Азовский гамбит (СИ)

– Черт бы побрал этого мерзкого паписта! – выкрикнул побледневший Вильгельм.
– Вот что я скажу вам, ваши высочества. С сыном бесправного изгнанника поляки могут сделать все, что им заблагорассудится, разве что…
– Что?! – в один голос спросили братья.
– Разве что тестем этого мальчика станет русский царь.
– Иоганн Альбрехт желает, чтобы наш Якоб женился на одной из его дочерей? – уточнил любивший во всем порядок Фридрих.
– Его царское величество, предлагает сохранить за вашим родом герцогство Курляндское! – строго поправил его посол, после чего добавил уже с улыбкой. – Ну и заодно породниться.
– Надеюсь, речь идет о законной дочери? – с гордым видом осведомился Вильгельм, но наткнувшись на выразительный взгляд брата, немного сбавил тон и продолжил почти вежливо. – Просто он имеет обыкновение признавать своих бастардов, а невеста Якоба должна иметь безупречное происхождение, иначе…
– С вашего позволения я не стану упоминать, что король Дании Кристиан счел возможным одобрить помолвку своего сына с принцессой Марией Агнессой Мекленбургской. Замечу лишь, что у его величества есть три дочери, руки которых свободны от обязательств. Но советую поторопиться, ибо это положение не продлится слишком уж долго!
– Мы весьма польщены подобным предложением, – пихнул в бок своего брата Фридрих, – и просим лишь немного времени, чтобы как следует обдумать его.
– Разумеется, ваше высочество, – поклонился дьяк. – Я пробуду в Варшаве еще какое-то время, и вы всегда сможете известить меня о принятом вами решении, либо послать гонца в Москву самостоятельно. Единственно о чем я прошу, это соблюдать известную осторожность. И я и ваши высочества находимся здесь отнюдь не в окружении друзей. Я полагаю, нет надобности извещать их о предстоящем союзе заблаговременно.
– Скажите мне одно, – перебил Рюмина герцог Вильгельм, откуда его величество Иоганн Альбрехт узнал, что мы непременно будем на сейме?
– Не знаю, – вполне искренне отозвался посол, решив не упоминать, что следующим пунктом в его путешествии должна была стать Курляндия. – Говоря по совести, господа, я давно уже перестал удивляться прозорливости моего государя.
– Скоро вы узнаете наш ответ, – подал голос Фридрих, давая понять, что аудиенция окончена.
– Не знаю как ты, а я согласен! – с мрачной решимостью перебил его младший брат.
– Вильгельм! – предостерегающе воскликнул Фридрих, но тот уже не слушал его.
– Говорят, что тонущий может схватиться и за змею, а нам предложил руку Странник. В такой ситуации глупо раздумывать, а уж тем более отталкивать ее. Я согласен, господин посол, да и мой брат тоже. Скажите, что мы должны сделать?
– Его величество предвидел подобное развитие событий, – с непроницаемым видом ответил ему Рюмин. – Приходите завтра ко мне и я передам вам патент на чин полковника Русской службы. Согласно ему вы можете сформировать кавалерийский эскадрон, с которым прибудете в Москву. Принц Якоб должен будет приехать с вами.
– Но он еще так юн. Ему нужно получить образование…
– Разве вы не слышали, что в Москве скоро откроется университет, за честь преподавать в котором уже сражаются лучшие профессора Ростока и Праги? К слову, там же будет проходить обучение наследника престола царевича Дмитрия. Государю будет очень приятно видеть рядом с царевичем вашего сына.
– Это весьма важное уточнение, – кивнул с довольным видом Фридрих. – Если наследники двух корон подружатся в юности, то в дальнейшем это пойдет только на пользу их отношениям!
– Что ж, это весьма разумные условия, – добавил Вильгельм, – единственное возражение, которое приходит мне в голову, так то, что командовать эскадроном не слишком почетно для человека моего положения!
– Ваше высочество, – улыбнулся Рюмин. – Если позволите дать вам совет, рекомендую иметь в этом регименте двойной комплект офицеров, чтобы по прибытию в Москву развернуть его в полк.
– И еще, – помялся будущий сват русского царя.
– У вас нет денег? – без обиняков спросил дьяк. – Мой государь позаботился и об этом. Помимо патента вы получите вексель, в котором указана сумма вполне достаточная для формирования требуемого отряда. А еще я завтра же распоряжусь отправить вам некоторое количество мехов. Все вместе это покроет все расходы и позволит вашему высочеству прибыть в русскую столицу с необходимым блеском.
 
– Щедрость нашего дорогого Иоганна Альбрехта не знает границ!
Русский посол в ответ поспешил поклониться, чтобы братья герцоги не заметили иронической усмешки. «Каждую копеечку, отработаете, каждую беличью шкурку!»
– А какого рода войск эскадрон предстоит мне сформировать? – спохватился Вильгельм. – Кирасир или, быть может, любезных сердцу нашего дорогого родственника рейтар.
– Латышских конных стрелков, – с непроницаемым видом отвечал ему Рюмин и, видя недоумение в глазах герцогов, пожал плечами, – таково желание моего государя!
Чем нехороша Иноземная слобода, или как называют ее москвичи – Кукуй, так это тем, что находится далеко от Кремля. Пешком налегке не сбегаешь, да и не положено такой видной госпоже, как любовница самого царя, бить свои белы ноженьки о пыльную дорогу. Во всяком случае, именно так считала фройлян Анхелика, а потому потребовала, чтобы ей подали карету.
– Что простите? – холодно осведомилась баронесса фон Гершов, которой отчего-то совсем не нравилась постоялица, навязанная государем.
– Но мне необходимо попасть во дворец!
– Зачем?
– Э… – не нашлась сразу с ответом фрейлина. – Я уверена, что его величество желает видеть меня!
– Если бы наш добрый кайзер пожелал этого, он наверняка дал бы знать моему мужу.
– Но ваш благородный супруг еще не возвращался.
– Вот именно. Поэтому, я рекомендую вам, милочка, набраться терпения и ждать.
– А как же дети, его величества. Кто позаботится о них?
– Полагаю, в Кремле достаточно слуг и придворных, чтобы принц и принцессы ни в чем не нуждались.
– Но я желала бы…
– Послушайте меня, фройляйн, мне совершенно безразличны ваши чаяния. Государь повелел, чтобы вы остались погостить в нашем доме, и я повиновалась. Однако из этого не следует, что мне приятно ваше общество. Если вам угодно покинуть мой дом, я не стану этому препятствовать, ибо не имею приказа удерживать вас силой, но в мои планы также не входит оказывать вам какое-либо содействие!
– Что это все значит?!
– Бог мой, вы еще и туповаты. Ладно, постараюсь быть более доходчивой. То, что вам удалось проникнуть в постель его величества, не делает вас госпожой. По крайней мере, для меня.
– Как вы смеете?!
– Что?! Это как вы – грязная девка, смеете отдавать мне распоряжения в собственном доме? Мне урожденной графине Буксгевден!
– Вы пожалеете об этих словах!
– Убирайтесь прочь отсюда, иначе пожалеть придется вам!
Ошалевшей от подобной отповеди Анхелике пришлось спешно ретироваться и думать каким образом можно вернуться в Кремль. Экипажей в Иноземной слободе было не так много и вряд ли кто согласился бы одолжить его незадачливой фрейлине покойной государыни. Оставались только ломовые возчики, из числа тех, что доставляли к царскому двору необходимые припасы, но их следовало еще найти и договориться.
Таким образом, на выложенную брусчаткой мостовую перед Теремным дворцом она смогла ступить только на следующий день. Слава богу, в карауле у ворот оказались Мекленбургские гвардейцы, и ей удалось миновать их почти без урона. Ну, если не считать за таковой, пару сальных взглядов и крепких солдатских шуточек. Быстро пройдя во дворец, она почти без сил добралась до своих покоев и, заметив соседку, почти простонала.
 
– Кайса, голубушка, распорядись, чтобы мне приготовили ванну!
– Да уж, помыться бы тебе не помешало, – заметила финка, даже не подумав выполнять ее распоряжение.
– Почему ты стоишь? – недоуменно спросила Анхелика.
– Во-первых, я тебе не служанка. А во-вторых, тебе прежде нужно показаться новой Дворовой боярыне. Она, кажется, хотела тебя видеть.