128 гигабайт Гения (СИ)

— Быстрее, там в туалете Лев с неформалом ссорится! — ляпнул кто-то из бегущих мимо прохожих, и Стас перестал задирать пухляша.
— Побежали!
Схватив меня за руку, товарищ потащил меня к туалету. Мы зашли туда и столкнулись с толпой. Но увидев меня, даже старшеклассники сразу разошлись по углам.
— Ты ещё не понял? Если ещё раз увижу тебя рядом с Олей…
— Она сама мне пишет, придурок!
— Заткнись! Я знаю, что это ты к ней лезешь!
Послышался шлепок и затем звук падающего на кафель тела. Я увидел Льва, нависшего над своей жертвой. Заметив моё появление, хулиган оскалился.
— Что, хочешь помешать?
— Нет. Просто наблюдаю за тем, как надо бороться с трудностями.
— Чего?
— Продолжай.
Должно быть, я сказал это слишком резко, потому что Лев, кажется, испугался. Но он сумел совладать с собой и накинулся на любовника своей бывшей девушки снова. Парень боролся до конца, но баскетболист оказался сильнее и прижал его к полу. Затем хулиган пообещал, что если ещё раз увидит наглеца рядом с Олей, он его убьёт. После этого он встал и гордой походкой вышел из туалета. Даже такой, как я, вынужден признать, что по нему колония плачет.
— Мы опаздываем.
— Знаю.
Посмотрев сначала на меня, а потом на пребывающего в тихой ярости школьника, Стас хмыкнул и затем пошёл на урок размеренным шагом. Его не так сильно волновало опоздание, как то, что он пойдёт один.
— Ну как, люди рождаются равными? Всё, что есть у одного, есть и у другого? — злорадно принялся спрашивать я у лузера, желая сломить его волю к сопротивлению.
— Да.
— Что?
Я удивлённо заморгал. Мой оппонент не сдавался, хотя всё к этому шло.
— Сила не важна, если есть желание идти вперёд.
Меня раздражает этот парень. Он так упирается, будто это не он валяется в туалете с избитым лицом, а я.
— По-прежнему хочешь бороться? Уверяю, силу не переплюнешь.
— Я попробую…
Ничего не сказав, я вышел из туалета.
Следующая пара месяцев стала для упрямого школьника настоящим адом на земле. Я не всегда учувствовал в его унижениях, но всегда смотрел. Мне доставляло удовольствие наблюдать, как мои убеждения каждый раз одерживают верх над убеждениями соперника. Понимая это, мой соперник ужасно злился, но сделать ничего не мог: как бы он ни боролся, над ним каждый раз одерживали верх. Но когда-то это закончилось. В один день школьник просто не пришёл. Наконец, решил сменить школу? Решив узнать об этом, я подошёл к Наде.
— А, ты о нём, — девушка фыркнула. — По-моему, он ещё не перевёлся. Не знаю, что его тут держит… Кстати, может, сегодня ко мне?
— Я зайду вечером.
Договорившись с девушкой о встрече, я пошёл к завучу, подруге моей мамы, и узнал, где живёт мой «лучший друг», которому стало плохо. Конечно, до женщины доходили слухи о том, что этого парня начали унижать, но она, как и большинство учителей в нашей школе, не придавала этому значения.
После школы я пошёл по указанному адресу и набрал в домофон номер его квартиры. Мне ответил тихий голос.
— К-кто это?
— Я друг… Эм, ну…
За всё то время, пока я за ним наблюдал, я даже не узнал его имени. В этом мой просчёт.
— Ой, вы друг Платона? Проходите!
Мне открыли дверь. Значит, Платон? Кивнув, я зашёл в ужасающий свои уродством подъезд и начал подниматься наверх. Мне нужно найти квартиру с номером ***. Дверь с подобным номером находилась на седьмом этаже. Я постучал в неё, и мне отворила миловидная девушка. На ней был свитер и короткие шортики.
— З-здравствуйте!
— И тебе привет, — неловко ответил я, понимая, что проникать на чужую территорию, это явно не по правилам.
— Брат вышел за едой и скоро вернётся. А вы пока проходите, присаживайтесь.
Меня отвели на кухню. Девушка поставила чай и принялась расспрашивать меня о школе.
— Вы же с бокса?
— В каком смысле?
— Брат сказал, что хочет постоять за меня, и поэтому записался на бокс. У него такие синяки, просто ужас! Мама так за него переживает. Жаль, у неё нет возможности его лечить, она проводит в больнице всё свободное время…
 
Я не должен находиться здесь, и сейчас я это окончательно понял. Надо уходить… Я уже встал, но в коридоре неожиданно послышался звук открывающейся входной двери. Это вызвало у меня серию мурашек.
— Я дома…
Парень зашёл на кухню и увидел меня. Пакеты выпали из его рук, и он страшно на меня уставился.
— Что ты здесь делаешь?
— Это ошибка. Я уже ухожу.
Намереваясь выйти из кухни, я столкнулся с девушкой. На её лице застыло испуганное выражение.
— Вы с Платоном поругались? Скорее миритесь!
— Нет, что ты, у нас всё хорошо! — моментально воскликнул её брат, подбежав ко мне. — Не переживай. Просто Жене уже пора уходить. Верно, Женя?
— Ну д-да. У меня того, дела…
Девушка нам не поверила и грустно пошла в свою комнату. На полпути Платон крикнул ей:
— Ладно, ладно, он останется! Мы посидим в моей комнате и позанимаемся… Дружескими делами.
Его сестра радостно вернулась обратно и достала из кухни какое-то печенье. Она отнесла его в комнату к Платону и оставила нас одних. Его комната представляла собой убежище помешанного на японской анимации человека: огромное количество постеров, дисков, фигурок и прочей атрибутики.
— Чего уставился?
— А что, нельзя?
— Нет.
Я разозлился. Чувствую, мне придётся приложить максимум усилий, чтобы ничего ему не сломать.
— Зачем ты пришёл?
— Узнать, почему ты не ходишь в школу. Я думал, ты будешь бороться с равными тебе людьми до победного!
— Какая злая ирония.
Я потянулся за печеньем, но Платон вырвал его из моих рук и спрятал за спину.
— Эй, ты чего! Я хочу печенье.
— В этом доме сильный я, так что слабакам печенья не положено.
А ведь правда. Сейчас я в подневольном положении гостя.
— Чёрт, подловил меня. — я весело хмыкнул. — Но это исключение. Ведь, если бы не мои моральные установки, я бы повалил тебя и забрал печенье.
— Я бы тебя убил.
— Ты страшный человек.
— Это говорит мне тот, кто буллит слабых?
— У меня довольно добрый юмор.
— Смеяться над неуклюжестью остальных ни есть доброта…
Дверь в комнату отворилась, и в проходе показалась девушка.
— Брат, дай мне конспекты.
— Конечно.
Юноша встал и вытащил из-за стола связку листов. Предоставив их девушке, он закрыл за ней дверь.
— Учится даже дома? — я с уважением покачал головой. — Я так не умею.
— Она делает это, потому что у неё нет выбора.
Я нахмурился.
— Как это?
— Наша мать получает двадцать шесть тысяч рублей, хотя при этом не появляется дома. Чтобы поступить на бюджет, моя сестра за несколько лет готовится к экзамену.
— А ты? Почему не перейдёшь в другую школу? Или тебе не хочется поступить на бюджет?
— Я… почему я с тобой об этом говорю?
— Тебе больше не с кем это обсудить, ты одиночка без друзей. Пользуйся возможностью.
— А у тебя?
— Что у меня?
— А у тебя есть друзья?
Вопрос поставил меня в тупик. Хотел бы я ответить, что да, есть, но это было бы ложью.
— Так я и думал.
— Эй!..
Прошло около минуты. В это время я глупо пялился на постер с какой-то красноволосой девочкой и думал, зачем же я решил сюда прийти. Мне даже запах в этой квартире не нравился. Он какой-то «бедный».
— Отвечая на твой вопрос, — неожиданно заговорил парень, устремив ко мне свой прожигающий взгляд. — Я не могу перейти в другую школу. Ни мать, ни сестра не должны знать, что происходит. Это… Это их окончательно сломит.
Я понял, что парень сдерживается, чтобы не предстать передо мной в жалком виде.
— Думаю, если постараешься, сможешь стать сильнее и дать отпор, — я становился на полуслове, потому что понял, что сказанное не соответствует моему мнению.
— Я это и так знаю. Любой может стать достойным представителем общества, если сумеет перебороть его влияние.