Лич добра и поддержки (СИ)
Бегунов от Ариамена, так-то, прилично, потому что они разом получили целую кучу рабов, часть которых банально раздали дехканам, чтобы те их кормили и эксплуатировали.
— Так, — кивнул я. — Пока складно.
— Потом добрался до Никомедии, где меня поймала городская стража и отправила на допрос к тамошнему бигбоссу, — продолжил Анатолий. — Ну, тот уже имел парочку иудушек из нашего брата, поэтому новые ему были не нужны — ещё, сука, прислал этого Евгения Петровича, чтобы тот опросил меня… Как поняли, что я ничего не умею, посадили на караван в земли людоедов. И тут меня продали.
— И как же тебя не сожрали? — поинтересовался я.
— Да понравился одной знатной бабе… — вздохнул землянин. — Мать местного вождя, Алариха, поэтому зажиточной оказалась, вот и купила понравившуюся вещь на рынке. А я наслышан о том, как тут местные к живому товару относятся, поэтому начал кривляться, много говорить и много умничать…
— Жарить её начал, да? — усмехнулся я.
— А как иначе-то? — спросил Анатолий. — Хоть и старовата, на мой вкус, но баба в соку, так что я…
— Человечину жрал? — перебил я его.
— Нет! — быстро ответил он.
Слишком быстро.
— Пиздёж зафиксирован, — констатировал я. — Эх, такую красивую историю рассказываешь, а как плохо заканчиваешь…
— Ел, — признался Анатолий. — Но тут иначе было не выжить! Сам бы оказался в таком положении, как бы поступил⁈
— Да мне насрать на то, ел ты человечину или нет, я тут похуже вещички вытворяю, — усмехнулся я. — Только лжецов до сих пор терпеть не могу. Откуда сам будешь?
— С Артёма, — ответил тот. — С Тигровой — слышал о такой?
— Слышал, — кивнул я. — Даже бывал там разок, на авторазборе. Ладно, у меня для тебя есть только один вариант, как быть. Сначала показываешь мне статистику, после чего определяем тебя в крестьяне — будешь землю пахать, сеять и жать, продавая продукт за деньги. Мы тут поселения ставим, естественно, с крепостными стенами и боевым охранением, но нужны рабочие руки, чтобы работать на полях. Меня твоя судьба волновать не будет, поэтому живи себе — может, новую бабу заведёшь? Неплохое предложение, как думаешь?
— Это отличное предложение! — заулыбался Анатолий. — А бабу можно ту же?
— А что, она как-то выжила? — поинтересовался я.
— Вон в той клетке, — указал Анатолий.
Лицо белокурой женщины исказилось в ужасе. Наверное, думает, что Толян её сейчас сдаёт с потрохами и жить ей осталось недолго.
— М-хм… — произнёс я задумчиво. — Людей жрать, как я понял, вы перестали прямо с сегодняшнего дня, да?
— Меня заставляли, — напомнил землянин.
— Да-да, слышал, — вздохнул я. — Узнаю я или кто-то из моих людей, что вы опять за своё, станете моей неживой собственностью. Понял?
— Понял-понял, — закивал Анатолий. — Так я Алприку могу с собой взять?
— Да бери, — махнул я рукой. — Кумбасар, вытащи из клетки ту бабу, на которую укажет этот джентльмен — определить их двоих в какую-нибудь приличную квартиру и под наблюдение, чтобы не сбежали.
— Сделаю, повелитель, — ответил Карим Кумбасар. — Иди за мной, чужак.
Местные называют чужаками всех землян. Немёртвые, попавшие в этот мир «сверху», тоже называют всех их так же. Всех, кроме меня. Я-то свой, рубаха-парень, закадычный друг всех мёртвых, можно сказать!
— Следующий! — позвал я конвоиров. — Побыстрее! Их ещё тьма!
Конечно, считать и оценивать своё новое пополнение приятно, но их реально очень много. А их ещё кормить два раза в день, дерьмо за ними убирать, пиздить тех, кто учиняет междусобойчики или пытается нападать на стражу…
С мёртвыми работать гораздо легче.
/16 октября 2027 года, сатрапия Сузиана, г. Душанбе/
— Передай-ка, — протянул я руку.
— Держи, — передала мне Карина печень.
— Ого… — рассмотрел я орган. — Действительно, цирроз. Где он только успел? На гепатит не похоже, картина не та…
— Скорее всего, гепатит В или С, — пожала плечами ассистентка. — На алкаша не похож, но организм конченый.
— Да, конченый, — согласился я. — С таким циррозищем было бы удивительно, будь иначе. Эх, его даже на органы не разобрать, беспонтовый совсем. Промашечка вышла, мда. Ханс, Рудольф! Уносите это в бойню!
Мои верные носильщики утащили тело и понесли его на окончательный разбор. По такому претенциозному названию можно подумать, что мы вдруг начали жрать людей, но нет, это лишь место, где непригодный материал измельчают и готовят к селитрянице. Селитра нам всё ещё нужна, поэтому мы и заполняем селитряницы всем, что можно достать. Ссанину и дерьмо туда бросаем, измельчённые человеческие субпродукты, хирургические отходы, трупы животных и людей — всё, что по итогу может дать селитру. Аморально так поступать с телами людей, но экономика диктует. Не будет селитры — мы почти ничем не будем отличаться от местных армий.
Тот же Ариамен точно знает, как получать селитру и у него, сто к одному, уже полно селитряниц, а это значит, что мы отстаём. Вот кончится он ненароком и следующий сатрап обязательно пойдёт на нас войной. Оборону нужно крепить…
— Винтик и Шпунтик! Несите следующего! — приказал я.
Бесконечный конвейер уже два раза отправил Карину в обморок, потому что такое количество препарированных трупов в день — это слишком даже для такого прожжённого врача, как она. Это тяжёлая работа, не только морально, но и физически, поэтому она быстро устаёт и ей требуются перерывы.
Мне нужно больше компетентных специалистов, но новые медики что-то по пути всё никак не встречаются, сукины дети…
Винтик и Шпунтик показали себя посредственно, их надо учить всему с нуля, а у меня нет на это времени, потому что некоторые пленные отлетают в Асгард будто бы сами по себе, несмотря на приемлемый уровень снабжения. Убивают друг друга, суки, а кто-то умирает просто в силу естественных причин, поэтому нужно торопиться, но у меня нехватка квалифицированных рабочих рук.
— О-о-о, это же сам Эбербрехт! — обрадовался я, увидев следующего покойника. — Ах, да, я же его позавчера приготовил…
Мы с Кариной начали отрабатывать новый режим препарации трупов: два дня исполняем первый этап, а затем ещё два дня второй этап, после чего один день третий этап — так Карина меньше устаёт, потому что работаем вместе, и работает чуть продуктивнее, чем при предыдущем режиме. Может показаться, что так медленнее, но, ввиду того, что она меньше устаёт, в отдалённой перспективе выходит, что быстрее.
Прямо сейчас мне не хватает ещё человека четыре, чтобы на каждом этапе препарации было по два спеца — тогда бы получился полноценный конвейер по бесперебойному производству боевых единиц. А у нас, пока что, вынужденно действует правило двух…
— Во славу Плети… — произнёс я после серии движений пальцами и посмотрел на школьную доску со списком имён. — Эрик Армстронг!
Мертвец восстаёт, а я сразу смотрю в его характеристики.
Отличный зам для Дуга Литтлджонса, уже принявшего звание командира отряда «Ред Шторм». Будет тактические советы давать и планировать локальные боевые действия, когда придёт время отправки моих бравых ребят на исследование ледяных пустошей или экспансию на соседние страны…
Если покажет себя хорошо, назначу новым командиром «Ред Шторма», а пока пусть в замах походит.
— Карина, будь добра, зачеркни имя, — попросил я. — А ты лежи и не шевелись до особого распоряжения.
Моя главная ассистентка взяла мел и перечеркнула имя Эрика Армстронга. Чтобы составить список, мне пришлось, впервые в жизни, включить игру, чтобы войти в пункт главного меню «Об авторах» — никогда такого специально не делал, а тут вдруг понадобилось. А вообще, есть такие игроки, которые специально заходят туда, чтобы посмотреть, кто же делал эту игру?
— Да, вождь, — ответил тот.
