Свет в океане (СИ)

— Что это за глушь такая, Забини, где тебя чуть не укокошил злой убийца? — с порога набросился Гарри. — Времени нет, так что без размусоливаний!
Остроты-заготовки, если такие и были, выскочили из головы Блейза от неожиданности.
— Я не знаю точно. Глушь на то и глушь. Эта сумасшедшая медвептица перенесла меня в какое-то место в горах, скинула и была такова, но мы там с Блэком всё осмотрели. Ничего примечательного не нашли.
— А река там была?
— Была, конечно, но…
Гарри повернулся к охранявшему Забини Долишу. Тот ни за что не собирался упускать объявившегося Пожирателя смерти и был верен себе до последнего — сам вызвался охранять Блейза.
— Только он сможет перенести нас к тому месту, где сейчас может находиться Лафкин, сэр. Прошу, позвольте мне его освободить. Даю вам слово, что верну Забини под ваш контроль.
— Эй! — возмутился тот, словно уже был на свободе.
— Пусть он даст слово, а не вы, — сказал Долиш. — Обет.
Гермиона посмотрела на Блейза. Наверное, её искренне-нуждающийся взгляд пронял даже его змеиное нутро.
Он колебался.
— Что ты мнёшься? — прошипел Теодор. — Ты уже прикован к стулу.
— Я… — Блейз громко сердито выдохнул и отвёл глаза, точно стыдился своей уступчивости. — Хорошо. Я дам вам Непреложный обет.
— Все бы так соглашались, и я был бы уже главой Аврората, — сказал Долиш, протянув ему руку.
— Упаси Господь, — прошептал Гарри так, чтобы его могла слышать только Гермиона.
Звеня оковами словно кошелём, заполненным сиклями, Забини скрепил рукопожатие.
Гермиона не верила в происходящее. Перед ней в самом деле стоял Блейз Забини, тот самый выпендрёжник и мошенник, чуть не сдавший её и Регулуса в лапы Кэрроу чуть меньше двух лет назад?
— Стажёр Поттер, чего замерли? — обратился Долиш. — Скрепляйте.
Теперь растерялся уже Гарри.
— Я видел, как это делается, но никогда не пробовал сам.
— Очевидно, вам понадобится волшебная палочка.
Гарри заскрежетал зубами.
— Коснитесь ею наших рук. Для свидетельства этого достаточно. Да, правильно, — проследил Долиш и повернул голову к Блейзу. — Итак, ты вернёшься под арест после того, как поможешь стажёру Поттеру.
— Да, я обещаю, — выдавил Забини, вскинув недобро сверкающие глаза на Гарри, застывшего рядом.
— Вот и всё, проще простого, — Долиш коснулся оков палочкой, и те пропали. — Если нарушите слово, мистер Забини, то умрёте. Обязан предупредить на всякий случай.
— Главное — своевременно, — пролепетал Блейз, потирая запястья.
— Пошевеливаемся! — подтолкнув его в спину, скомандовал Гарри. — Надо войти в зону, пригодную для аппарации.
И снова беготня по секретному ходу Малфоев. Гермиона поймала себя на мысли, что давно потеряла путеводную нить, и Гарри стал её маяком. Без него она бы так и стояла, орошая жилетку Тео горючими слезами.
— Эта твоя гениальная зацепка, Поттер? — на бегу спросил Теодор. — «Глушью» Блейза может быть безымянный склон, случайная река… Это могут быть любые горы, необязательно Пеннины!
Они выскочили наружу и очутились неподалёку от ворот Малфой-мэнора, которые были по-прежнему закрыты и надёжно заколдованы.
— Не любые. Ведь там, где ты был, Забини, росли маленькие сиреневые цветочки? Я видел такой в доме Блэка, приколотый к твоей записке.
— Да, были, Поттер. Целая поляна на берегу. Таких «лютиков» я тебе по всей Англии нарву на тридцать три венка.
Гарри улыбнулся.
— Хоть все рощи с кентаврами обойди, но фиалка «Тисдейл» растёт только в одном месте в мире — вдоль реки Тис в Пеннинских горах. Чем не уголок спокойствия?
— Гарри, ты уверен? — спросила Гермиона. — Я не хочу принижать твои познания в ботанике…
— Я этот цветочек после лекций Невилла и с закрытыми глазами нарисую. Посреди ночи разбуди — оттарабаню, куда можно его корни, листья и тычинки засунуть… и везде узнаю хоть в сушёном виде, хоть в расчленённом.
— Тогда чего мы ждём?! — вмешался Нотт.
— Например, когда мне отдадут волшебную палочку, — сказал Блейз. — Без неё ваш спасательный экспресс не тронется.
— Мне её из воздуха тебе выстрогать? — вскипел Гарри. — Понятия не имею, где твоя деревяшка! Наверное, изъята как «магдок». Верну, когда попадётся мне на описи.
 
Тео закатил глаза и вручил Забини свою волшебную палочку.
— Не нравится мне это, — прокомментировал тот. — Я только что дал Непреложный обет английскому Аврорату. Моя свободная жизнь кончена.
— Это святой повод поныть, не спорю, — философски заметил Тео. — У тебя в Азкабане будет на это мно-ого времени.
Блейз смерил его испепеляющим взглядом исподлобья.
Гарри крепко прижал к себе Гермиону и, когда Блейз вытянул руку вперёд, накрыл её своей. Теодор опустил ладонь сверху.
Гермиона зажмурилась.
Хлопок, рывок…
«Хоть бы угадали!»
  *
В горах было стыло и холодно. Между деревьями внизу свернулся туман, загнанный туда диким ветром, царапающим склон, на который приземлилась Гермиона в компании трёх молодых людей. Сосны вокруг скрипели, но не гнулись.
— Разделимся, — сказал Теодор, забрав свою палочку у Блейза.
Гарри сразу согласился. Они с Гермионой решили обогнуть склон и спуститься справа, а Нотт и Забини двинулись вниз по насыпи напрямик. С одним оружием на двоих их работу в дуэте можно было понять, но почему Гарри ни на шаг не отходил, Гермиона понимать отказывалась. Она справится. Всегда же справлялась. Ей не нужен телохранитель. Разделившись на три группы, они найдут Урсулу и Регулуса быстрее.
— Ну что? — Гарри первый нарушил молчание. — Мы на верном пути?
— Не знаю.
Он взлохматил волосы, как обычно делал, когда смущался.
— Ты ведь как-то чувствуешь… У ворот ты не сомневалась.
Гермиона понятия не имела, откуда в ней бралась уверенность, но и правда ни секунды не сомневалась, что найдёт Регулуса. Всегда. Если он способен разыскать её даже посреди бурана в Запретном лесу, то она тоже сможет найти к нему дорогу, где бы он ни был.
— Да, Гарри. Мы на правильном пути. Ты поэтому пошёл со мной? Переживаешь, что я нарвусь на Урсулу?
— Нет, я боюсь без тебя заблудиться, — невинно ответил Поттер.
Гермиона возвела очи горе.
— Так я и поверила.
Ветер бил в спину порывами, словно хотел столкнуть их на камни, и заглушал плеск реки, если та была поблизости. Под ногами пружинили иголки и хрустела шелуха старых шишек.
— Смотри-ка! — воскликнул Гарри — Метла.
Так и есть. Среди спутанных корней у подножия очередного хребта лежал ломаный-переломаный «Нимбус 2001» — точнее то, что от него осталось.
— Скоро мы найдём Регулуса, — подбодрил Гарри. — Урсула переместилась с ним сюда.
Гермиона, изучив прутья и щепки, не разделяла его оптимизма.
— Наверняка он серьёзно ранен.
«И Урсула, судя по тому, что не лежит здесь бездыханной, скорее всего, тоже».
— Уверен, с ним всё хорошо, — настаивал Гарри. — Он аппарировал, и для него не было всей той жуткой высоты, которую мы себе представляем. Следов крови не видно. У Регулуса при себе палочка. Слышишь?
— Что?
— Шум воды!
Гермиона слышала лишь ветер, вздыхающий в колючих кронах, но Гарри был так убедителен. В его словах была сладкая ложь во спасение.
— Там река, — сказал он, помогая ей спрыгнуть с очередного валуна на твёрдую землю. — Я бы на месте Регулуса пошёл к ней.
— Я бы на месте Регулуса превратилась в яичницу, — заметила Гермиона со вздохом, но через несколько шагов немного приободрилась, потому что впереди действительно зазвенела речка.
— Гарри, я поднимусь на утёс неподалёку и посмотрю сверху, а ты пройдись вдоль берега, — сказала Гермиона.
Он нехотя согласился. Теперь, оставшись одна, она могла подумать о том, о чём они молчали всю дорогу. Например, как умница Гермиона Грейнджер не распознала в своей подруге жестокую убийцу.
 
Регулус был прав. Она наивна. Ей не хватало дальновидности. Она зациклилась на эльфах. Гермиона не видела людей — даже тех, с кем делила большую часть суток. Смотрела на них и не видела. Он был прав. Так она ему и скажет, когда обнимет и ущипнёт сначала себя, чтобы убедиться, что не спит, потом его — за то, что заставил её волноваться.