В гостях у сказки 1 (СИ)

Непонятная, в общем. Зато умница. Лестницу сделала, нормальную! Не то, что некоторые.
Боевая рубка «Тонэ» выглядела ещё более странно. Словно взяли ходовой мостик фантастического звездолета, отпилили заднюю стенку, и вместо неё присобачили спальню миллионера, к которой в свою очередь пристроили кусок кухни. Причем выглядели интерьеры подозрительно знакомыми.
С минуту потаращившись на сей шедевр сюрреализма, я даже понял почему. Да это же уменьшенная копия рубки «Конго» и кусок моей каюты!
— Тонэ, позволь, угадаю, у тебя просто нет других свободных помещений? — поинтересовался я.
Туманница огляделась, чуть повела плечами.
— Нет.
— И всё вот это… — я обвел рукой спальню с кухней, — из-за меня?
Еще одно движение плечами и короткий ответ:
— Да.
Тяжелый случай.
— Тогда, может сначала… определимся как-то с совместным проживанием?
***
Тонэ хмуро наблюдала за стоящим посреди рубки человеком, пытаясь понять, что ему не нравится. И что значит «определимся с проживанием»? Он что, намекает, что обоснуется в рубке, а её аватаре придется пережидать непогоду в технических тоннелях?
Оказалось, напротив. После того, как она через выделенный флагманом канал связи подключила его устройство для работы с информацией к человеческому аналогу тактической сети, человек развил бурную деятельность, стремясь минимизировать своё присутствие на борту.
Так что следующие пару часов она едва не сгорела со стыда, изменяя планировку рубки по принципу «квартиры». Ну в самом деле, уж о том, что различные зоны помещения стоит отделить друг от друга хотя бы легкими перегородками, можно было сообразить и самой.
— Зачем тебе второе спальное место? — невольно поинтересовалась она, когда переделка была закончена.
Человек завертел головой:
— В смысле, «второе»? Где?
— Вот, — указала Тонэ на дополнительно выделенную комнату, где кроме кровати и стола ничего не было.
— Вообще-то я тут как бы спать собираюсь, — почесав в затылке, сообщил человек.
— А там? — удивилась Тонэ, махнув в сторону другого помещения.
— А там твоя каюта.
— Моя?! — Вторая комната была куда больше, удобней расположена, имела отдельный выход на крыло мостика, содержала больше мебели, и вообще… выглядела как-то уютно и красиво. Тонэ даже подумывала не разбирать там обстановку, когда человек покинет борт. И тут внезапно оказывается, что это для неё и предназначалось.
— А почему… — она запнулась, пытаясь сформулировать вопрос.
Человек пожал плечами, приведя очень странный аргумент:
— Потому что это ты девушка.
Затем, оглядевшись, вздохнул:
— Понимаю, что не очень, но это же на пока. А там попросишь Акаси, она тебе нормальный обитаемый объем рассчитает.
Тонэ чуть зависла, анализируя его последние слова.
— «Обитаемый объем»?!
— Ну да. Знаешь, какие она апартаменты для Конго забабахала! М-мм, любой миллиордер от зависти удавится. Ладно, — ещё раз оглядевшись, человек мотнул головой, — пойдём, посмотрим, что у вас летает.
***
Авиация Тумана.
Ну, что сказать, я был готов к куда худшему. Например, к показанным в каноне винтовым (!) самолетам времен Второй мировой. Однако всё оказалось не так плохо. Стандартный летательный аппарат туманниц больше всего напоминал один из первых реактивных истребителей — Мессершмитт Ме-262, ну или его японский аналог Накадзима JOY-1 «Кикка». Метров восемь длиной, размах крыльев около десяти, характерный фюзеляж треугольного сечения, два двигателя в расположенных под крыльями гондолах, хвостовое оперение стандартное, кабина пилота отсутствует.
Ну и понятно, характеристиками сия «реплика» намного превосходила оригинал.
Крейсерская скорость 900 км/ч, при форсаже 1600 км/ч, боевая нагрузка до четырех тонн. Брони нет, волнового поля нет. Двигатели гравитоные, питаются от накопителей. Хватает на двадцать шесть часов при полете на крейсерской скорости. Заряжаются от бортового реактора корабля. То есть, в воздухе не дозаправишь, да и сев на аэродроме, пару канистр не дольёшь.
В общем, понятно, почему туманницы отнеслись к этим агрегатам весьма прохладно. По боевым показателям они уступают даже обычным палубникам США. На первый взгляд. Но если присмотреться… сразу вспоминается бессмертное: «Ребята, вы слишком много кушаете. — В смысле? — В смысле зажрались!».
  
За одну только систему взлета-посадки этого «бесполезного аппарата» в любом КБ души бы продали, все, от главного конструктора до последнего уборщика, поскольку ни взлетная, ни посадочная полоса сему агрегату не требуется в принципе. На запуск всего авиакрыла уходит пять минут (это с загрузкой боекомплекта и подъемом из ангара) или пятнадцать секунд (если стоят уже заряженные на палубе). Всепогодность вообще запредельная. При волнении до семи баллов аппараты взлетают сами, а если штормит под девять, тогда, конечно, приходится запускать гравитационной катапультой, а принимать на «гравитонную подушку». Что очень долго. Двадцать минут на запуск всех и по три минуты на прием каждого.
Всё это Тонэ объясняла с настолько похоронным выражением лица, что мне хотелось рыдать. Взахлеб, горючими слезами.
Ну в самом деле, в девятибалльный шторм, когда волны швыряют атомный авианосец, как бумажку в ручейке, а его команда хором молится, чтобы самолеты в ангаре с крепежа не посрывало... у неё проблемы. Огромные. Она, видите ли, свои «бесполезные аппараты» лишь по одному принимать может. Вот как тут не разрыдаться?
***
«Всё же люди жутко утомительны» — отметила Тонэ, наблюдая за снующим по рубке человеком, который последние полчаса занимался тем, что вываливал на неё абсолютно дикие концепции. Вроде...
— Можно же на воду самолет посадить! — выдвинул он очередную глупость. — Если опоры шасси заменить поплавками...
— Тогда я не смогу принять его в ангар, — ответила она с усталым безразличием.
Человек тяжело вздохнул, в задумчивости потер лоб, бормоча: «Нет, так мы никуда не уедем», и внезапно, обхватив её за талию, приподнял, усадив на стол перед собой. Придвинулся вплотную, пристально глядя в глаза...
— Тонэ, послушай, ты хочешь в действующий флот, или так и намереваешься всю жизнь просидеть в резерве?
Откровенно шокированная его поступком, она сначала растерянно кивнула, но тут же отрицательно затрясла головой.
Человек непонимающе нахмурился, с нажимом повторив:
— Так хочешь или нет?
— Хочу, — пискнула она, чуть отодвигаясь. Столь резкое изменение им модели поведения выглядело немного пугающе.
— Отлично, — человек довольно кивнул. — Но за одни лишь красивые башенки, симпатичную аватару и стройненький корпус в действующую эскадру тебя не переведут. Даже если ты флагману все каналы просьбами забьёшь.
Тонэ обиженно шмыгнула носом, отводя взгляд. А то она сама не понимает.
Человек тем временем снова кивнул:
— Во-от. Значит, нужно что-то, за что переведут.
— Но у меня ничего нет.
— Неужели? А авиагруппа?
Тонэ безнадежно вздохнула, в который уже раз повторив:
— Как показала практика, летательные аппараты бесполезны.
— Значит, должны стать полезными! — раздраженно рыкнул человек.
Затем потер лоб и уже спокойнее продолжил:
— Это называется «мотивация». Когда нельзя, но очень хочется. Человек не может летать, но ему хочется в небо, и он изобретает самолет, человек не может дышать под водой, но ему хочется, и он изобретает акваланг. Понимаешь?
Тонэ неуверенно кивнула. В принципе, логическая цепочка выглядела несложной.
— Прекрасно. Итак, надо доказать, что ты не баржа-несушка, а полноценная боевая единица.
— Как?
— Для начала хотя бы в качестве охотника за подлодками. Оснастить твои самолеты детекторами гравитонов и вперёд.
Тонэ разочаровано вздохнула. Ну да, глупо было надеяться, что человек предложит что-то реальное.
— Эсминец ПЛО намного эффективней, — указала она на абсолютно очевидное для любого корабля.