"Фантастика 2023-196". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Это тебе лучше у Зу спросить или самому подумать. Я, увы, не программист по образованию!
– Я тоже не программист, хотя и имею образование, но человеком себя считать не перестал, даже когда перешёл в игру, – маг хмыкнул и огляделся, поняв, что говорит больше, чем ему хочется. – Чёртовы бабочки.
– Твой портал мне нужен, и у меня нет времени сражаться с тобой, терять тут войско. Как и нет времени гадать после победы над тем, какой из порталов тот самый, – покачал головой гриб.
– Спорно! Ты видел, чьи души я готов призвать? В этом холле я могу похоронить твои три тысячи, если повезёт, – добавил маг.
– Похоронишь мою армию, и Блут продолжит насиловать игру. Рано, или поздно он придёт и в твой сад, где здорово было бы установить столы для покера или засунуть сюда земной нейросовет старейшин, чтоб хоть чуть-чуть правду говорить начали.
Повисшая пауза, вновь позволила услышать пение птиц. Маг отвёл взгляд, сделав вид, что заинтересован чем-то отвлечённым. Код, сквозь который смотрел Марио, ожил, показывая, как текут обратно в мага сотни и сотни единиц маны. Как деактивируются заклинания призыва. Как отдаляются обратно вглубь астрала души тех троих, что жестокая рука кастера, словно за поводки, подтянула к материальному миру игру.
– Если выиграешь войну, заходи на чай, осуждённый. Твой портал в столицу – пепельно-серый!
И Гудвин сделал несколько шагов в сторону кустарников, гуща которых поглотила мага.
  
Глава 79. Дельфиний крик
 
Латники и арбалетчики столпились в портальной оранжерее, где в одночасье стало тесно. Раздался свистящий треск – это дельфины-игроки обменивались штурмовой тактикой. Сквозь код игры Марио разглядел лишь то, что игра заменяет диалоги игроков на такие привычные, как «Зак-Зак, Лок Тар Огар», что дословно переводилось, как «окей, чуваки, победа или смерть!».
В один миг все замолчали и ринулись в дымку телепорта. Марио оставалось только удивляться откуда-то взявшейся слаженности игроков, играющих в первый раз. Шеренги не то, что уходили, они бежали внутрь пепельного пятна портала. Можно было представить, какой сейчас переполох творится в гильдии магов Чак Хук Хилла, а ведь именно туда вёл магический ход из Бладорона.
Последним в оранжерею вошёл Сизая Борода. Спустя час непрерывного топота и клацанья доспехами бегущих орков старый воин молча протянул руку, и Марио отдал ему ларец с золотом, после чего орк развернулся и направился обратно в портал на орочьи острова.
– Ты разве не с ними? – удивился Марио.
– Они знают, что делать. Золото после операции отдашь последнему выжившему, а у меня ещё выборы и интриги, будь они прокляты со своим советом!
На этих словах Сизая Борода не спеша шагнул в красный телепорт на острова. Марио, покачав головой, направился за орками, и тут же босая нога монаха почувствовала под собой липкую жижу – в портальном холле были люди. Судя по окровавленным частям рубленых тел в рясах и с поломанными посохами – маги.
Вот уже час в городе орудовали три тысячи островных наёмников. Направляясь на улицу, Марио перешагивал в коридорах тела людей и орков. Много тел людей и очень мало почти не несущих потерь орков.
Зеленокожие убивали всех, кто стоял на их пути. Убивали они и тех, кто бежал. Жестокое, но необходимое средство в войне с королём Блутом не щадило ни детей, ни женщин, особо не встречая сопротивления, так как все мало-мальски сильные маги были или на стене в ожидании грибного штурма, или в замке возле короля.
В одной из учебных комнат воздух дрогнул, Михаил увидел это боковым зрением. Заклинания щитов зазвенели в его сознании заготавливаемой маной, стремясь защитить их хозяина от чего угодно: от взрыва бомбы до цепной молнии. Код игры лёг на комнату, где перевёрнутая мебель смешалась в страшном беспорядке с телами молодых магов.
Дрожа от страха, словно кленовый лист на ветру, прикрываясь хлипким заклинанием невидимости, сжирающим драгоценную силу, абсолютно прозрачный в реальности, но видимый через код, в углу забился ученик мага. Не имеющий даже посоха, сжимающий в трясущихся пальцах явно чужой ритуальный нож, каким не зарезать никого, кроме голубя, а уж тем более вооружённого орка, молодой волшебник ожидал свою судьбу.
 
О чем сейчас думал юный кастер? О том, что гриб не должен, да и не может его видеть? О том, что в считаные минуты все, с кем он был дружен, погибли? Осознавал ли он избранность своего предназначения к символьной магии? Магии такой смешной и бесполезной в бою. Той, над которой постоянно потешались его ещё живые одногруппники, демонстрируя на переменах эффектные огненные шары и молнии с непробиваемыми щитами, которые есть во всех дисциплинах. Сейчас же символьная магия спасла ему жизнь.
– В портальном зале активирован телепорт в Бладорон, тебе лучше бежать с города! – сказал монах, отвернувшись и продолжив свой путь из залитых кровью, заваленных телами коридоров столичной цитадели волшебства.
И тут Марио осознал, что сделал Гудвин. Старший учитель магов по всей игре просто не мог не знать лично каждого, кто сейчас лежал на полу гильдии. Для мага это были всего лишь программы, а игра была всего лишь игрой. Пропустить орков через портал значило обречь всех тех, кто называл его учителем, на гибель от руки игроков – дельфинов.
Михаила передёрнуло от этих мыслей, и для себя он решил, что если война закончится в его пользу, то он сделает всё, чтобы больше никогда не видеть этого лысого чародея. Он никогда не станет отправлять в Бладорон грибных учеников, дабы не перенимать науку пусть и сильного, но холодного до людских душ и судеб чёрного мага, несмотря на то, что в этой войне чернокнижник выбрал сторону грибов, вмешавшись в равновесие мира.
«А что, если с точки зрения судьбы все мы тут обречённые играть? И все одновременно достойны таких вот коллег по игре как Гудвин?» – думал Марио, пока монашеские ноги несли его прочь по закопчённым заклинаниями лестницам.
На несчастье короля Блута магическая резиденция располагалась внутри стен малого замка, и тысячи орков давно уже хозяйничали тут. Обычные набеги делаются с целью наживы, с целью угнать в рабство крепких мужчин для тяжёлой работы, женщин для плотских орочьих утех, детей для воспитания их в страхе и покорности. Да, за орков обычно играли специфические люди, как и за людей в этой войне. Но сегодня за орков играли водные млекопитающие, не щадившие никого. Они не грабили, не захватывали в плен, не зарились на золото и другой лут. Дельфины просто удовлетворяли свою потребность убивать. Развитую у них никем иным, как людьми за столетия эксплуатации, межвидового угнетения, включения в экзотические блюда.
По прошлой игре некромантом Марио знал, что такое каннибализм. Это когда человеческий вид поедает человечину. Но в человеческом языке не было слова, которое отражало бы ситуацию, когда человек ест дельфина. Зато такое слово было у дельфинов. Война в реальном мире, развязанная во имя жадности, во имя межвидового расизма, научила обитателей океанов относиться к людям так же, как когда-то давно индейцы относились к колонистам Американского континента. Одному богу, в которого на современной Земле уже никто не верил, было известно, какой исход затеяла игра, дав дельфинам консоли виртуальной реальности.
На улице шёл бой. Тяжёлые рыцари короля, подоспевшие из резервного полка, ожесточённо рубились с орками, пусть и менее бронированными, но зато физически более крепкими, чем средний человек. Восемьсот тяжёлых рыцарей выступили против двух тысяч восьмисот среднебронированных орочьих воинов, плюс сотня тяжёлых орков и ещё столько же арбалетчиков, занявших этажи бывшей магической резиденции.
На момент, когда Марио вышел наружу, спецназ орков уже был сметён. Рыцари сражались за свой дом, за свои семьи и не щадили ни себя, ни тем более захватчиков.
Невзирая на страшные потери первого столкновения с рыцарями, орки сумели перестроиться и под дельфиний треск накатились второй волной на пеших латников, оттесняя их к зданию резиденции Блута.