Множественные сны Эльфины Рейн (СИ)

Общая комната встретила темнотой и отсутствием людей. Парень осторожно выглянул в коридор: никого. Теперь встал вопрос поиска Эльфины Рейн. Проверить ее комнату в первую очередь логично, Фауст все же надеялся на версию с ее побегом, все-таки девушка предприимчива и не без репутации. Еще по дороге к замку он нашел в электронном каталоге студентов номер Эльфины, но дозвониться не смог, возможно, ее телефон сел. Теперь же он быстро влез в другой каталог и вытащил номер ее комнаты. Королевские апартаменты, между прочим. Неплохо, однако.
Стараясь не шуметь, Фауст взлетел на третий этаж, нашел нужную комнату и прислушался. Вроде все тихо. Нажал на ручку двери… и она неожиданно открылась. Подумав секунды две, Фауст шагнул в комнату с одной лишь целью: не поднимать шум в коридоре. О том, как Эльфина отреагирует на его ночной визит, думать не хотелось.
Впрочем, девушки все равно не оказалось на месте.
И ничто не намекало на ее недавнее присутствие.
Фауст бессильно опустился на кровать и схватился за голову: и что делать теперь? Он ведь правда решил, что она сбежала… а вдруг де Крюссоль его обманул и сторожка какая-нибудь другая? Эта ночь будет долгой. Но он не оставит девочку в одиночестве где-то в горах, это как-то… неправильно. И почему-то это самое одиночество напоминало парню Бланку и ее застывшее во льду лицо. Она тоже была одна.
– Какого черта ты делаешь в моей комнате? – раздался голос со стороны окна и Фауст вскочил на ноги. Оказалось, у комнаты есть балкон, а на балконе… стояла Эльфина Рейн с десятками тюбиков зубной пасты в руках.
Заметив его взгляд, девушка отшвырнула тюбики в сторону.
– Повторить вопрос?
Но у Фауста созрел вопрос собственный:
– Ты сбежала после похищения и первое, что сделала, это вымазала кого-то зубной пастой? – такое не укладывалось в голове.
– А ты узнал, что я сбежала, и поторопился похитить меня еще раз?
– Нет, я пришел все прояснить.
– Не стоит: мы квиты.
– Но…
– Не знаю, что ты там себе нафантазировал, но я не ввязываюсь в глупые разборки, – взгляд Эльфины упал на валяющуюся под ногами зубную пасту и она вздохнула: – Повеселились и хватит. Ты доказал, что способен ответить, молодец. Это даже похвально. Предлагаю разойтись на ничьей и друг о друге забыть. Навсегда. А теперь спокойной ночи, Фаустино, ты знаешь, где дверь.
Ладно, раз с ней все в порядке, можно начать раздражаться:
– Ты можешь помолчать и послушать? – Фауст повысил голос, что делал крайне редко, но уж очень все криво клеилось у него с Эльфиной Рейн. Вот и сейчас: и вела она себя странно, и даже выслушать не пожелала, вместо этого благодушно простив и практически выставив прочь. – Тебя похитил Шарль, решив отомстить за меня. И ты первой начала этот фарс, так что о ничьей речи нет. Извлечение? Комиссия такое не одобрит, если мне в голову придет пожаловаться.
– Я мыслитель, учусь четвертый год. Как, по-твоему, я могла тебя извлечь? – хмыкнула Эльфина. – Вряд ли в Комиссии всерьез воспримут твою жалобу. А если и так… пусть трясут материалистов, они ко мне отношения не имеют.
– Даже Паук?
– Паук – это местная сказка, я его не встречала.
– Конечно. А извлек меня святой дух?
– Никто тебя не извлекал, – глядя в глаза Фаусту, соврала Эльфина Рейн. – И уж точно это сделала не я. Может, одна из тех девушек, на которых вы так любите поспорить с Шарлем? Круг подозреваемых велик, с какой стати я вдруг заняла первую строчку? Мы даже не знакомы.
– Шарль тебя обидел? – из речи девушки Фауст понял именно это. – Так разбиралась бы с ним. Мы друзья, а не единое целое. Ты втянула меня в это противостояние, хотя я собирался тебя нанять!
– Ты хотел меня нанять?
– Теперь уже не очень хочу, – ложь, он все еще хотел. Потому что Эльфина Рейн зацепила его еще до первой встречи, все эти слухи о ней вызывали любопытство, заставляли думать, представлять… а реальность не успела разочаровать. Даже наоборот. Сразу понятно, что Эльфина – крепкий орешек.
– Уточню: ты хотел меня нанять, когда подкараулил возле кофейни?
 
– Да.
– И для чего?
– Хочу знать, что на самом деле случилось с Бланкой.
– С Бланкой де ла Серда? Ледяной девушкой? – неудивительно, что Эльфина сразу поняла, о ком речь. Бланка стала знаменитостью после смерти и о ней будут говорить еще десятки лет. Раньше в Глетчерхорне таких убийств не случалось.
– Да.
Девушка задумалась о чем-то, а потом медленно кивнула:
– Хорошо. Поговорим завтра в «Мюллере» в семь вечера.
– Почему не утром?
– А утром мне придется исправлять то, что натворил Шарль, и убеждать историка, что я достойна получить второй шанс и сдать этот проклятый промежуточный зачет. Что будет очень сложно, ведь историк меня в глаза не видел и вряд ли вспомнит.
– Встретимся утром, – предложил Фауст. – Твой зачет по истории к тому моменту будет готов, историк и правда не отличается памятью на лица. В обмен ты дослушаешь меня до конца.
Эльфина Рейн смерила Фауста недоверчивым взглядом, но согласилась.
  
ГЛАВА 9
 
Эль шла на завтрак в растрепанных чувствах.
Фаустино застал ее врасплох, когда заявился в комнату… поэтому она не послала его сразу. Думала слиться с ужина или выслушать и вежливо послать. Поставить наконец точку между ними. Возможно, Фаустино и правда хотел с ней поговорить, а она сделала вывод на пустом месте и приковала его к дереву ночью. И пусть ее вело подсознание Шарля де Крюссоля, но ведь и сама Эль есть где-то внутри. Она главная, просто иногда не в силах устоять перед соблазном. Именно так нравилось думать самой Эль.
В общем, чувство вины и эффект неожиданности смешались, поэтому она согласилась на встречу с Фаустино. А еще он поманил ее зачетом… ладно, за это она выслушает его до конца. Промежуточный зачет и правда появился утром в системе: если верить приложению Глетчерхорна, Эль как примерная студентка сдала историю вместе с остальными. Это впечатляло.
Но не настолько, чтобы впутаться в историю.
Эль всегда четко контролировала свою деятельность: ее дела либо приносили доход с большим количеством нулей, либо влияние среди виаторов-однокурсников. Будущих светил Комиссии, двигателей прогресса… даже в Глетчерхорне Эль оказалась по этой причине: девушке требовалось нарастить влияние. Учеба ее не интересовала. Много лет спустя ее однокурсники займут высокие посты, а Эль использует их прошлые ошибки. Ради свободы.
Убийство тут никаким боком не вписывалось.
Слишком много сложностей, много ненужного внимания и рисков. Хотя еще год назад Эль поняла, что мсье Лерой вряд ли имеет отношение к произошедшему. В этом ледниковом убийстве все мутно и странно, а от такого лучше держаться подальше. Так что да, Эль выслушает Фаустино, поблагодарит за зачет, извинится за недоразумение с деревом и попрощается навсегда.
Фаустино уже ждал ее в «Мюллере», Эль села напротив и улыбнулась:
– Слушаю.
– Вот так сразу? Может, для начала сделаем заказ? Я бы сказал, что угощаю, но здесь все бесплатно.
– Хорошо, давай закажем.
Они оба оказались любителями классики, выбрали по яичнице с сосисками и молча уставились друг на друга в ожидании заказа или начала разговора. А еще оба друг к другу приглядывались. Эль делала это уже не первый раз, но сегодня она смотрела на Фаустино де Веласко со свежей головой, не ожидая подвоха и не планируя что-нибудь эдакое. Обычно Эль твердо придерживалась правила: все, что произошло под влиянием чужого подсознания, остается вместе с чужим подсознанием в прошлом, но правило это не всегда работало. Стыд нет-нет, да давал о себе знать. И сейчас Эль было неловко за себя и свои выходки. Соседки переживут приключения с зубной пастой, но с Фаустино Эль была безжалостна. А он ничего, завтракать ее пригласил, смотрит без осуждения. Просто смотрит.
– Спасибо за зачет, – Эль заговорила первой. – Это было сильно.
– Ничего особенного, – отмахнулся Фаустино.