Страж Кодекса. Книга II (СИ)
— Белов Дмитрий Борисович.
— Для меня честь узнать имя столь выдающегося аристократа, — величественно кивнул поц и приложил руку к груди. — Позвольте же и мне представиться. Я — Неврозов Тимофей Александрович.
Он явно ожидал от меня какого-то ответного шага, а два его амбала молчали, как рыбы. Ну а что я? Я просто хлюпнул чаем и криво улыбнулся.
Вот повезло так повезло, ничего не скажешь.
* * *Царицын… Спустя три часа после покушения… Особняк рода Неврозовых…
Лучи солнца проникали в небольшую мастерскую. В воздухе витали опилки и запах древесины, а внутри раздавались звуки работы. Неврозов Александр Павлович любил работать с деревом. Ещё с самого детства это стало его хобби, когда дядя привёл его в свою мастерскую и показал собственные шедевры из древесины. Для столь богатого и обеспеченного человека, облечённого властью, подобное стало отдушиной и способом успокоить нервы. Переключиться на что-то другое. На гладкое дерево, которое постепенно преображалось в нечто прекрасное. Практически вся мебель в его доме была сделана именно им, отчего многие друзья и гости выражали уважение и даже желали сделать заказ. Но Александр отказывал всем. Он трудился не для того, чтобы продавать или отдавать своё детище, а для самого себя.
Рубанок в его руках снимал с поверхности доски тонкий слой. Пусть это изделие не готово, но Неврозов уже видел, как оно должно выглядеть в будущем. Каждую необходимую шероховатость поверхности или её гладкость.
— Дорогой! — дверь мастерской распахнулась, и внутрь зашла невысокого роста женщина.
Александр замер с рубанком и повернул голову. Редко кто вторгался в его рабочий процесс, если на то не было причин. Особенно его жена, что была сейчас на восьмом месяце беременности!
Взглянув на супругу, Неврозов сразу понял, что что-то случилось. Её бледный вид и обеспокоенные глаза буквально кричали о неприятностях! И пусть служанки пытались успокоить женщину, у них ничего не получалось.
— Что случилось? — спокойно спросил он, не дав волю эмоциям.
— Тимоша! Нашего сына чуть не убили!
Супруга находилась в таком раздрае чувств, что с трудом стояла на ногах, а когда до Александра дошла точная причина, то он сразу же отбросил рубанок и прижал её к себе. Он видел, как сюда бежал начальник службы безопасности рода, а значит, информацию он узнает вот-вот.
— Всё будет хорошо, дорогая. Я во всём разберусь. Тебе нельзя беспокоиться.
— Как тут не беспокоиться⁈ — чуть ли не кричала женщина. — Наш сын пострадал!
Кое-как приведя жену в чувства, Александр распорядился, чтобы её отвели в покои и вызвали целителя. Неизвестно, как такое потрясение могло повлиять на плод. А когда её увели, он переключил своё внимание на слугу.
— Ты ведь знаешь, что с тобой теперь будет, Алексей?
— Виноват, господин! — склонил голову мужчина. — Но не в моих силах повлиять на новостные каналы.
Неврозов удивился. Новостные каналы?
— Рассказывай. Коротко, и по делу, — сухо отдал он приказ.
Картина выходила странная. В центральном районе Царицына началась перестрелка, а именно — возле ресторана «Капри», что был одним из популярных мест для благородного общества. Кто именно открыл огонь — выясняется, но пострадавшие лица уже есть. И среди них его сын и наследник. Хорошо, что сейчас Тимофею ничего не угрожает, и он находится в одном из госпиталей Морозовых. Вот только его замашки сыграли так, что семья узнала о его ранении не от него лично.
— Есть ещё кое-что, господин, — с неким беспокойством сказал Алексей. — Как выяснили мои люди, целью нападения был Белов.
— Он выжил? — сразу же заинтересовался Неврозов.
— Да, — кивнул глава СБ. — И по показаниям, которые получили наши люди, он принимал непосредственное участие в сражении.
Неврозов нахмурился. Он знал, что у парня пробудился дар, но произошло это недавно, а значит, и управлять им Дмитрий не мог научиться. Тогда зачем он сражался? Разве не лучше было доверить всё охране? В любом случае, эту информацию стоит учесть и скорректировать планы. Как и найти тех, кто ранил его сына. Такое не прощается и ублюдки получат своё сполна.
Свернув работу и раздав приказы, он сразу же направился в госпиталь, в котором заметил слишком уж большое обилие благородных. Похоже, что всех пострадавших доставляли именно сюда, а теперь их семьи рвут и мечут, допытывая врачей и персонал. Благодаря тому, что род Неврозовых является одним из сильнейших в Царицыне, ему предоставляли всю информацию без очереди, и мужчина поднялся в нужную палату. Возле её дверей он встретил бойцов охраны, которые при появлении главы вытянулись по струнке.
Тимофей лежал на кровати в ВИП-палате и смотрел в окно, любуясь погодой. Его нога была перебинтована, а ссадины и мелкие раны обработаны.
— Как ты, сын? — присел Александр на стул возле кровати.
— Со мной всё хорошо, отец, тебе не стоило приезжать.
— Это уже мне решать, что стоило, а что не стоило, — сухо ответил мужчина. — Рассказывай, что произошло?
— Сегодня жизнь уготовила для меня испытание, и я прошёл его с честью, — в своей любимой манере сказал Тимофей. — А также мне повезло встретить достойного и благородного аристократа, что носит этот титул не для галочки, а заслужено.
Александр подавил желание поморщиться от подобных слов. Такая манера общения появилась у его сына из-за влияния деда. В какой-то мере Неврозов даже одобрял подобную речь и высказывания сына, но слушать их каждый день — утомительно. Тем более в такой момент, когда его сына чуть не убили.
— Довольно витиеватых выражений, Тимофей, — строго произнёс Александр. — Говори, что случилось в «Капри».
Парень вздохнул, перестал любоваться в окно и посмотрел на отца снисходительным взглядом, начав рассказ. Он занял не так много времени, но вот его конец… не слишком пришёлся по душе Неврозову старшему.
— То есть, Белов спас тебе жизнь? — помассировал мужчина переносицу.
— Истинно так, отец, — постарался кивнуть юноша. — Он поступил так, как учил меня дед. Встал грудью за раненого и более слабого. Пошёл против силы, что могла смыть его волной. Дмитрий мог бросить меня там, подстреленного злодеями, ведь свой героический поступок я так и не свершил. Но моя неудача… Она показала мне, что в моём поколении ещё остались настоящие аристократы. Благородство, доблесть, мужество. Для меня было честью познакомиться с ним.
— О боги… — тихо прошептал Неврозов, слушая поток слов сына. — Тимофей, ты слишком преувеличиваешь поступок Белова.
— Скорее, преуменьшаю, отец, — спокойно парировал парень. — Он поступил, как и полагается настоящему благородному. Тем более, что с его силой у него была возможность меня убить.
Неврозов замер и посмотрел в глаза сына.
— Откуда ты знаешь?
— Разве важно, откуда у меня знания, отец? Важно то, что меня спас тот, у кого ты желаешь отобрать земли и имущество. Я мог не говорить Дмитрию своего имени, как и благодарить его за спасение. Но даже когда он узнал, кто я такой, в нём не было злобы или ненависти.
— Это не имеет значения, — со сталью в голосе сказал Александр. — Как и то, к чему ты ведёшь, сын.
— Значит, нам не о чем говорить, отец, — отвернулся Тимофей. — Делай, что должно, но знай, что в этот день я мог умереть.
Мужчина несколько секунд смотрел на своего отпрыска, но тот молчал и всем своим видом показывал, что разговор действительно окончен. Александр мог пенять на судьбу, сделавшую так, что его сын оказался сегодня в «Капри», но не стал. Он в неё банально не верил. Но вот то, что Тимофей знал о планах и готовящемуся поглощению Беловых, стало для Неврозова неожиданностью. Он хорошо знал своего сына. Даже очень хорошо. Тимофей упрётся и даже понимая, что действует против отца, придумает, как отблагодарить Белова за своё спасение. Александр мог бы повлиять на это, но если о происходящем узнает Титов Евгений Евгеньевич, что являлся отцом его жены и дедом сына, то начнутся проблемы.