Свет в океане (СИ)

— Да, — тихо сказала она. — Иногда…
Регулус нахмурил лоб.
— Чт…
— Ты был в Министе‘гстве? — опередила его Габриэль, словно ему послышалось остальное.
Регулус удивился её проницательности.
— Ми-ни-стерстве. Да.
— Здесь Ми-ни-стерство не так кр-расиво, как наше, — чопорно сказала Габриэль, выговаривая каждый слог. — Наше ук‘грашено звёздами, оно блистает, а ваше напоминает бассейн для великанов, и все куда-то спешат, как мсье Дютийель. Это секрета‘грь папы. Он так торопился с работы домой, что выбежал из Министер-рства через стену и попался на глаза магглу! Тепе‘гь об этом знает вся Франция! (2)
— Он нарушил Статут.
— Да, за это его лишили п‘гемии за месяц!
— Не уверен насчёт Министерства, но законы у вас куда лояльнее наших.
— Тогда уедем отсюда. Хотя бы ненадолго. Работа в банке невыносимо скучная!
— Значит, дело только в этом? — прошептал Регулус. — Гоблинские бумажки так утомляют?
— Нет, — ответила она, заинтересовавшись застёжкой на его мантии. — Не только. Ты сказал, что встречи с неп‘гиятными людьми угнетают. Это Гермиона Гр-рейндже‘г — неприятный человек?
Регулус опустил голову и увидел значок на груди. Министерский значок. Он забыл о нём, а тот до сих пор не растворился — так и висел между ним и Габриэль.
— Я обвинил её в том, что она выдала местоположение Малфоев.
Габриэль нахмурилась.
— Ты глупый. Она бы никогда так не поступила с тобой и мадам Тонкс. Она знает, что Нар-рцисса вам дорога.
Регулус пошевелил плечами, как будто хотел избавиться от липкого чувства стыда. Он вспылил. Он толком не разобрался.
— Ты права, — Регулус сорвал значок, размахнулся и швырнул в волны. — Вы обе правы.
— Ты извинишься?
Регулус не ответил. Он не хотел думать о Гермионе сейчас. Боже, он вообще не хотел о ней больше думать. Несколько месяцев во Франции все только и ждали, когда они с Делакурами объявят о помолвке, и он сделал это, устав жить под гнётом вопрошающих взглядов. Что дальше?
Комментарий к Глава 29 — Мистер Блэк
1) Нелюдимый, дикий, угрюмый (фр.)
2) Имеется в виду скульптура «Le Passe-Muraille». Она изображает протискивающегося сквозь каменную кладку мужчину — персонажа рассказа «Человек, проходящий сквозь стену» Марселя Эме. Памятник был создан в 1989 году скульптором Жаном Маре, близким другом Эме.
========== Глава 30 — Гермиона ==========
1 марта
В марте бывает три вида погоды, диктор Би-Би-Си не даст соврать: дождь только начался, вовсю льёт и уже заканчивается, но Оттери-Сент-Кэчпоул жил по своим законам. Ясный солнечный день на юге Англии для местных магглов не был такой уж редкостью, пока остальную часть Британии захлёстывали ливни и терзали ветра. Уизли, Лавгуды, Диггори и Фосетты первыми облюбовали южное побережье, но со временем окрестности Оттери-Сент-Кэчпоул стали заселяться другими волшебниками. Магглы, в основном фермеры, давно привыкли к тому, что прямо на их глазах происходят необъяснимые вещи… И всё же Гермиона старалась выбрать место для аппарации где-нибудь между холмами, тонущими в тумане, а уж оттуда вскарабкаться повыше и прямо по траве дойти до «Норы». Когда под ногами грязь и слякоть, это не так-то просто, но ботинки с резиновым носком спасли положение. Смотрелось, мягко говоря, не очень нарядно, но на то они и волшебники — трансфигурировать обувь всё же легче, чем сражаться с великанами или пауками. Впрочем, при Роне о последних лучше не упоминать.
Первым делом Гермиона заметила шатёр, установленный на том же месте, где три года назад состоялось празднование свадьбы Билла и Флёр. Этот был компактнее, скромнее, не такой нарядный, ведь и гостей ожидалось поменьше. Гермиона опаздывала — Джим в последний момент залил важный пергамент вечными чернилами, которыми обычно заполняют бланки гоблины, и всё бюро искало способ как-то убрать кляксу до появления Монтроуза.
Гермиона не сомневалась, что Рон вовсю дуется на неё.
Шум голосов слышался во дворе, очищенном от слякотной кашицы. Гермиона поколдовала над ботинками, превратив их в туфли, поправила пряди волос, выбившиеся из причёски… Она исхитрилась вставить в волосы цветок крокуса. Букет весенних касатиков был вдет в дверную ручку её квартиры. Найдя его там, Гермиона первым делом просканировала цветы на возможные проклятья, но ничего криминального не обнаружила. Теперь они стояли в вазе в её спальне, ограждённые от Живоглота пологом защитных чар. Ни записки к цветам, ни открытки — ни намёка на отправителя.
 
Наконец Грейнджер отряхнула подол мантии и приблизилась ко входу в шатёр.
Именинник был в центре внимания. Рон демонстрировал обступившим его гостям какую-то разработку для магазинчика Уизли.
— Гермиона! — воскликнул Ли Джордан, оказавшийся ближе всех ко входу. — Ты вовремя. Рон показывает крылатый будильник. Он летает со скоростью снитча — от такого не отмахнёшься, а ещё стреляет водой. В «Зонко» уже оформили предзаказ на первую сотню штук. Здорово, правда?
— Конечно, здорово! — опередил Гермиону Гарри. — Рону наконец-то пригодились чары левитации не только для того, чтобы оглушать троллей. Главное, чтобы, когда они выдохнутся, этот будильник не рухнул на голову спящего хозяина.
— Главное, что тот проснётся, — поправил Фред, хлопнув Поттера по плечу. — Привет, Королева эльфов. Проходи, не стесняйся. Давай сюда рабочую мантию. У нас тут запрещены любые намёки на Министерство магии и Аврорат.
Гермиона передала Фреду мантию, оставшись в коктейльном платье небесного цвета на широких кобальтово-синих бретельках. Пышная юбка длиной чуть ниже колен красиво качнулась при движении.
— Выглядишь замечательно! — одобрил Гарри. — Это чтобы Рон подавился собственным языком и не обвинял тебя в опоздании?
— Откуда такие коварные мысли, Гарри Поттер?
Гости зааплодировали, когда парящий под потолком будильник задребезжал, и из него вылетела птичка, которая пропела: «С днём рождения!». Рон тепло улыбнулся, поймав её в ладони, и поблагодарил собравшихся, чем вызвал новый шквал оваций. Его взгляд прошёлся по лицам родных и друзей и остановился на Гермионе. Она робко помахала ему, предложив извиняющуюся улыбку. Щёки Рона порозовели. Он сделал шаг ей навстречу, но был перехвачен рыжеволосым дородным мужчиной — видимо, одним из многочисленных дядюшек со стороны Артура. Сам мистер Уизли о чём-то весело спорил с отцом Луны возле фонтанчика с пуншем. Молли хлопотала у стола с закусками, за которым гордо восседала тётушка Мюриэль. Наконец Рон отделался маловразумительным «нарглы заждались…» от подскочившему к нему дядюшки и направился к Гарри и Гермионе.
— Эй! — он поравнялся с ними. Судя по его сияющему взгляду и покрасневшим ушам, с нарядом Гермиона и впрямь угадала. — Рад тебя видеть!
— Нарглы, значит? — прищурился Гарри.
— Поздравляю, — произнесла Гермиона, пихнув Поттера под рёбра, и протянула имениннику завёрнутый в фольгу подарок. — С днём рождения!
— Гермиона темнила до последнего, — вставил Гарри. — Ни единого намёка на то, что там.
— По форме похоже на книгу, — сделал вывод Рон, но, к его чести, голос не звучал осуждающе. Он сорвал обёртку и восторженно присвистнул, увидев клетчатую игральную доску. — Волшебные шахматы! Мерлин, я не играл в них с тех пор, как мы покинули школу!
— Я знаю, что у тебя есть набор твоего дедушки, — промолвила Гермиона, порозовев. Она изо всех сил старалась не обращать внимания на тупо ухмыляющегося Гарри. — Иметь свои тоже не помешает, правда?
— О! Ещё как! — успокоил её Рон, приоткрыв крышку.
Грейнджер обрадовалась, что отмела идею с шарфом в качестве подарка.
 
— Гарри, ты знаешь, о чём я думаю?
— Догадываюсь. И даже позволю тебе всласть насладиться победой надо мной, но только из-за того, что у тебя особенный день.
— Он особенный только благодаря вам.
— Рон, куда же ты пропал? — Чарли с бокалом розового пунша в руке вынырнул из толпы и растрепал брату волосы. — Игра ещё в силе?