Операция "Берег" (СИ)

— Так даже полезнее, — согласился Евгений. — Он с другой стороны процесс видел, я-то на нервах был, мог что-то упустить.
— Ответственный момент, все же не каждый день край-сляй-теров берем, — намекнул юный, но опытный старшина Тима. — И вытащили целым. Успех же, товарищ старлтенант, так? Подлодку опять же пристукнули. А чтоб прямо сразу всё и везде получилось, так такого вообще не бывает.
— Да ладно, не утешай. Мы этого крайсляйтера и лодку для нашей главной цели пристукивали, а на выходе результат не очень-то, — Евгений сунул в рот остаток бутерброда.
Ладно, аппетит мы сохранили, не все потеряно, может, еще наверстаем по делу.
— Готово, можем двигаться! — закричали с бронетранспортера.
* * *
Поместье Гросс-Фридрихберг
15:33
Об обстановке уточнили на посту — у въезда, на знакомой еще по поездкам на «Пуме» позиции фольксштурма, теперь стояли наши пехотинцы. Сержант-усач с двумя орденами «Славы» на груди авторитетно объяснил: «официальных боевых фрицев нет, смылись, но кто-то из гражданских там шмыгает, может и переодетые, поручиться нельзя. Тщательным прочесыванием сейчас заниматься некому, основные наши силы вперед ушли, ночью на КПП слышали подозрительное, но с поста не отлучались. Так что пусть товарищи контрразведчики будут настороже».
Машины проехали по аллее, свернули к центральному усадебному зданию — на плане именовалось эффектно — «Паласт». На всякий случай обогнули дом со стороны Малого озера, осмотрели, остановились.
— Бдительности не терять, — скомандовала Мезина, возясь с ремешком каски. — Осматриваемся быстро, зорко, избегая сюрпризов. Разбиваемся на группы, прикрываем саперов. Радисты и пулеметчик в бэтэре — резервной группой. Обращаем внимание на всякие странности, типа не спрятанных грузов, аппаратуры связи, сомнительных трупов. И главное — живых немцев-аборигенов. Желательно не пугать, попробовать поговорить.
…Рука на автоматной рукояти, ствол наготове, но чувствовал Евгений, что в комнатах пусто. Легкий беспорядок, но чувствовалось, что убегали отсюда заранее, часть мебели вывезена, угадываются места от висевших, но снятых картин. Хозяин имел неимоверную тягу к коллекционированию награбленного, много натащил, но самое ценное перепрятал. Ушлый был тип, здешний гауляйтер, того не отнять.
Сапер осторожно приоткрыл очередную дверь — окна комнаты закрыты ставнями, полутьма с узкими лучами неяркого дневного света. Тимофей включил фонарик — держал в далеко отставленной руке. Опять столы, стулья, предметы малоценного интерьера…
— Во, опять гитлерюга забытый, — пробормотал сапер, глядя на страшноватый бюст фюрера — башка крупная, усики агрессивно торчат, черный мрамор уже покрылся пылью, словно годы тут забытый стоял.
— Они тут бандой ховаются, — буркнул Тимка, на миг высвечивая стоящие у стены картины — опять фюреры: один академический, в белой парадной форме, выписанный маслом, другой полегче исполнением, на фоне гор, пастельный, отдыхающий где-то на Бергхофе[3].
— Гитлеров как говна, изрядно вместе с взрывчаткой напихали, да не взорвали почему-то, — сказал сапер. — Дык все уже, товстаршнант — вон она — последняя зала.
Сквозило из распахнутой двери балкона, мерз закрытый чехлом рояль, валялись обрезанные телефонные провода. В принципе, хороший дом, приятно, что уцелел, что-то полезное можно обустроить типа дома отдыха. Почему не взорвали, непонятно. Заряды в подвале серьезные.
Оперативники вышли на балкон — внизу уже стояли Мезина и бойцы, смотрели в сторону отдаленных построек, даже в бинокль и оптический прицел приценивались.
— Нет ничего любопытного? — поинтересовалась Катерина, задирая стальную голову. — У нас тоже пустышка. Провода на всякий случай перерезали, тут минировано — словно крейсер подрывать думали. Сейчас думаем центральный бункер глянуть, а вы тогда…
— Постойте, товарищи, — старшина Тимка приподнялся на цыпочки, ловя мелким носом ветер. — Дымом пахнет. Вернее, подрывом. На тротил очень похоже. Вон оттуда несет.
  
— Что-то все-таки рванули напоследок? Племенной коровник-ослятник? — удивилась Мезина. — Может, случайным снарядом накрыло? Ладно, заедем, вместе глянем, что там по нюху, потом разойдемся. Вообще тут долго искать можно, территория просторная.
Старшинский нюх, понятно, не подвел. У небольшого строения, довольно невзрачного на вид, оказалась подорвана одна из стен, вернее, спуск в подвал или полуподвал.
— Скромно бабахнуло, — удивилась Катерина. — Не сработало что-то?
— Снаружи подрывали, наспех, — пояснил сапер. — На снаряд действительно похоже, на случайный, но нет, точно подрыв. Нах… извиняюсь, нахрена сам вход рвали, непонятно.
— Вот это мы и ищем — непонятности! — Катерина осмотрелась. — Хотя так-то все понятно. Объект стратегического хозяйственного назначения, хотя и второй очереди.
— Это же мастерская какая-то? — удивился Евгений.
Бывшая начальница и остальные знающие бойцы посмотрели с некоторым сочувствием, как на слегка умственно-отсталого.
— Кузня. Лошадей подковывали, — пояснил Иванов, держа винтовку наготове. — Но…
— Именно. Странно. Про стратегическую ценность второго порядка я вполне справедливо сказала, а тут еще и подрыв весьма специфический, — пробормотала Катерина. — Что в действительности за объект может быть? Бойцы, осматриваемся. Об осторожности не забывать!
Лично старший лейтенант Земляков ничего подозрительного не нашел. Правда, запахи в забитый нос потихоньку начали пробиваться: навоз, уголь, сам бы догадался, что кузня коневодческая, если бы обоняние не подвело. Ну, городской человек, отчего же непременно знать с полувзгляда все должен.
Странное нашел Янис — машину за углом под навесом. Вполне исправный, пусть и не очень парадный, бежевый «Опель-Кадет». Оживившийся Ян выбрался из кабины:
— Заправлен, похоже, на ходу. И вот!
В руках опытного водителя была бутылка коньяка.
— Вдвойне подозрительно. Коньяк хороший, французский, не суррогат, — Евгений постарался, чтобы передернуло не особо очевидно. — Такой просто так не бросят.
— Верим специалисту, — почти без ехидства заверила Мезина. — Так, осматриваемся еще внимательнее. Тимофей, будь любезен, подгони сюда броню. Пусть нам спину прикрывает. Что-то нервно становится.
Саперы осматривали завал, Янис продолжал проверять стоянку, а старший лейтенант, как человек болеющий и вообще не очень годный к помещечье-конюшенным следственным мероприятиям, был сослан на чердак — присматривать за округой.
Сидел товарищ Евгений, застегнув ватник под горло и положив ствол автомата на раму, присматривал за живописными и ухоженными окрестностями. Странное впечатление производила усадьба: вроде и красиво, но как-то натужно, без изящества. И сыро. Домой бы, отдохнуть. Но дома тоже не самое спокойное время, какой уж там отдых.
Внизу оперативники почему-то склонились над подсыхающей лужей. Нашли что-то. Вот что в луже можно найти? Следы подков племенных скакунов-першеронов? Нет, что-то иное — вон, даже на прилязгавший бронетранспортер не оглянулись.
Бронетранспортер замер, повертел столом пулемета — тоже не особо нравится поместье экипажу.
Катерина оторвалась от лицезрения грязи у лужи, подняла голову:
— Жень, тут вроде ваша «Пума» стояла. И, кажется, известный «Адлер-дипломат». Янис его покрышки не очень запомнил. Но «Пума» — точно.
— Гм, и что это должно доказывать? — сверху уточнил Евгений. — Про некоторую связь событий мы и так догадывались.
— Верно, но… — Катерина мгновенно развернулась, вскидывая винтовку.
Прочь от завала шарахнулись саперы, тоже схватились за автоматы. Мигом все скрылись, пулемет бэтэра вновь развернулся.
Старший лейтенант Земляков ничего не понял, но на всякий случай тоже упер металлический приклад «Судаева» в плечо.