Лич добра и поддержки (СИ)
— Как хорошо меня встречает японский край! — восхитился я, бросая револьверы и боеприпасы в свой рюкзак. — Жаль, что калибр какой-то не наш…
Поднимаю с пола револьверную гильзу и вижу, что там написано «38 SPL», а-а-а,.38 Спешл, американский патрон! Японцы же под американской оккупацией как были, так и остались до самого конца, поэтому неудивительно, что у них в полиции патроны американские…
Телефоны тоже забираю, будем надеяться, что там есть русская локализация, которую не надо устанавливать.
Настенную аптечку ограбили сами господа полицейские — бинты жгуты и баночки лежат на полу и покрыты пылью годов.
Тут был и отдельный туалет для персонала и он был заперт. Я выбил замок и увидел шерстяного мутанта, что сходу попытался напасть на меня.
— Ух, сука! — шарахнул я его по морде резким джебом.
Ублюдок, носящий на себе полуистлевшие обрывки делового костюма, большей частью лежащего на полу, ошеломлённо отпрянул, но я не дал ему передышки.
Хватаю его за глотку, затем за правую руку, после чего ломаю сначала руку, а затем и шею. Готов.
В туалете ничего интересного, только дипломат, окровавленные бинты, шина лежит и всё. Видимо, бедолагу пытались спасти менты, потерпели неудачу, после чего заперли в туалете, а сами свели счёты с жизнью.
Решительно не понимаю логику действий этих ментов. У вас стволы, а это значит, что уже есть неоспоримое преимущество перед другими гражданскими — рвать на прорыв к лодкам, а дальше по ситуации.
Хотя, в итоге-то, глобальное похолодание, поэтому всё равно смерть, но пару-тройку лет можно было побарахтаться…
— Джентльмены! — вышел я из кассы. — Начинайте собирать все ценности! Всё сносите к этой железной двери!
Воины, только и ждавшие приказа мародёрить, начали демонтаж всего прикрученного и перетаскивание всего не прикрученного, а я смиренно взялся за метлу, чтобы расчистить от пыли участок пола и начертать на нём ритуальный круг. Пора домой, чтобы дать ребятам из «Близзарда» согреться и вообще, разобраться, как там дела и всё ли спокойно.
Прикидываю габариты экспроприируемых, в пользу бедных, вещей, после чего черчу ритуальный круг радиусом в два с половиной метра, как раз такой же, что стоит у меня в ритуальной комнате № 3. Вспоминаю схему того ритуального круга и повторяю его на полу автовокзала.
— Итак, поехали! — воскликнул я, спустя три часа работы. — Грабь награбленное!
Сам тоже хватаю открученную лавку с четырьмя посадочными местами и запрыгиваю в портал.
В ритуальной комнате уже знают о нашем прибытии, потому что там на часы поставлен отдельный немёртвый — у меня все порталы под охраной, чтобы не случилось чего, а если и случилось, то чтобы мы вовремя об этом узнали.
— Принимайте грузы! — бросил я лавку в руки прибывшему Кумбасару. — Там много! Я обратно!
Возвращаюсь в Японию, вот так быстро это у меня получается, где выхожу с вокзала и иду к каким-то клеткам через дорогу. А-а-а, это тут, наверное, почта такая! Вроде бы, во Владивостоке что-то такое, но в хай-тек исполнении, тоже внедряли. Будто бы посылку помещают в ячейку, а ты потом по QR-коду сканируешь и вбиваешь номер посылки с паролем и забираешь — на бумаге должно быть работоспособно. Тут же сильно проще, но тоже с какими-то электронными замками и специальным монитором — Японь всегда была близка к киберпанку…
— Адам, выдели людей, чтобы выдрали эту хреновину из креплений! — приказал я. — Это решётки и даже какие-то замки, потому очень нам нужно!
Сам иду дальше и натыкаюсь на зелёный гараж с двумя белыми подъёмными дверьми. Выглядит перспективно.
Обхожу сооружение по кругу, но не нахожу больше входов, поэтому хватаюсь за левую дверь и выдираю её замок с мясом. Дверь никак не желала подниматься самостоятельно, поэтому я подсобил ей мускульной силой. Внутри обнаружился японский мотоцикл Когосаки ВН1600 Минстрик, если верить шильдику. Это точно забираем…
«Адам. Лично своими руками укатывай этого красавца в портал», — велел я. — «И чтобы аккуратно. Эта штука, в своё время, стоила дороже твоей жизни».
Сейчас я не любитель мотоциклов, но в подростковом возрасте, как и все, мечтал и сильно интересовался. Конкретно Минстрик набирает, максимально, двести километров в час, разгон до ста занимает чуть меньше пяти секунд, а весит это счастье примерно полтонны. Оружие самоубийцы, как и всё гоночное от японцев…
Читал версию, что все эти максимальные скорости на моделях типа «пауэр крузер» — это галимая хуйня, потому что без ветрового стекла, которое на такие модели почти никогда не ставится, хруста сдует ещё на ста пятидесяти. В общем, все эти задранные характеристики машина достигает, но нужны они, чтобы пощекотать яйца обеспеченным покупателям. Может, я читал лажу, но сам не пробовал, жизнь была дороже. А когда поработал достаточно в морге, понял, что мои опасения за жизнь были не беспочвенны — хрусты имеют очень ограниченный срок годности, исчисляемый сезонами…
— Повелитель, а что это такое? — спросил Аллен.
— Это железный конь, — усмехнулся я. — Ездит с потрясающими скоростями, самое оно для отбитых покойников вроде нас, но только по дорогам. Кати его осторожно, а то чувствую, что может пригодиться.
Вскрываю вторую дверь и обнаруживаю за ней какой-то мелкий автомобиль непонятной модели, но, судя по всему, электрокар. В ширину, примерно, полтора метра, а в длину метра четыре, поэтому спокойно влезет в портал.
«Адам, четверых ко мне», — приказал я. — «Будем нести тяжесть, поэтому покрепче кого-то».
«Слушаюсь, повелитель», — донёсся до меня ответ.
Если эта электротачанка на ходу, то у меня появляется дополнительный повод строить основательную дорогу. Буду кататься по межгороду на электронной хреновине, назло Ариамену и всем остальным.
Источником энергии будет угольная электростанция, которую мы где-нибудь обязательно замутим, чего бы это нам ни стоило. Я точно знаю, что есть портативные решения, позволяющие получать необходимые нам количества электроэнергии, но я не знаю, где их искать.
— Хватайте по сторонам, — приказал я прибывшим воинам. — Если не влезет в дверной проём, вооружайтесь кувалдами и расширяйте проход. Поняли меня?
— Да, повелитель, — ответил Джей Брэк.
— Несите ровно, — приказал я. — С машиной ведите себя предельно осторожно, это хрупкий механизм.
— Будем осторожны, повелитель, — заверил меня Стрейн.
Сам я осмотрел помещения гаражей, но не увидел почти ничего полезного. Инструментария нет, всякого хлама, которому самое место в гараже, тоже нет — японцы странные. Единственное, пара невскрытых канистр с моторным маслом и какие-то детали от мотоцикла, в заводской упаковке. Масло мы любим, масло мы ценим, поэтому забираем его домой…
Вернувшись на улицу, оглядываюсь по сторонам и вижу двухэтажный жилой дом салатового цвета, возле которого стоит такой же зелёный гараж с двумя дверьми, а рядом с тем ещё один гараж, но уже серого цвета. В самом салатового цвета доме тоже оборудован гараж. И слева ещё один такой же дом, но с коричневым фасадом… и там тоже есть гараж.
— Да это просто праздник какой-то…
Японцы в этой деревеньке обитали зажиточные, потому что дальше по улице я видел такие же двухэтажные дома с гаражами, а также выделяющиеся сугробы, которые, вероятно, являются машинами.
Вскрываю гараж и обнаруживаю разобранный мопед, а также кучу инструментов вокруг него. Видимо, его предыдущий владелец не брезговал гаражным апгрейдом, потому что инструменты висели и на стенах, а стеллажи были забиты всяким металлическим хламом, имеющим отношение к мотоциклам. Переплавим — обратим в мечи…
«Адам, четверых сюда», — приказал я. — «Тут очень много металла».
По-хорошему, надо бы и местные дома стащить. Они делаются из лёгких материалов, потому что землетрясения, а это значит, что раскурочивать их будет легче лёгкого. Ещё лучше будет найти какой-нибудь контейнерный парк, откуда натырить тысячи контейнеров, чтобы тоже обратить их в мечи и доспехи…