Станция Бякино (СИ)

Сережа судорожно начал шарить руками по своему телу в поисках пистолета. Вспомнил, что оставил его в авто, и ринулся туда.
— Вы там живые? — заглянул Борис в багажник. 
— Живые, — ответил Сашка, быстро заряжая патроны в магазин. — Аккурат между нами пролетел.
Сережа дернул за ручку передней пассажирской двери, но та оказалась заперта. Борис отпер ключом только свою дверь. Парень метнулся к задней, прыгнул на сидение и, вытянувшись всем телом, дотянулся до пластикового бардачка, в котором и лежал пистолет.
Толстяк медленно, шаг за шагом продвигался к машине. Покойник не хрипел и не рычал, как большинство зомби, только громко, глубоко и часто дышал, будто ему не хватало воздуха. Тело было темно-синего цвета с фиолетовым оттенком. Фермер схватил попавшуюся под руку лопату и швырнул в Бориса Валентиновича.
Мужчина выставил перед собой руки и отбил удар, корчась при этом больше от неожиданности, чем от боли.
Прозвучало несколько выстрелов. Сережа стоял, широко расставив ноги, и двумя руками держал пистолет.
— Мимо! — прокричал наставник. — Целься в голову или по ногам. Нам надо его обездвижить.
Выстрел, снова выстрел. Пули попадали в тело фермера и никак на него не влияли.
Толстяк будто разозлился, добрался быстрыми шагами до Бориса, схватил двумя руками за горло и приподнял над деревянным полом.
Сережа жал и жал на курок, но выстрелы прекратились. Магазин пистолета был пустой, и заряжать его не было времени. Парень схватил с пола лопату и принялся колошматить ею зомби по голове. Все оказалось напрасным, тот даже внимания не обращал на Сережины удары. Лицо Бориса Валентиновича стало темно-бордового цвета.
— Отойди! Придурок, живо в сторону! — послышались сзади голоса близнецов.
Сережа опомнился и отбежал к стене.
Послышалась автоматная очередь, следом еще одна. Пули проходили сквозь череп фермера навылет и превращали голову в кровавое месиво. Руки толстяка опустили тело Бориса на пол, тело продолжало обездвижено стоять на месте. Сергей обошел его спереди и ударом ноги в грудь уронил на спину.
Наставник лежал на деревянных досках пола, глотал воздух широко открытым ртом и кряхтел от боли.
Сережа нагнулся, чтобы поднять Бориса, но тот отдернул его руку и прохрипел:
— Цепляйте прицеп, я справлюсь.
Братья выбрались из багажника и под «раз, два, три, взяли» накинули сцепку на фаркоп УАЗика. Борис встал и кое-как забрался на место водителя. Двигатель не был заглушён. Мужчина взглянул на себя в зеркало заднего вида, капилляры глаз были лопнуты, и белки имели красный цвет. Машина тронулась и потащила прицеп с мотодрезиной по сельской дороге. Через несколько минут УАЗ остановился, из него вышел водитель, выключил передние полуоси, закрыл дверь крыши, и отпер ключом пассажирскую дверь.
— Мы же не будем показывать Ключнице нашу добычу? — холодным голосом спросил Сережа.
— Посмотри по карте, есть ли подъездные пути после станции, — ответил Борис. — Мы бы ее там скинули.
***
— Готовы? — улыбаясь, спросил Крантик девушек.
Маша и Ю стояли с надетыми на спину рюкзаками, и обе кивнули.
Мальчик подошел к окну и зажег спичку возле стекла. Грант держал ее двумя пальцами и всматривался в темноту. Спичка догорела и обожгла подушечки пальцев. Парень машинально выронил ее на пол и, увидев, что она потухла, не стал поднимать.
— Теперь ждем, — Крантик сел на стул и принялся смотреть в пол.
Прошло время, никакого взрыва не последовало.
— Пора бы уже, — печально сказал мальчик.
— Может, еще раз зажечь? — размышляла Мария. — Игорь Маркович уже пожилой, мог и пропустить сигнал, мало ли чего...
Громкий хлопок в соседском огороде не дал договорить девушке. Маша выглянула в окно и, присмотревшись, увидела, как все зомби на крыльце похромали в ту сторону.
— Еще минуту, и драпаем, — Маша встала у входной двери и приготовилась.
Друзья выждали некоторое время, открыли дверь и выбежали в сторону задней калитки. Добежав до забора, девушки встали, дождались Игоря Марковича и вместе пошли в лагерь.
 
***
— Наконец-то вкусный ужин, — Карандаш сидел за круглым столом в комнате отдыха, ел свою долю супа из пакетика и смотрел на горящие дрова в камине.
— Ешьте, Игорь Маркович, вы это заслужили, — сказала Маша и легла на свой диван. — Вы уж простите, но мыться я сегодня не буду, так спать хочется, что сил нет.
Девушка начала потихоньку дремать. Ей снился пионерский лагерь. Будто всё тут ухожено и облагорожено. Забор восстановлен, а перед столовой на грядках растут огурцы, помидоры, перцы и капуста. Рядом в небольшом загончике бегают поросята.
Из-за дерева к ней выходит Сережа с автоматом в руках, широко улыбаясь и поднимая дуло кверху, со словами: «Смотри, как умею», начинает очередью стрелять.
От этой стрельбы девушка проснулась и никак не могла понять, почему она не прекращается. В комнату вбежал Крантик и дрожащим голосом спросил:
— Слышите? На станции стреляют. Может, Борис Валентинович с Сережей вернулись?
  
Глава 38
 
Машина подъехала к станции Ерелино с пустым прицепом. Борис сдал немного в сторону и припарковал авто задом к гаражным воротам. Из здания вышла Екатерина Дмитриевна со своим мужем, смотрителем Захаром.
— Смотрите-ка, вернулись, — радостно, с улыбкой на лице встретила Ключница. — И ласточка моя целёхонька.
Женщина подошла и погладила «УАЗик» по переднему крылу.
Друзья вышли из автомобиля. Женщина, прищурив левый глаз, посмотрела на братьев и автоматы у них на груди.
— Так вы с друзьями, значит, — Ключница посмотрела на мужа.
— Верно, — ответил Серёжа. — А еще с подарком. Этот прицеп теперь ваш.
— На кой он нам? — удивилась Екатерина Дмитриевна. 
— Как зачем? Провизию будете возить из других убежищ, — улыбнулся в ответ Сергей. — Удобно же, и больше влезет.
— Ах да, точно, ресурсы, — замешкалась женщина. — А у нас для вас тоже сюрприз. Долго думали над вашими словами и поняли, что не по-соседски это как-то. Вы помогли нам разобраться с зомби-псами, машину вот починили бесплатно. Короче, очистили мы станцию Бякино от грабителей. Мои ребята вернулись утром, сказали, что всех положили. И не такие уж они и страшные оказались, даже выстрелить не успели. Вы уж сами их там где-нибудь закопаете.
— Вы что, их убили? — Голос Бориса Валентиновича задрожал. — Они же...
— Только не надо благодарностей, — перебила Ключница. — Сочтемся как-нибудь. Сегодня мы вам помогли, завтра вы нам. Соседи как-никак.
— Они же не убийцы, — продолжил Борис. — Хулиганы — да, грабители — да, но они никого не убили. Просто выгнали — и всё. Их нужно было проучить, напугать, но не убивать.
Губа Екатерины Дмитриевны затряслась, улыбка на лице сменилась гневной гримасой. Не прошло и секунды, как женщина снова заулыбалась и, прокашлявшись в кулак, ответила:
— Вы просили о помощи, и мы помогли. Это нужно ценить, а не ставить в укор. Погостите у нас или сразу в путь? Дома-то лучше всегда, не так ли?
— Мы уходим, если можно, только воды нам с собой наполните канистру, — тихо сказал Сережа.
— Захааар! — заорала Ключница.
— Я тут, моя радость, — Захар стоял за ее спиной в полуметре и от этого заметно вздрогнул.
— Налей нашим новым друзьям водички да насыпь с собой сухарей, что ли, каких-нибудь. Пусть погрызут по дороге.
Женщина подошла к Борису ближе и сказала шепотом на ухо: 
— Гони ствол назад.
***
Автоматные очереди были слышны несколько минут. Друзья собрались возле камина и молча слушали выстрелы. Лес их отчетливо передавал и, вероятно, даже усиливал громкость. Казалось, стреляли где-то рядом. Людские крики и вопли доносились в промежутках затишья.
— Что, если там действительно Сережа? — прервала молчание Маша. — А мы сидим тут и бездействуем.
— И чем ты собралась помогать? — спросила Ю, лежа на одном из диванов. — Оружия-то у нас нет.