Роза для короля. Возмездие (СИ)

– Нет, госпожа.
– Фейерверки готовы?
– Да, госпожа. Все готово и сразу после приема и ужина, танцев, ровно в полночь небо окрасит фейерверк, – опять склоняясь в три погибели, ответил слуга.
Гревин кивнула и полоснув взглядом по молодому человеку стоящему в черной ливрее, за которую тоже было заплачено из имперских денег и которые ей пришлось вернуть, спросила: – Мой брат вернулся?
– Нет, госпожа, господина Шибу еще не было.
Отпуская слугу, который уже трясся от страха, она подошла к окну и почему-то вспомнила Питера, черноволосого молодого человека, который тоже был ее братом, но почему-то отказался быть ее любовником. Если бы сейчас у нее было два брата, тех на кого она могла бы положиться, то сейчас она бы не боялась так завтрашнего дня, а смотрела бы вдаль со спокойствием и надеждой. Она вспомнила черноволосого молодого человека с карими глазами, стройного, всегда спокойного и выносливого, и всегда именно его спокойствие подавляло любое проявление агрессии в его адрес. Где он сейчас?
– Может, стоит выкупить его у матери? – Гревин скривилась. Накашима не любила, когда ее дочери переходили черту и брали в мужья братьев, но иногда могла и нарушить это правило, если ей было это выгодно. А этот брак был бы выгоден именно Гревин.
За мыслями и воспоминаниями, вечер наступил быстро и нужно было идти встречать гостей, которые стали прибывать в замок. Да, Гревин знала, что ее мужья, трое мужчин, которых она выбрала из-за покорности и полного пренебрежения к своей жизни, будут на высоте. Вышколенные и покорные ее воле, а еще ее желаниям, они встретят всех гостей и разместят точно в соответствии с приказом их госпожи. Пора было спускаться и быть добродушной хозяйкой, которая  готова блистать. Ведь этот праздник хоть и организовывался в честь советника, но именно Гревин собиралась блистать на нем.
А Теффана стояла перед зеркалом и с грустью смотрела на свое тело, которое предательски подводило ее с каждым прожитым днем: – Скоро мне придется передать власть, – с сожалением сказала она. – Что будет с этим миром? Кому мне передать власть?
Ее дочери были не готовы к этому. Она помнила их маленькими созданиями, которые своими светлыми кудряшками и смеющимися рожицами украшали ее замок, открывали перед ней их мир и создавали в нем уют.  А теперь она знает их коварными и злыми, желающими лишь власть и не терпящими никакой критики в свой адрес. Когда она упустила момент, что ее дочери выросли такими развращенными. И ведь она старалась их наставить на путь истинный. Ну как могла. Даже наказала на несколько лет, заперев в темнице своего замка, парочку. Но это лишь озлобило их. Теперь предстояло решить: кто заменит ее в совете…
Теффана посмотрела критично на свое отражение и провела тонкими пальцами по плечам, на которых лежало золотое украшение, скрывающее ее худобу.
– Госпожа вы прекрасны, – послышался голос ее фаворита, черноволосого и сильного Ханана.
– Не ври мне Ханан. Я уже не та и даже ваша молодость не сможет вернуть мне былую силу и тем более – молодость, – с грустью отметила она.
Ханан опустился на колени перед ней и взял ее руку, тут же прикоснулся к ней губами и прошептал: – Госпожа, вы прекрасны, как и тысячи лет назад.
– Ханан, мое время наступает слишком быстро, боюсь, что когда вернусь, мне придется отправиться в уединение. Обещаю позаботиться о тебе, – Теффана прошлась по черным шелковым волосам, поглаживая голову молодого человека и улыбнулась, заглядывая в карие глаза. – Я придумаю что-нибудь, но вас уберегу.
***
Накашима стояла в кабинете и читала письмо дочери и чернела на глазах: – Теффана, ты слишком долго была у власти, – повернувшись к слуге застывшего у двери, продолжила. – Подготовьтесь, отправляемся в столицу.
Еще вчера она отправила в столицу казначея и сказала помочь разобраться с вопросом долга перед казной империи за перестройку дворца и проживанием дочери, а сегодня она должна без должной подготовки отправиться на бал, который решила устроить за ее деньги Теффана. И сейчас Накашима готова была стать врагом советника жизни, лишь бы спасти дочь от позора.  Что значат деньги, когда на кону стоит власть… Ничего! Вот и она готова отдать все что имеет, но не отдать власть, которую ей вручили в такой спешке. Теффана ведь передумала, и Накашима чувствовала, что это именно так, потому и запланирован этот банкет, потому и прибыла она в столицу без предупреждения и с полным составом, даже казначея с собой забрала. И кого же она надумала поставить во главе империи? Неужели кто-то из ее дочерей так ее впечатлил? Или может Накао выплакалась у нее на плече? Вот это и предстояло выяснить, а пока сборы в спешке и желание лишь выпустить магию смерти и схлестнуться с Теффаной прямо в королевском замке. 
 
ГЛАВА 16 Фейерверк … 
Накашима входила в главный зал императорского дворца в тот момент, когда Теффана в своем золотом платье, хотя когда она выбирала другой цвет, расшитым розовым жемчугом, принимала клятву верности у стоящих перед ней фрейлин будущей королевы. Пять девушек, готовых уже сейчас приступить к своим обязанностям склонили головы, увенчанные золотыми цветами, перед советником и дружно поклялись в верности Гревин Итон. Ее дочь, Гревин стояла позади них со снисходительной улыбкой на губах. Правда улыбки у Накашима уже не было. Она была зла. На дочь, что растратила так много денег из казны империи и ей пришлось возвращать недостачу, на Теффану, которая решила посетить столицу с визитом, так некстати. Но делать нечего, придется изображать любящую мать, а с дочерью она разберется потом.
А в столице готовились к фейерверку. Везде стояла армия в парадных костюмах, она выгоняла ремесленников на улицы, заставляя собираться на площади, около храма посвященному богине Дои. Сопротивляться солдатам с мечами и пиками было неразумно, потому все выходили и выстраивались полукругом вокруг храма, на ступенях которого стоял служитель, сложив руки на груди и наблюдавший за всем происходящим со спокойствием мыши, уже готовой к смерти в лапах хищника.
– Эй, господин Якин, как думаешь когда следующими в фейерверке, погибнем мы?
Мужчина в черной рясе улыбнулся и посмотрел на медленно чернеющее небо: – Я помню девушку, которую интересовало, почему на фресках на окнах храма нарисована казнь женщины. Я помню девушку, которая пила шоколад и наслаждалась пирожным сидя прямо у кафетерия, и не боясь топоров кузнецов, входя в их дом. Я помню девушку, которая пришла в храм к богине одна, через весь город, и она не боялась своего народа. Так почему я сейчас вижу, как к храму богини сгоняют как скот тот народ, которому она дала клятву исправить положение и попробовать изменить ситуацию. Может то, что произошло наша вина? Вам не кажется? – и он опустил взгляд на стоящих у ступеней высоких сильных мужчин. Послышались шепотки, мужчины стоящие у стен храма переговаривались, искоса поглядывая на солдат, где-то уже сжимались кулаки, и становился ледяным взгляд. – Знаете, я думаю, это не последний фейерверк в моей жизни, я обязательно увижу, как вернется на эту землю новый рассвет, в виде светловолосой королевы с фиалковыми глазами и невинной улыбкой.
А в потемневшем небе расцветали огненные цветы, распускались желтые хризантемы и огромные лилии. Все стоящие сейчас на площади мужчины ахнули, когда в небе, прямо над их головами, раскрыл свои огненные крылья огромный дракон, поглощая черноту неба.
А в небольшом особняке на окраине столицы, прямо под звуки грома от фейерверков, двое слуг ввели в комнату черноволосого мужчину и заставили преклонить колени перед сидящей в кресле рыжеволосой женщине, которая от всего увиденного раскрыла широко свои карие глаза и засмеялась: – Кого я вижу! Как же я ждала этой встречи.
– Я пришел госпожа, – склонил голову черноволосый мужчина. Женщина отметила, что он так же красив и так же силен, и если бы он захотел, его бы не остановили ее двое слуг. Хорошая добротная рубашка, широкие брюки, удобная обувь. И не скажешь, что он пришел из изгнания?