Последний реанорец. Том VI (СИ)

Стоило прозвучать этим словам, как несколько командиров поисковых отрядов тотчас устремились к месту находки.
‒ Роман Константинович, нашли! Но…
‒ Что «но»? Какого лешего вы тяните резину! Поднимайте! ‒ холодно рявкнул смертельно уставший Потёмкин.
‒ Нашли, Роман Константинович, но он… ‒ опасливо сглатывая и косясь на своего начальника, с паузой проблеял поисковик, ‒ …не дышит.
***
Российская Империя. Москва. 
Московский Кремль. 
Совещательный зал Романовых. 
Поздняя ночь. 
Месяц спустя… 
Впервые за долгое время в совещательном зале Романовых было настолько оживленно и многолюдно. Вот только все собравшиеся сидели в полнейшей тишине, а обстановка оказалась напряженной и по-своему мрачной и томительной. Все присутствующие ожидали лишь одну пару людей. Самого императора и императрицу.
Впервые за долгое время, не считая нескольких приглашенных князей из различных родов, на подобном собрании смог присутствовать цесаревич Ростислав вместе со своей сестрой. Правда, что брат, что сестра были угрюмы и молчаливы, прямо как их родители. Но более остальных удивляли Трубецкой с Потёмкиным, которые были в спешке выдернуты прямиком с фронта и в данный момент собой напоминали два неподвижных изваяния.
Двери не успели отвориться, а правящая чета прошествовать внутрь зала, как сидящие за долю секунды оказались моментально на ногах и в тот же миг все уважительно склонили свои головы.
‒ Приветствуем их императорское величество! ‒ негромко и в то же время не тихо отозвались все присутствующие.
Стоило императору и императрице оказаться на своих местах, как тотчас зазвучал спокойной голос государя, и тот снисходительно махнул рукой.
‒ Достаточно. Думаю, здесь все понимают, что собрание негласное. Будут затронуты весьма щепетильные для некоторых людей темы. Основной совет и конференция князей пройдет немного позже, ‒ вкрадчивым и тихим голосом обронил император, внимательно обводя весь зал и находящихся внутри людей взглядом, а после остановившись на своём верном регацце согласно кивнул. ‒ Начинай, Тихон. А мы все послушаем.
‒ С чего начинать, ваше величество? ‒ вкрадчиво поинтересовался поверенный, стоя чуть поодаль от остальных. ‒ С главного или…
‒ Давай с «или», по порядку, понятным языком и кратко. Боюсь, с главного начинать будет резковато, ‒ заметно скривившись, подал голос Романов, переглядываясь с братом, сыном и внуком, а под конец и со всеми остальными присутствующими.
‒ Как прикажете, ваше величество, ‒ вновь поклонившись, учтиво кивнул мужчина, ловко перехватывая обеими руками папку и бережно её открывая под множественными изучающими взорами.
На целую секунду возникла пауза. Складывалось впечатление, что даже сам поверенный не решался зачитывать свой отчет, но уже в следующий миг на весь зал зазвучал его мерный и мягкий баритон.
‒ Во-первых, ваше императорское величество, армии Персии и Афганистана после произошедшего… ‒ поверенный всего на миг запнулся и нахмурился, словно следующее слово в отчете ему показалось совсем не тем, что раньше, ‒ … коллапса с их союзниками в лице древних кланов медленно начали отступать от наших границ и стали возвращаться на свои территории. Но трениям и многочисленным стычкам всё еще имеет место быть. Во-вторых, согласно докладу Петра Велеславовича, император Персии и правящие кланы афганцев в скором времени собираются направить свои дипломатические миссии для переговоров.
Стоило регаццу произнести часть доклада, как указательный палец императора медленно поднялся вверх, отчего Тихон тотчас замолк, а сам Всеволод в это время обратил свой взор на брата.
‒ Как давно?
‒ Три дня назад, ваше величество, ‒ тихо отозвался канцлер. ‒ Только по большому счету всё это затянется не на месяц и не на два. Для вида так и продолжат тереться на границе для отвода глаз и будут ждать отмашки от западников. Но от себя могу с уверенностью сказать, что после случившегося… ‒ и мужчина довольно хмыкнув, бросил взгляд на поверенного императора. ‒ …коллапса на территории Ясака более никаких отмашек не будет. Запад многое потерял.
 
‒ Как понимаю, причина всё та же? ‒ тихо проанализировал ситуацию государь, чуть нахмурив брови.
‒ Всё так, ‒ кивнул утвердительно Пётр. ‒ Опасаются. Но вскоре начнут откровенно бояться. Молву касательно анемолитов уже пустили. А что насчет Захара, то тут всё сложнее, ‒ от упомянутого имени несколько людей в зале тотчас помрачнели. ‒ Кто-то уже пустил слух, что это он причастен к содеянному.
‒ Да известно кто пустил… ‒ тихо пробормотал Ростислав, но под суровыми взглядами отца и матери моментально сконфузился и лицо цесаревича стало еще темнее.
‒ Продолжай, Тихон, ‒ махнул серьезно пальцем Всеволод, вновь подперев рукой собственный подбородок.
‒ В-третьих, так как Петр Велеславович заговорил о западных партнёрах, то перейду сразу к этому вопросу. По данным нашей разведки несколько империй, потворствующих древним кланам, успели перебросить на их территории множество высокоранговых одарённых, которые как раз-таки и располагались в твердыне Ясака. Как понимаете, урон они понесли ощутимый.
‒ Сколько? ‒ резко осведомилась императрица с серьезный лицом.
‒ Более восьми тысяч, ваше императорское величество. Одаренных и высокоранговых духовников. Насчет уникумов говорить сложно. Нужно чуть больше времени.
‒ Умопомрачительный мальчик, ‒ с горестным выдохом тихо отозвалась Романова, невольно коснувшись глаз. ‒ Жаль, что только…
‒ Бабушка, Захар… он… ‒ вдруг заговорил Ростислав, медленно поднимаясь с кресла, но в этот раз взглядом его осадил уже дед и поджав раздраженно грубы, парень вновь замолчал и приземлился обратно.
От произнесенной фразы императрицы и цесаревича в зале вновь возникла секундная пауза, но в следующий миг поверенный продолжил.
‒ Боюсь, что это еще не все, ваше императорское величество. По данным разведки, а также словам его императорского высочества Ростислава, жертвами произошедшего инцидента стали высокопоставленные чиновники и главы сразу четырёх древних кланов. Среди которых сам Фумайо Ясака, Акейн Хиго, Кэад Камару, Ран Акаши, а также Сурмин Нассау, будущий император Французской Империи Франц Валуа, и… Оттон Габсбург-Австрийский…
Стоило прозвучать последним именам, как сразу пара кресел под двумя князьями в один и тот же миг невольно скрипнули, а лица стариков слабо дёрнулись и исказились холодно, но сдержанной яростью.
‒ Со слов его высочества Ростислава, ‒ тихо заметил Голицын. ‒ Габсбурга казнил лично Захар Александрович, думаю, всем известно по каким причинам.
‒ Пресвятая матерь Божья, ‒ тяжело вздохнула Романова, переглянувшись со своей невесткой. ‒ Какой мальчишка! Какая сила! Какая самоотверженность. И какая всё-таки кровь… Какая кровь…
‒ В-четвертых, ваше императорское величество, ‒ вновь продолжил поверенный, когда все разговоры улеглись, а причитания императрицы прекратились. ‒ Как понимаете, после произошедшего и когда вся информация разлетелась, древние кланы оказались обезглавлены и закончить подавление мятежа для имперских и княжеских войск не составляло никакого труда. Могу лишь заметить, что многие сдались сами. Имеются лишь малые очаги сопротивления, но и они в течение нескольких месяцев будут ликвидированы. Остались самые рьяные и ретивые. И под конец хочу сказать, что по нашим данным на западе начались треволнения по поводу смерти стольких высокопоставленных лиц.
‒ Что за треволнения? ‒ вдруг подал голос Владимир, чуя неладное.
‒ Они желают, чтобы им выдали виновника, ваше высочество, ‒ негромко обронил Тихон. ‒ Этого требуют сразу несколько империй. Иначе так просто они этого не оставят.
‒ Они требуют?! Совсем с ума там все посходили?! Обожрались харчей заморских? Когда поступила информация? ‒ вдруг ни с того ни с сего прошипел канцлер, медленно поднимаясь с кресла, но смотрел мужчина не на поверенного государя, а на самого императора.