Не бесите боевых грифонов, или любовь на краю света (СИ)
– Не отдам! – крикнула она отчаянно.
Не успели мы опомниться – Колокольчик закинул обеих на спину, сделав невозможное: мы с Улей оказались в седле и взмыли вверх, заледеневшими от страха руками едва успев вцепиться в луку. Перед глазами всё ещё стояла страшная картина: огромные клыки и окровавленная пасть чудовища.
Руки с когтями, рваные клочки шерсти по телу… Не то оборотень, не то упырь, одним словом, монстр, похожий на одичавшего человека, от чего становилось совсем жутко. В налитых кровью, воспалённых глазах… боль.
Со злобным клёкотом боевой грифон заложил круг над беснующимся чудовищем, изо всех сил давая понять, что только лишь из-за меня он, бесстрашный боец и известный задира, уклоняется от хорошей драки.
– Не надо, Колокольчик, – кричала я. – Пожалуйста-а-а!
Уля как-то странно всхлипывала. Я, думая, что девочка просто боится, укутала её в свой плащ и прижала к себе. Во-первых, если вдруг выпадет из седла, грифон успеет поймать, зачарованная ткань замедлит падение, а во-вторых, может, так она почувствует себя в безопасности. Но девочка вела себя странно. Вместо того, чтоб прижаться ко мне, она, напротив, будто бы рвалась к чудовищу.
– Уля! Куда?!
– Это… Это…
Мы захлебнулись воздухом: из–за облаков показалась десятка боевых грифонов Ролана, ветер от мощных крыльев создал в небе смерч, от которого Колокольчик мастерски увернулся, не преминув задеть Верного – своего злейшего врага, грифона монсеньора Ролана.
Всадники во главе с Роланом, и правда, были столь надменны и напыщенны, что захотелось повести своего друга в атаку и задать трёпку птахам и их хозяевам!
Я даже на мгновение о чудище забыла, но…
– Не-е-ет! – истошно закричала Уля, срывая голос.
Я с трудом удержала её в седле: девчонка, похоже, напрочь забыла о том, что мы в воздухе, под самыми облаками.
– Пожалуйста! Не надо!
– Что? Что ты творишь, Уля?! – я перехватила её, Колокольчик с тревогой обернулся назад.
Как-то он, бедняга, не привык, что кто-то пытается выпрыгнуть из седла в воздухе.
– Не трогайте его! – плакала, не унимаясь, девочка.
– Кого? – не поняла я, продолжая удерживать рвущегося к смерти ребёнка.
Может, это она от страха? Помутилось сознание?
– Уля! – я развернула девочку к себе и ударила по щеке хлёстко, отрезвляюще. – Посмотри на меня! Я с тобой, слышишь? Ты в безопасности!
– Это старший сын тёти Норри!
Я не сразу поняла, ЧТО она говорит. На этот раз сознание помутилось у меня, а когда прояснилось, всё тело сковал холод. Это что же получается? Это… это что же такое?
– Возвращаемся! – закричала я, не хуже Ули понимая, насколько нас обогнал боевой выученный клин Ролана. – Колокольчик!
«Пожалуйста! – мысленно просила я всех подряд: небо, грифона, короля, Спасительницу… – Милосердная… Нет! Умоляю, не дай убить человека, который непонятно почему превратился в чудовище».
На мгновение перед глазами встало грустное, но мужественное лицо женщины, и голос:
– Горы – они такие… Забирают.
Госпожа Норри, смиряясь, отдала горам страшную жертву. Мужа. Сына. Но я не смирюсь! Это неправильно! Так нельзя! Мы неслись быстрее ветра, с каждым взмахом крыла догоняя грифонов Ролана, что уже пошли вниз, пикируя на врага.
– Нет! – в который раз закричала Уля.
– Держись крепче! – приказала я ей, представив, что сейчас будет.
Колокольчик поднырнул под стремительно снижающихся грифонов, совершил в воздухе кульбит, мы с Улей взвизгнули разом. И мой боевой птах развернулся, забив крыльями перед самыми клювами грифонов из конюшен Ролана, выставив вперёд острую сталь когтей.
Рёв всадников и хриплые крики грифонов – не хуже получилось, чем у самого чудовища, бьющегося внизу. Боевая десятка кузена короля взмыла вверх, чтобы не налететь на препятствие в виде нас троих.
А вот потом… Один из всадников обернулся ко мне И…
– Вы с ума сошли, Джо? – Ролан говорил спокойно, но, несмотря на шум крыльев, слышно было каждое слово. – Кто из вас окончательно спятил? Вы или ваш грифон?
– Оба! – не выдержав, крикнула я.
Он подлетел ко мне вплотную, глаза, обычно такие холодные, на этот раз полыхали от гнева, да так, что я поёжилась, и весь мой пыл враз испарился
– Не трогайте сына тёти Норри, – выпалила Уля раньше, чем я смогла что-либо сообразить. – Пожалуйста! Это он! Я его узнала!
– Что? – Ролан побледнел.
– Уля говорит, что это сын нашей соседки. Ещё утром он уходил на участок обычным парнем. Я знаю нескольких, кто сможет подтвердить наши слова.
Чудовище внизу издало леденящий кровь вопль, словно… Словно почувствовало. Монстр прыгал, размахивая когтистыми лапами, пытаясь достать грифонов, зависших над ним в воздухе. Странно, но чудовище не делало попытки скрыться, сбежать... Оно пыталось убить.
Ролан поджал губы, покачал головой и, закатив глаза, перевёл взгляд на меня. Потом на Улю.
– Ты должна понимать, что всё бесполезно, – проговорил он, обращаясь к девочке. На этот раз его голос звучал… необычайно мягко. – Ничего сделать нельзя и лучше просто…
– Убить? – прошептала я.
– Джо, прекратите.
– А кто-то пробовал понять, что происходит с людьми? – спросила я. – Почему они превращаются? Отчего-то же это происходит! Что бы вы сделали, Ролан, если бы на месте этого парня была я?
Что-то промелькнуло в глазах мужчины… На мгновение они стали лазурными, как небо.
– Это… плохой пример, – попыталась я исправиться. – Но если бы это был кто-то, кто вам дорог, неужели…
Монсеньор нервно дернулся. Плохой из меня переговорщик, очень плохой… Я замерла, ожидая команды на уничтожение, понимая, что ничего не смогу противопоставить военным.
– Сеть! – скомандовал монсеньор. – Взять живым!
– Спасибо! Спасибо! Спасибо! – закричали мы хором с Улей.
– Госпожа графиня, – обратился ко мне Ролан, едва стихли наши восторги.
– Слушаю, монсеньор, – подобралась я.
– Вы задержаны за препятствие работе наместника Приграничья, – любезно проговорил Ролан.
Глава девятая
Подземелье под фортом было прекрасно, в лучших традициях страшных, мрачных сказок. Низкие потолки, нервные всполохи чадящих факелов… На мой взгляд, осветительные кристаллы и экономичнее, и проще в использовании, но, видимо, монсеньор Ролан решил придать данному месту больше выразительности. Что ж… У него получилось! Монотонный, тоскливый звук капающей воды эхом отражается от каменных стен, навевая мысли о безысходности и несправедливости мира. Что же касается тяжёлых, хриплых вздохов чудовища, в камере по соседству, сами понимаете…
М-м-мда…
Показательно. На самом деле удивительно другое: то, что в заточение я попала сейчас, после победы, обласканная короной. Вот если бы меня поймали за сотрудничество с контрабандистами или удача была бы на стороне мятежников, тогда другое дело, но нет! Милосердная хранит воров и пьяниц! Так говорят…
Я вспомнила, как мы с Норфолком чуть не попались. В тот момент нам даже грифоны помочь бы не смогли…
Так, всё! Не думать. Не вспоминать. Не сейчас! Обстановка тут такая, что расклеиться – раз плюнуть. Я села на тонкий слой подгнившей соломы и обняла руками колени, подтянув ноги к себе. Меня знобило, но вовсе не потому, что я замёрзла, – как ни злился господин губернатор, которому я «препятствовала», зачарованный плащ мне всё же оставили.
Чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей и не вовремя нахлынувших воспоминаний, я стала думать о Колокольчике. Как он там? Без меня? Надеюсь, Уля его покормит…
Тихий шелест возле ног. Сквозь солому из земляного пола прямо на глазах потянулись вверх ростки, и расцвели в моей темнице ярко-голубые колокольчики! На душе сразу стало теплее, я улыбнулась, вытерла рукавом плаща (нет, не слёзы, конечно, так… в глаз что-то попало) лицо и тут же вздрогнула, откатившись к стене…
– Ау-у-у!