Прочные узы (СИ)

Дальше моей решимости не хватило, я планировала отступить, но мне не хотелось. Сомнения развеял Дэнис, он сам направил мою ладошку ниже, позволяя почувствовать под тонкой мягкой тканью трусов возбуждённый член.
Я огладила заманчивую упругую плоть, отмечая его форму и длину, и немного сжала, пытаясь обхватить его пальцами, но материя мешалась. И снова Дэн предугадал мои желания, приспустив бельё.
Несмело опустив ладонь, я поразилась тому, насколько нежным и одновременно твёрдым был член.
– Ири! – вскрикнул Дэн, красиво выгибаясь мне навстречу.
Он всем видом демонстрировал своё удовольствие, заводя меня до крайности. Я ещё никогда не чувствовала себя настолько возбуждённой и смелой. Дэнис хотел перехватить инициативу, но я нажала свободной рукой ему на грудь, показывая, что не хочу останавливаться. Почему-то видеть его удовольствие для меня было важнее, чем позволить ему подарить мне своё.
– Ири, я больше не могу, – крупно вздрагивая от каждого моего движения, просипел Дэн.
Испытывая странную смесь гордости и пьянящей власти над мужчиной, я накрыла его губы новым более голодным и несдержанным поцелуем, продолжая двигать рукой в том же темпе.
Дэнис вскрикнул мне прямо в губы. Его тело сильно напряглось и забилось в конвульсиях, заливая мою руку и его живот белёсым вязким семенем.
– Очень возбуждающе, – прошептал мне в ухо Антарион прежде, чем развернул меня к себе, целуя так, как целует только Ройс – жадно, страстно, сладко.
Глава 21. Подкуп
Ирина Кострова
Антарион не давал мне опомниться, снова ввергая в водоворот уже почти болезненной страсти.
– Рион, не спеши. Ири не готова идти до конца, – услышала я встревоженный голос Дэниса, едва пробившийся сквозь туман моего возбуждения.
В ответ Ройс глухо застонал, но не выпустил меня из объятий.
– Я бы смог удержаться. Просто хочу подарить ей наслаждение, не переходя грани, но ты прав – лучше вместе, – обернувшись к Дэну, сказал Антарион.
Смысл этих слов я не понимала, но страх перед неизвестным стал вытеснять удовольствие.
– Не надо, – прошептала я, упираясь руками в мускулистую грудь Ройса.
На моё удивление, Рион послушно отодвинулся, ложась рядом со мной. Он развернул меня на бок лицом к себе, осторожно лаская своими губами мои ключицы.
– Не бойся, Ири. Мы просто будем тебя целовать. Хотим увидеть, как ты сладко кончаешь. Тебе ведь понравилось наблюдать за мной, чувствовать, как сильно я тебя хочу? Мы тоже жаждем услышать твои стоны, – искушающе шептал мне на ухо Дэнис, нежно поглаживая мои груди, отчего они налились странной тяжестью.
Видимо, моего ответа никто и не ждал, потому что греховно сладкие губы Антариона снова лишили меня воли, превращая тело в оголённый нерв.
Шелково-нежные касания Дэна в противовес уверенным напористым ласкам Риона просто сводили с ума. Я даже не заметила, как оказалась обнажённой.
Где-то в глубине души я понимала, что всё это неправильно, я не должна терять себя в постели с двумя мужчинами, но в тот момент доводы разума стали не главными. Внутри всё ныло от странного тянуще-сладкого чувства, тело выгибалось и вздрагивало от прикосновений парней, а ответный огонь, горевший в синих глазах Вилана и янтарных Ройса, лишал желания задумываться о морали, зато делал острее другое, неизведанное до сегодняшнего дня, желание.
– Рион! – вскрикнула я, пытаясь оттолкнуть наглеца, опустившегося со своими поцелуями туда, где я совсем не ожидала почувствовать горячее влажное касание его языка.
– Да, моя Ири, кричи. Хочу слышать, как ты зовёшь меня по имени, – порочно облизываясь, сказал Антарион, возвращаясь к развратным ласкам, несмотря на моё вялое сопротивление.
– Расслабься. Не сопротивляйся этому. Тебе будет хорошо, наша девочка, – шептал Дэнис, упоительно сладко целуя мои груди, разминая их руками, посасывая ставшие чувствительными соски.
Приятных ощущений было так много, что я полностью потеряла себя в них, не думая, не осознавая, просто плавясь в этом остром удовольствии, что дарили мне сразу двое мужчин. Это нарастало во мне волной, в какой-то момент обрушившейся, чтобы утопить меня в искрящемся невыносимом удовольствии. Оно скрутило мои мышцы спазмом, ослепило и оглушило, заставляя кричать, чтобы хоть как-то выплеснуть из себя это напряжение.
– Наша сладкая Ири. Наша девочка, – лихорадочно шептал Антарион, а может и Дэнис, мой мозг отказывался хоть что-то анализировать.
Сейчас я плавала в странной неге и слабости, охватившей всю меня. Ласковые слова убаюкивали, дарили тепло и новую для меня духовную близость.
– Я скоро чешуёй от воды покроюсь, – проворчал Рион, снова исчезая в ванной комнате, а Дэнис притянул меня в свои объятия, успокаивающе поглаживая по спине, но этой идиллии не было суждено продлиться долго.
– Вур! – громко возмутилась моя проснувшаяся принцесса, шипя и угрожая Дэнису острыми мелкими зубками.
– Ладно, ладно, – сказал Дэн моей маленькой вредине. – Ну, можно хоть на кровати остаться? – жалобно спросил он, но чешуйчатая забияка была непреклонна. Фыркая и топорща крылышки, она рычала на Вилана, пока тот не слез с кровати.
– Что, опять?! – раздосадовано спросил Ройс, увидев, что драконы на кровати заняли круговую оборону моего полуживого от удовлетворения тельца. – Принцесса, сладкая, пусти на кровать, ну пожалуйста, – попросил Антарион, строя драконице умильные мордочки.
– Ву-у-ур! – протяжно пропела малышка, явно довольная комплиментами Ройса, но гнев на милость так и не сменила.
– Ну, ты чего? Парням на полу холодно и неудобно. Зачем ты их прогоняешь? – ласково спросила я, притягивая меленькую вредину в свои объятия. Девочка засопела с растерянным видом, поглядывая то на меня, то на своих мальчиков. – Давай, ты их пустишь обратно? У Дэниса к тому же нога болит. Он подвиг для нас совершил на футбольном поле, – заявила я, поглаживая дракошку.
– Вур, – кивнула она в сторону Дэна, и тот осторожно примостился на краю постели, а когда не последовало возражения, то забрался под одеяло. Однако, когда тот же трюк попытался повторить Ройс, то получил агрессию сразу от трёх малышей.
– А я?! Я тоже, между прочим, играл и старался, – обиженно сказал Рион, но аргумент не прокатил. – А если я завтра принесу всем вам вкусных шустрых сурлов? – хитро улыбнулся Ройс.
Предложение девочку явно заинтересовало. Она облизнулась длинным розовым язычком и с любопытством посмотрела на Антариона.
Ройс повторил попытку пробраться в кровать, и в этот раз строгая цензура его пропустила.
– Малышка, иди к себе. Меня никто не будет обижать. Они мои хранители, как у тебя твои мальчики. Ты же расстроилась бы, если бы я их прогоняла от тебя? – спросила я, наблюдая, как ящерка виновато потупилась, искоса поглядывая то на своих мальчиков, то на Ройса с Виланом, а потом положила мне голову на плечо и забавно затарахтела, как большая кошка. – Я тебя тоже люблю, но они теперь тоже моя семья, – тихо сказала я, испытывая определённую неловкость из-за своего признания.
Принцесса лизнула мою щёку и посеменила назад к своей корзинке, бросив перед уходом многозначительный взгляд на Антариона: мол, лирика лирикой, но сурлов, кем бы они ни были, никто не отменял.
Ройс понятливо подмигнул малявке, и как только драконы улеглись в корзине, придвинулся ко мне, вновь сгребая меня в уютные объятия.
– Сегодня я тебя обнимаю. И, между прочим, ты мне теперь должна, – нагло заявил он, заставляя меня титаническим усилием воли оторвать голову от его такой уютной груди.
– С чего это? – сонно спросила я.
– Ты Дэниса ласкала, а меня нет. Я тоже завтра хочу ощутить твои деликатные ручки на себе, – воркующим голосом соблазнял меня Ройс.
А я что? Я сейчас была согласна пусть не на всё, но на многое. К тому же предложение было весьма заманчивым.