Креольская принцесса

Что сейчас произошло? Рафаэль задумчиво отряхнул крошки с рубашки. Так он был помолвлен или нет?
Она забыла забрать тарелку. Теперь ему придется самому нести ее матери. А она может не только швырнуть в него пирогом.
Новый Орлеан
20 октября 1779 года
Донья Евангелина послала Лиз и Дейзи на рынок. Девушки были рады вырваться из тесного форта и хоть на какое-то время избавиться от тяжелой работы на складе. Но даже спустя два месяца после урагана улицы Французского квартала были покрыты илом, старые дома наспех подлатали новыми досками, а кислый запах плесени превратил приятную прогулку в тягостную повинность, с которой хотелось покончить как можно скорее. Лиз повернула за угол, который вел к невольничьему рынку. Она хотела поторопить Дейзи, но в этот момент заметила чернокожую женщину, закованную в кандалы. Ее вели на помост, чтобы продать.
– Дейзи! Тебе не знакомо лицо этой женщины?
Дейзи замерла и нахмурила лобик.
– Не уверена. Возможно.
– Она похожа на повариху мадам Дюссой. Я видела ее, когда Рафаэль привозил меня на вечеринку. Помнишь?
Дейзи удивленно посмотрела на подругу:
– Конечно, я помню, когда ты ездила на вечеринку. Ты тогда меня еще спрашивала, целовалась ли я с Симоном, и я долго не могла уснуть. Но я не уверена, видела ли я когда-нибудь повариху мадам Дюссой.
– Ну у нее рот, как у Каина. Правда?
– По правде говоря, я плохо помню Каина. Я знаю, что он друг Скарлет и отец Нардо. Не смотри на меня так… Я думаю, что они женаты перед Богом.
– Конечно. Я хочу пойти поговорить с ней. Возможно, она знает, что случилось с Каином после того, как ты покинула Мобил.
– Подожди… Лиз! Нельзя просто так подойти к рабыне на невольничьем рынке и начать задавать вопросы! Лиз!
Лиз не слушала подругу. Она протиснулась через толпу, окружавшую помост.
– Эта женщина здорова и достаточно молода, чтобы служить вам еще много лет, – громко выкрикнул распорядитель торгов. – Мне сообщили из надежных источников, что она была лучшей поварихой в Мобиле и окрестностях, если не считать, конечно, повариху из таверны Буреля. О ней заботились, у нее есть все зубы, она ни дня не болела. Итак, кто даст за нее две сотни фунтов?
Чтобы рассмотреть рабыню, Лиз встала на цыпочки между женщиной в большой соломенной шляпе и какой-то дамой с зонтиком. Кто-то уже предложил двести фунтов, и тут же другой покупатель предложил триста. Ей следовало поспешить. Но как ее зовут? Скарлет рассказывала о своей жизни у мадам Дюссой, что со всеми рабами обращались как со скотом и лишь мать Каина уважали за ее кулинарное искусство.
Она не могла просто так крикнуть: «Эй! А вы мама Каина?» Ее имя… Марта, может быть? Нет, что-то похожее.
– Мартина, – крикнула она. Точно. – Мартина! – повторила она, воспользовавшись временным затишьем в торгах. – Мартина, я тут!
Женщина повернулась в ее сторону. Прищурившись, она начала искать в толпе человека, который позвал ее.
– Мартина! Это Лиз Ланье! Я здесь!
Мартина от удивления открыла рот.
– Мисс Лиз? – прошептала негритянка.
– Да! Это я! – Лиз протолкалась к краю помоста, не обращая внимания на гневные взгляды распорядителя торгов. – Вы знаете, что случилось с Каином и… моим братом Люк-Антуаном?
– Мисс, разве вы не видите, что мы здесь делом занимаемся? – Распорядитель присел на корточки и зло посмотрел на Лиз. – Вам лучше убрать отсюда свое смуглое лицо, пока сами не оказались на помосте!
Лиз испугалась, но не двинулась с места.
– Я не рабыня, я просто хочу спросить эту женщину о ее сыне. Я знала их, когда жила в Мобиле.
– Не знаю. Как по мне, вы похожи на рабыню.
Дейзи протолкалась через толпу и взяла Лиз за руку.
– Моя подруга – свободная женщина, – резко крикнула она. – Мы работаем на губернатора, мадам Гальвес может за нас поручиться.
– Да неужели? – ухмыльнулся распорядитель.
– Так и есть, – из-за спины Лиз послышался глубокий голос. – Эти леди посещали мой дом много раз, – добавила она.
 
– Мадам! – воскликнул распорядитель. – Простите… я не заметил, что вы пришли с ними!
Мадам Гальвес снисходительно кивнула.
Еще никогда в жизни Лиз не была так рада видеть кого-либо.
– Я заплачу за эту женщину столько, сколько вы скажете, – промолвила мадам. – Мне как раз нужна новая повариха.
Распорядитель торгов прищурился:
– Она очень дорогая, мадам. Ее стоимость уже взлетела до пятисот двадцати фунтов.
– Это ложь! – воскликнула Лиз.
– Пустяки. – Мадам улыбнулась. – Я заплачу шестьсот, и мы на этом закончим. Да?
У распорядителя отвисла от удивления челюсть.
– Да, мадам! Я согласен.
Мадам расплатилась и протянула руку, затянутую в элегантную перчатку.
– Снимите, пожалуйста, кандалы, сэр. Я хочу, чтобы Мартине не мешали эти железяки, и я спешу.
Распорядитель поспешил выполнить просьбу мадам. Мартина спустилась с помоста, потирая запястья. По ее лицу текли слезы.
– Не знала, что стою целых шесть сотен фунтов, – призналась она, шмыгая носом.
– Вы стоите намного больше, – заметила мадам, – но очень хорошо, что он согласился, потому что у меня больше с собой не было! А теперь пойдемте, давайте спрячемся от солнца, пока моя кожа не стала такой же темной, как у вас!
Она покрутила зонтиком и направилась к кофейне, которую посещали леди высшего общества Нового Орлеана. Лиз, Дейзи и Мартина последовали за ней, словно утята за симпатичной уткой. В кофейне мадам отложила зонтик и села за небольшой круглый столик, окруженный изысканными коваными стульями. Лиз и Дейзи присоединились к ней, а Мартина неуклюже замерла рядом.
– А теперь, – начала мадам, – пожалуйста, объясните мне, что здесь происходит.
– О мадам, спасибо вам за то, что вы вмешались, – быстро начала Лиз. – Я очень испугалась. Мне очень жаль, что вам пришлось потратить так много денег. Но я хотела лишь узнать о том, что стало с сыном Мартины, Каином. Он учил моего младшего брата Люк-Антуана, который работал на хозяйку Мартины, мадам Дюссой, и должен был стать впоследствии кузнецом.
Мадам, казалось, запуталась.
– Мадам Дюссой – кузнец?
Лиз рассмеялась:
– Нет, она та гарпия, которая владела Мартиной и Каином, а также моей кузиной Скарлет. Каин ее раб, он работает в кузнице, они со Скарлет любят друг друга.
– А, гарпия, я понимаю. Продолжайте.
– Мадам Дюссой продала Скарлет около двух лет назад. Сначала она попала на плантацию в Натчезе, затем очутилась здесь на рынке, где Рафаэль, то есть дон Рафаэль, купил ее для вас, а потом… но потом вам известно, что случилось. Я хочу знать, что Мартина может рассказать мне о моем брате и Каине.
– Подождите, мисс, – выпалила Мартина. – Простите, но вы хотите сказать, что Скарлет здесь, в Новом Орлеане?
– Да! У нее ребенок от Каина! Его назвали Нардо в честь губернатора… – Лиз улыбнулась мадам, – и он очень похож на Каина. Потому я так легко вас узнала, как мне кажется.
Мартина удивленно посмотрела на Лиз.
– Ребенок от Каина? – У женщины в глазах появились слезы. – О боже, внук! – Спустя несколько мгновений она взяла себя в руки. – Каин жив. Американские ополченцы напали на плантацию Дюссоев и привезли нескольких рабов сюда, но Каин смог от них сбежать. Я думаю, что маленький Люк-Антуан, должно быть, последовал за ним. Я не знаю, куда они направились.
Лиз зажала рот рукой. Люк-Антуан и Каин были живы! Они смогли спастись.
– А как же мадам и месье Дюссой?
– Я полагаю, что они сбежали в форт. – Мартина пожала плечами.
– Думаю, ты ничего не слышала о моем деде, моей мачехе и других детях? Или… о моем отце?
– Твой дедушка и остальные в порядке, насколько я знаю. Они американцам не интересны. Но твой папа… – Мартина бросила быстрый взгляд на Дейзи. – Я слышала, что там произошли ужасные вещи после того, как мисс Дейзи сбежала.
 
20
 
Новый Орлеан, поместье Гальвесов