Миссис Смерть
– Добрый день, господа. Рада, что вы пришли, – девушка постаралась лучезарно улыбнуться, словно к ней заглянули ее лучшие подруги. – Вы готовы приступить к работе?
Мужчины мрачно смотрели на нее, ничего не отвечая. Лив отметила, что молодого наглого бродяги с ними нет.
– Давайте пройдем в подсобку, и вы расскажете мне, что умеете, – предложила она, жестами подзывая мужчин к внутренней двери.
Молодая хозяйка булочной хотела побыстрее увести непрезентабельных гостей от полок и витрин. Покупатели не оценят бродяг, нависающих над булочками и пирожными. Кроме того, в просторной комнате-подсобке сидел мощный работник, вымешивая новую порцию теста. Находиться рядом с бродягами одной Оливии было страшно.
Мужчины вошли, переминаясь с ноги на ногу, и девушка немедля показала им шкаф для одежды, умывальник и ряд чистейших передников, колпаков и рукавиц, которые буквально накануне принесла прачка:
– Все, кто заходит сюда, должны вымыть руки и надеть специальную одежду, выбирайте для себя нарукавники, фартуки, колпаки. Я подпишу их, и они будут только вашими. Как только одежда испачкается, положите ее в эту корзину и возьмете чистую в шкафу.
Под взглядом молодой хозяйки мужчины стянули теплые плащи и потрепанные куртки, вымыли руки, расплескивая воду, потом долго вытирали их полотенцем и, наконец, нацепили фартуки и колпаки, мрачно поглядывая друг на друга.
– Здесь у нас вымешивают тесто, – самым любезным тоном говорила Оливия, показывая просторную комнату с рядами кадок, присыпанных мукой. – Рядом кладовка с мукой, сахаром, яйцами, маслом и прочими необходимыми продуктами. Каждый, кто берет продукты, записывает расход на бумаге, прикрепленной к мешку, и ставит подпись. Мистер Блессом – наш мастер-тестомес, познакомьтесь…
Бродяги оценили ширину плеч работника и буркнули:
– Митч.
– Роули.
– Мастер Блессом замешивает лучшее тесто для булочек, пирожков и бриошей, – Лив нахваливала мастера, а сама проверяла, хорошо ли вымыты и выпарены кадки, приготовленные для утренней порции сладкого хлеба. – Его сменщик мастер Дрилл заводит великолепные бисквиты, рулеты и кексы! Если вы пожелаете учиться их мастерству, можете стать учениками… – Оливия выдержала паузу и повела мужчин дальше.
– Здесь у нас печь. Возле нее царит миссис Лоу и ее помощницы. Видите, сколько всего они успевают слепить к утреннему чаю? Булочки, пирожки, пряные лепешки, витушки, крендельки… – девушка обвела руками огромные столы, один для сладкой выпечки, другой для соленой, и ряды подносов на полках, на которых плюшки ожидали отправки в печь.
Булочница хмуро глянула в сторону незваных гостей и продолжила раскатывать тесто. Девчонки, весело болтающие над ступками с сахаром и пряностями, примолкли, потупились, но исподтишка поглядывали на вошедших.
– Еще у нас есть отдельная истопницкая, помещение для мытья посуды и ледник, – невозмутимо объясняла Лив, замечая интерес, вспыхнувший в глазах мужчин. Опрятные, свеженькие, как булочки, девушки пробуждали в них инстинкты.
Истопницкая явно понравилась Митчу. Здесь стоял простой деревянный топчан, застеленный овчиной, высокие войлочные ботинки, рукавицы и парусиновый фартук, защищающий одежду от щепок и угольной пыли.
– Сейчас за печью присматривает мистер Треллер. В его обязанности входит чистота двора, разгрузка товара и колка дров. Ему требуется помощник, так что один из вас может работать здесь.
Бродяги снова переглянулись.
– И последнее рабочее место у нас – это должность водоноса. Колодец во дворе. Нужно качать воду, чтобы она по трубам поступала в здание. Вода нужна всем: и тестомесам, и булочнице, и в зале, где подают чай. У нас есть общий резервуар, куда она поступает, когда заканчивается, наверху появляется флажок – это сигнал, что пора поработать насосом.
Роули погладил отполированную ручку насоса и решился:
– Я могу работать здесь, миссис.
– Хорошо, значит вам понадобится плащ, перчатки и крепкие непромокаемые сапоги, – улыбнулась девушка.
После этого Митч согласился служить истопником.
Дальнейший день Оливии прошел в хлопотах: с новыми работниками заключили договор, пригласив стряпчего, выдали им форму, показали спальные места, накормили вчерашним хлебом и пирогами и начали обучать работе под присмотром тестомесов.
Простая с виду должность истопника оказалась целой наукой. Как наколоть дрова, как их разложить, каким деревом топить печь с утра, когда подсыпать уголь для ровного жара, а когда нужны только щепки и осколки для поддержания температуры. Митч весь день крутился вместе с истопником и вечером еле передвигал ноги от усталости. Довольный мистер Треллер хлопнул бродягу по плечу и пообещал принести душистого вишневого табака, отметить первый рабочий день.
Роули думал, что будет лишь подкачивать насос раз в час, но в обязанности водоноса входил присмотр за оборудованием, вынос мусора, мытье котлов и кадок перед прожаркой, а также присмотр за выгребной ямой, которая в холодную погоду часто переполнялась, требуя вызова золотаря.
Остальные работники хмуро поглядывали на новичков, но подсказывали и помогали, не спрашивая, откуда неопытная хозяйка притащила подозрительных типов.
Когда булочная закрылась, Оливия чувствовала себя выжатой, как лимон. Она устало простилась со всеми работниками, которые уходили раньше, привычно обошла все комнаты, заглянула в каморку истопника, где устраивались ночевать бродяги. Мужчины уже притащили второй топчан и теперь разложили на табурете нехитрый ужин из остатков пирогов, лука и крепкого травяного отвара.
– Доброй ночи, господа, – попрощалась девушка, – помните, лавка закрывается снаружи, но вам нужно будет присмотреть за тестом и не забыть про печь.
– Доброй ночи! – нестройно ответили новые работники.
Потом Митч вдруг встал и, переминаясь, сказал:
– Миссис, вы бы не ходили одна. Тот парень, который был с нами, Жейр, он остался недоволен, что мы пришли к вам. Нас он не тронет, побоится, но вам может навредить…
– Спасибо за предупреждение, – вздохнула Оливия, – меня провожает слуга, но я постараюсь придерживаться центральных улиц. Всего доброго!
Глава 11
Она заперла булочную и в сопровождении лакея медленно двинулась к особняку мистера Олмиджа. Первая часть пути прошла благополучно, однако, когда ярко освещенная площадь осталась за спиной и до особняка было идти совсем немного, из узкой щели между домами вдруг вывалился бродяга и, обдавая окрестности сильным запахом перегара, вскричал:
– А вот и дамочка пожаловала! Что, уже всех несчастненьких пристроили? – он кривлялся, кружил около, держась на расстоянии десяти шагов, и совершенно не обращал внимания на слугу, который разрывался между желанием накостылять нахалу и опасением оставить хозяйку одну.
До ограды особняка оставалось два десятка шагов, когда парень решился приблизиться и схватить Оливию за рукав пальто. Новое, светло-серое, пошитое из толстой гладкой шерсти, украшенное модными в этом сезоне замшевыми аппликациями на обшлагах, оно так нравилось девушке, что она не выдержала: развернулась, стукнула негодяя сумочкой с дневной выручкой, висящей на запястье и крикнула в красное ухмыляющееся лицо:
– Не будет тебе покоя, грубиян! Будешь каждую ночь тут скитаться и завидовать своим приятелям!
Бродяга отшатнулся, потерял равновесие и свалился в сточную канаву, почему-то открытую в этот поздний час. Не обращая внимания на его крики, Лив почти бегом достигла калитки, распахнула ее, ворвалась на расчищенную аллею, вихрем пронеслась до крыльца и только там остановилась, успокаивая сердце, бьющееся где-то в горле. Слуга топал тяжелыми сапогами сзади.
– Мисс, – просипел он, отдышавшись, – вам не стоило так бояться, я бы справился…
Девушка смерила взглядом деликатно сложенного мужчину лет сорока пяти, мысленно сравнила его с молодым и крепким бродягой и похвалила себя за умение быстро бегать.