Быть женой чудища закатного (СИ)

— Что здесь происходит? Вы кто? — тетушка пришла в себя и с грудью наперевес теперь напирала на непрошеных гостей.
И если Геспер просто стоял, так сказать, на пороге, ведь в штукатурке и согнувшийся, то Менандр вел себя вполне как дома — заглянул уже в соседнюю комнату и подхватил с праздничного стола блюдо с крошечными закусками. Я сразу же углядела на нем корзиночки с мясным паштетом и неосознанно облизнулась. Есть хотелось так, что в живот свело.
— Муж хозяйки, — ткнул в сторону друга Менандр, закинул в рот ту самую корзиночку и с аппетитом начал жевать. Ух, вкусно небось!
— К-какой хозяйки? — начала терять терпение тетушка.
Я ее даже немного понимала. Влетают в дом посреди долгожданной свадьбы какие-то неизвестные бродяги. Один страшный как сумеречный грех, пугает гостей и торчит посреди комнаты, крылья свои расщеперив. Второй наглый, ухмыляется, да еще и за еду сразу взялся, хотя кто ж ему разрешал?
— Ну не ваш же! — хохотнул Менандр, смерив тетушку взглядом. — Такого я не то чтобы лучшему другу, но и заклятому врагу не пожелал бы!..
— Ыхы-р-р, — влез в разговор со своим мнением Геспер. И, видимо, что-то там в этом рычании Менандр понимал, потому что задумался и тут же закивал:
— Да-да, Фариду пожелать можно, ты прав. Он под стать этой гневной особе!
Тетушка и правда покраснела от гнева, еще и руки в бока уперла, собираясь сказать наглецу, что и как. Наверное, она собиралась выдворить Менандра из дома. Возможно даже, пинками.
— Защищать мать не будешь? — я решила, что наблюдать за происходящим можно и сидя, и присела на постамент рядом с семейным камнем. А вот Науму места уже не хватило, у него зад был больше моего.
— Я с ума еще не сошел — бросаться между жерновами, — хмыкнул братец, наблюдая, как на подмогу к тетушке смело отправился нэар Никос.
— Что делать будешь? — я достала из-под юбок ускоритель тау-частиц — его-то я из карманов не выкладывала, вот и в свадебный наряд перенесла — и теперь щелкала тумблерами, из-за чего семейный камень за моей спиной начинал гудеть. Это Наума нервировало даже больше, чем перепалка стража и матери. Мало ли, что мне в голову взбредет, да? Ответит он мне сейчас какую-то глупость…
Впрочем, кровожадности я сейчас не чувствовала, усталость и грусть — да. Даже хорошо, что бабушка этого уже не увидела, иначе у нее бы точно сердечный приступ был. Идиотизм да и только, что происходит!
— Все равно уеду, — пожал он плечами. — Отец Дианы предлагал мне место в младших торговых партнерах. Да и сама Диана хороша.
— Это он тебе его предлагал, потому что у тебя как бы были оливковые поля и дом на второй синикии Аполиса, — хмыкнула я.
— А может, все-таки поженимся? — спросил он и выглядел при этом так невинно и растерянно, что так и хотелось сказать что-то такое, что его не расстроит.
Эос убереги, какой же мой братец наглец и проныра! Покоритель сердец и амбициозный молодой мужчина. И как я так долго этого не замечала? Он же тоже вырос и давно. Пока я совершенствовалась в механике, Наум жил своей жизнью… Наверное, для меня он давно как бы находился в тени своей матери, шел дополнением к ней. Впрочем, братец и не старался меня в этом переубедить.
— Что ты хочешь предложить? — я складываю руки на груди. Судя по его взглядам на перепалку Менандра и тетушки, а она все еще длилась, Наум не удивлен. То есть предполагал, что меня найдут? Что Геспер захочет меня найти?
— Это было бы не так плохо, как ты себе представила. Да и мать я бы здесь надолго не оставил, спровадил бы в Гелиополис. Там у отца какое-то наследство осталось. Пусть бы за него поборолась…
— А ты очень… рационален, — это все, что я могла ответить.
— Ты же не скажешь, что вас с этим чудищем любовь связывает? Так и со мной. Достаточно договориться.
— И что ты мне предлагаешь, когда мне и договариваться не нужно? — возмутилась я.
— Счастливую семейную жизнь, конечно, — наклонился ко мне Наум с улыбкой. — Кто еще знает тебя так, как я?
В моей голове тут же закружились мысли: может, я чего-то не знаю. Может, Наум что-то в Геспере заметил, может, я делаю ошибку и лучше бы остаться действительно рядом со знакомым человеком…
 
Эос помоги, у меня даже голова закружилась.
Как он это сделал? Запутал меня словами! Зачем-то начал предлагать совместное будущее, строить какие-то планы? А я слова всерьез воспринимаю. Привыкла.
И, сама того не замечая, я вдруг попыталась осмысленно обдумать эти предложения, даже начала высчитывать, какая вероятность исполнения того, что предлагал Наум. И задумалась, а на чем основывается его предположение, что я соглашусь… Может, и во мне он что-то заметил?
В общем, занялась я ерундой: пыталась провести логические связи тогда, когда нужно просто не слушать. Потому что это всего лишь слова, не подкрепленные ничем!
— Хватит меня путать! — оттолкнула я Наума, который внезапно оказался очень близко.
Сумрак с этим всем! Он не так прост, как казался!
— Попробовать стоило, не дергайся, сказал же, что уеду, — усмехнулся он. — Но ты подумай о другом. Тебе все равно не нужны оливковые поля, и сама ты за ними смотреть не будешь. Возьми управителя, это первое. А дом сдавай. Это второе.
— Тетушке, что ли? — насторожилась я.
— Да хоть бы и ей, вот только нужен ли будет ей этот дом без семейного камня?.. Ты же его заберешь.
— Почему ты вообще решил, что я отсюда уеду? Это мой дом! — я почувствовала раздражение. Ну почему все хотят решать за меня?
— Но ты же вышла замуж за стража. А их супруги живут рядом с ними. В башне…
— Что? — я попыталась вспомнить, правда ли это. Но так-то в книгах о подобном ничего не было, а сплетнями я никогда не интересовалась. Да и вообще, зачем мне знать, кто и с кем живет?!
Но я не успела толком узнать что-то еще, как нас перебили.
— Какого мужа, нэар?! Что вы издеваетесь? И скажите вашему зверю, чтобы не скалился на меня! Как еще рассветные стражи у меня не на пороге… — трясла кулаками и кричала уже в полный голос тетушка. А ей уже вторили родственники — те, которые не разбежались. Чудище их уже не пугало. Оно же ответить не могло.
— Хм-м, чего он в человека не обращается? — нахмурился Наум.
Я поморщилась:
— А ты представь: вместо чудища вдруг голый беззащитный человек!
— Не позавидуешь, — хмыкнул он. Мне оставалось только кивнуть, потому что остаться беззащитной перед шумной агрессивной толпой, которая еще от тебя что-то требует, это ужасно! Геспера явно нужно было выручать. Муж все-таки, жалко, а Менандр… Ну, Менандр как-нибудь сам спасется.
— Геспер! Хочешь, дом покажу? — позвала я и рукой помахала, мол, иди сюда, а у Наума спросила: — Я у тебя одежду одолжу?
По-хорошему припереть бы братца к стенке и потрясти хорошо. Потому как волновало меня, что у него на уме. Но не ко времени все было. А Геспер, ссутулившись, уже шел ко мне. Я не спешила спрыгивать с постамента, отсюда было проще прикинуть, пройдет ли он в таком облике по коридорам или стоит вывести его на улицу, чтобы он залетел в какое-нибудь окно…
— Рра-рау, — сказал Геспер в сторону Наума, и мой братец поднял руки, мол, не мешаю.
— Пойдем, найдем тебе одежду, — я щелкнула пальцами, чтобы обратить внимание на себя.
Правда, пойдем — это было громко сказано. Чудище сгребло меня с постамента лапищами и понесло в указанную сторону. Я уже привычно уцепилась за шею — и все остальное отошло на задний план. Ведь мне удалось пощупать Геспера за крылья. И на плечах у него чешуя оказалась крупнее…
  
Глава 20
  
В коридоре Гесперу было очень тесно, хотя он искренне старался идти аккуратно и медленно. А мне оставалось направлять его, указывая по сторонам: здесь кухня, здесь комнаты для гостей, хранилище продуктов, столовая, вход в бабушкины комнаты, которые я закрыла после ее смерти, и наконец крыло для родственников, где собственно была комната Наума. Самая крайняя.