же объяснять, что в отличие от остальных, совершенно равнодушна к тому, что обо мне подумает потенциальный жених. Вон он, стоит, сморит, а мне все равно. Я как не испытывала к нему симпатии, так и не начала.
К тому моменту, когда инцидент был исчерпан, с середины озера подкатила леди Морэ. Томно повела головой и, скользнув по мне прохладным взглядом, устремила внимание к Лафаэлю.
— Вижу, Изабелле больше не до катаний. Может, пригласите меня, господин Элеанди?
— Вынужден отказать, — отрицательно качнув головой, светловолосый галантно предложил локоть мне, — проводить в Академию, принцесса?
— Если можно, — кивнула.
— Даэрон, уходим, — махнул красавец брату, поджидавшему у торца.
— Но… — надула задрожавшие губки графская дочь. Едва мы отдалились, она откатилась к блондинке и с чувством бросила. — Гадина.
Я сделала вид, что не расслышала. То ли еще ждёт впереди.
* * *
— Давно тебе нехорошо? — Насторожились эльфы, когда ступая по внутреннему двору Академии, я трижды споткнулась на ровном месте.
— С утра. Голова болит и немного лихорадит.
— С утра, говоришь? — Нахмурился Лафаэль. — В лазарет обращалась?
— Нет.
— Изабелла, — упрекнул друг, — ты энергетически истощена. Еще час-полтора и свалишься в обморок. Там до комы недалеко. Ну-ка бегом к господину Ингису.
Стэо Ингис оказался добродушным седовласым старцем, совмещающим должности академического целителя и декана одноимённого факультета. Встретил с озабоченным лицом и участливым видом, уложил на кушетку, провел странную диагностику, водя надо мной ладонями, и изрёк на удивление приятным баритоном:
— Ваша аура сильно повреждена. Причину, пока не вижу, но если позволите провести ряд процедур, уверен, мы во всем разберёмся.
Я скептически поджала губы.
Не надо процедур. И так знаю в чём дело.
В истощении виноват насильственный перенос из одного мира в другой. Тем не менее, на все вопросы, в том числе — могу ли вспомнить хоть что-нибудь, что могло бы пролить свет на сие плохое самочувствие, ответила «нет».
— Следует признать, кто-то отлично «подпитал» вас чуть раньше, — с задумчивым видом отклонился седовласый мужчина на стуле. — Грамотно срастил разорванные энергетические нити, стабилизировал общий фон, влил дополнительной живительной энергии. Именно поэтому вы до сих пор на ногах, а не в предсмертном обмороке.
— Агарвэн, — шепнула чуть слышно, опуская глаза.
Выходит, беловолосый маг дважды спас мне жизнь, а я даже не в курсе?
— К счастью, вы вовремя обратились по адресу, — успокоил Ингис, принимаясь готовить целительный напиток. — Подлатать — я вас подлатал, сейчас примите настойку, возвращающую силы, и быстро в постель. Очень прошу достопочтенных господ, — он мотнул в сторону замерших в дверном проеме братьев Элеанди, — за этим проследить.
— Не волнуйтесь, господин Ингис, — Даэрон незаметно мне подмигнул, — леди Изабелла в надежных руках.
— Замечательно, юноша, — оценив эльфийский порыв, седовласый протянул мне кружку и велел выпить до капли. Ласково улыбнулся, — если что-то понадобится, принцесса, не стесняйтесь — приходите. Лазарет работает круглосуточно.
Я устало вздохнула.
— Спасибо, доктор, учту.
5. Долг платежом красен
На языке таяло пряное мясо со специями. Прожевав кусочек, с энтузиазмом потянулась за следующим, но сморщилась. В голове по-прежнему трещали крики недовольной магической шляпы, хлеставшие слух весь последний час словно плетка.
«Не сутулься!»
«Голову выше!»
«Шаг от бедра!»
Поведя взглядом по столовой и заметив кислые лица соперниц, я поняла — думали мы об одном и том же. А именно — о первом уроке пластики.
После завтрака встреченные Иримэ Шелейн, велевшей обращаться к ней «профессор», мы прошли в учебный класс, больше похожий на зал для занятий танцами, и выстроились вдоль зеркальной стены. Профессор долго и нудно объясняла, почему аристократке важно освоить искусство владения телом, в кои входят соблазнительная походка, придворные танцы и этикет, после чего раздала каждой конусообразную шляпу и начала урок.
То, что шляпы непростые, я узнала минут через пять. Когда вышагивая с приподнятым подолом, изо всех сил держа спину ровно, старалась достичь желанной грации и эльфийского изящества.
Тело затекло и, сбавив шаг, дала ногам короткую передышку и тут шляпа как заорет:
— Выше подбородок! Выше, говорю!
Подпрыгнув с вскриком, нервно покосилась на выступающие черные поля, осознавая, что головной убор говорящий! И очень злой.
— Что встала? — Заскрипел сверху колючий, старческий голос и я ощутила шевеление на волосах. — И, раз, ножку выбросила. Шаг от бедра! И два, вторую, элегантно, игриво.
— Тише, госпожа Клюше, — наконец, угомонила «это» подошедшая Иримэ. — Не пугайтесь, леди Изабелла. Она возмущается только, если вы что-то делаете неправильно.
Совершенная в своей красоте женщина заглянула в мои глаза и улыбнулась нежной, обворожительной улыбкой, от какой мужские сердца плавились словно лед, а сами они замирали, готовые на подвиги во имя мига ответного взгляда.
— Леди! — Хлопнув в ладони, эльфийка отплыла к середине класса, — будьте любезны, повторяйте за мной. Шаг плавный, изысканный. Плечи назад. Грудь вперед…
Я едва улавливала тихую поступь подобную шелесту трав по весне. Невесомую, ласкающую зрение, завораживающую до потери ориентации.
В груди расцвел острый приступ отчаяния. Уперлась взором в гладкие плиты, покрытые серебристым узором, точь-в-точь таким же, каким ударивший ночью мороз разрисовал все оконные стекла, и поняла — мне близко не сравниться с природной пластикой эльфийских женщин. Только мучаюсь зря.