Инсомния 2

Внутри никто не спал, все-таки вокруг такая шумиха. Солдаты умом понимали, что их отряд только прибыл и без крайностей их не выдернут в город. Но кто же знает наверняка.
– Эй ты, кто такой? Почему не по форме? – суровый детина с нашивками командира.
– Да я не из местных, – улыбнулся в ответ, доставая один из мечей. – Чисто пришел сжечь твой труп.
Соображает он быстро, недаром старший в отряде. Можно было бы начать диалог с ржавой кочерги, но будем честны, я здесь не для переговоров.
Грависфера сорвалась с моей ладони и ударила командира в грудь. По сути, это базовый конструкт сферы с накинутым сновидением Врума. Я пока не очень хорошо умею ей пользоваться, но быстро учусь.
Пол и стена в плане притяжения поменялись для командира местами. Его оторвало от земли и отбросило. По пути он зацепился ногами за какой-то тюк, сделал сальто и рожей впечатался в кирпичную стену.
Вот и началось представление. Солдаты были не в боевом облачении, но оружие далеко не убирали. А перед ними всего лишь ловец-первокурсник с небоевым сновидением. Казалось бы, что может ловец первого ранга против полутора десятков солдат?
Но это с одной стороны, а с другой стороны вопрос в корне неверный. Правильнее было бы спросить иначе.
Что может пятнадцать зажравшихся от спокойной службы солдат, поросших жиром, против ловца с черной мантией, который последние месяцы провел, сражаясь за свою жизнь? Это вам не безоружных крестьян по деревням гонять.
Первая двойка вылетела в коридор с мечами наголо. Отбив пару выпадов, убедился, что в тесном заваленном бараке они больше мешают друг другу, чем сражаются. Да, сражаются они хорошо, но после боя с Шинаром это даже на средний уровень не тянет.
Я отбивал их атаки играючи, а накинутый сон делал меня быстрее любого из них. Когда правый солдат открылся, я не стал его убивать, вместо этого пнув в грудь ногой. С ногами у меня пока не очень получается, поэтому удар вышел кривоватым.
В том плане, что передать сплетенный эфир меня и Врума через сапоги очень сложно. Но солдат все равно отлетел к противоположной стене, прилипнув к ней.
Второго я обезоружил тем же приемом, что подглядел у Шинара, пусть и не так эффектно и чисто, как это сделал он в свое время. Удар кулаком в грудь, и второй противник отлетает к стене.
Следующая тройка подлетает мгновенно, я кидаю им под ноги кусок проводящего камня. Обычный гранит, простейший из проводящих камней. К тому же с дешевыми рунами активации, но с наложенным отпечатком Врума.
Камень выпускает волну энергии диаметром в пару метров, и всех троих подбрасывает в воздух. Пока четвертый пялится на своих сослуживцев, болтающихся под потолком, я бью его в челюсть, отправляя к остальным.
Чуть не пропускаю удар сбоку, но умудряюсь уклониться, благо под накинутым сном реакция у меня на порядок выше.
Тут же в атаку срывается жилистый хлыщ, размашистыми ударами заставляющий меня отступить. От подсечки ухожу прыжком, пропуская лезвия под ногами, но вместо того, чтобы приземлиться обратно, делаю сальто в воздухе.
На пол приземляется второй кусок гранита, но уже с купленным отпечатком другого сновидения. С шипением во все стороны разлетается облако дыма и пыли, заставляя солдат зайтись кашлем.
Самый сложный прием из моего арсенала, но при этом самый эффектный. Вот и в этот раз солдаты лишь хлопают глазами. А я тем временем срываюсь к первой тройке, прилипшей к потолку. Да, срываюсь я тоже по потолку.
Один из трех уже умудрился встать на колени, для него непривычно находиться вверх головой и при этом не падать. Да, я тоже долго привыкал к гравитационной инверсии. Когда потолок становится полом, это сильно дезориентирует. Особенно, когда он становится таким внезапно.
Три тяжелых удара кочергой по головам, и троица выбывает из состязания «убей одного наглого ловца». Возвращаюсь к дыму и с замаха бью сверху вниз солдата, что стоит подо мной.
Это как висящую вверх тормашками пиньяту бить. Только вместо конфет вылетают зубы и фонтаны крови.
Под ноги отступивших солдат бросаю еще один камень, взрыв – и их подбрасывает к потолку, а я тем временем приземляюсь на голову оставшимся. Действие инверсии крайне недолгое, но я над этим еще работаю.
 
Самый здоровенный из оставшихся на ногах солдат получает от меня грависферу и улетает в сторону. Последняя дымовая под ноги, и я волчком верчусь в окружении дезориентированных солдат, осыпая тех ударами меча и кочерги попеременно.
Без кровоточащих ран не обошлось, но ничего смертельного. Сам я почти не пропустил атак, но целым из подобной заварушки тяжеловато выйти, несмотря на все преимущества. Да, я ловец с накинутым сном, да, я был готов ко всей творящейся кутерьме.
Да, солдаты на отдыхе и я специально ждал на крыше барака, пока они не разопьют третью бутылку крепкого. Но все же это бой с превосходящими силами противника в замкнутом пространстве. Но все мои раны заживут, как и всегда. А вот им от такого позора уже не отмыться.
Оставшихся на ногах солдат я добил, это уже была не проблема. Моральный дух сломлен, а эфира в источнике хватает. Ладно, приукрашиваю, источник почти под ноль израсходовал. Не говоря уж о камнях с отпечатками сновидений. Штука дорогая и одноразовая. Надо бы научиться самому их делать.
Тела солдат собрал в одну кучу. Вернее, попытался собрать, но получилось что-то вроде «в одну половину помещения». Туда же улетела и банка со странной смесью. Называется «поцелуй Гипноса». Я так и не понял, это он целует или призывают его целовать.
Какая-то летучая смесь хлороформа, эфира и тот самый Гипнос знает чего еще. Должна была вырубить всех солдат за пару секунд.
– Вот ушлый тип, паленку продал, – проворчал я, глядя на кашляющих людей, не желающих вырубаться. – Знал ведь, что я сегодня свалю.
– Диги-диги.
– Конечно вернемся. Но не сейчас. Будут еще каникулы.
Кое-как стащив всех в одну кучу, а солдаты хоть и дезориентированы, но не особо подвижны, я вернулся за маслом. Маску снимать не стал, во-первых, паленое снотворное мне тоже вдыхать не хотелось, во-вторых, меня и так по всей империи ищут, чтобы еще и лицо палить.
Облив брыкающихся солдат маслом, нашел командира и за ногу вытащил его в центр комнаты. Можно было и сразу банку бросить, но тогда никакого веселья. Да и мне скоро возвращаться к шизанутым ловцам с боевого факультета, надо же хоть где-то тренироваться.
– Деревня близ Золотого Леса, – произнес я, похлопывая командира по щекам. – Вы ее сожгли полгода назад. Помнишь?
– Нам приказали, – прошептал он, вращая глазами. – У нас не было выбора.
– А твои люди говорят другое, – усмехнулся я. – Не эти. Те, которых тут нет. Которые ушли веселиться с дамами, да так и не вернулись.
– Ты их…
– Хотел, – честно признался я. – Но нет. Они говорят, что приказ был. Но от тебя.
– От старшего. Я лишь исполнял приказ.
– А какой он был? – я достал коробок спичек. – Сжечь деревню? Или просто наказать? Или припугнуть? Или на твое усмотрение?
Глаза командира бегали из стороны в сторону. Вопросы были риторическими. Можно узнать очень многое, будь у тебя время, деньги и нужные дипломатические навыки.
– Ты все равно не выберешься, – произнес командир. – Ты окружен, тебя схватят. На базе полно ловцов.
Это правда. И стул на входе их долго не удержит. А я уже слышу шум с улицы, все-таки мы здесь не одни.
– Скажи, какой был приказ? – я зажег спичку. – Тебе приказали окружить деревню, запереть жителей в домах и сжечь их живьем? Или просто провести карательный рейд, повесив каждого десятого, а ты случайно перестарался?
Это были тоже риторические вопросы, я просто тянул время. Судя по всему, у меня было около минуты, надо же чем-то себя занять. Я смотрел на горящую спичку в руке. В этом мире их делают больше по размеру, чем я привык. А серой покрывают наполовину.
Да и не сера эта вовсе, горит дольше, а пламя отдает голубым. Я бросил спичку на грудь командира. Он затрясся и закричал. Этот сорт масла горит быстро и отдает красным. И этот сорт масла как раз опасен.