128 гигабайт Гения (СИ)

— И стоило так долго мяться, чтобы выбрать самое банальное?
Девушка смешно порозовела и подняла кулачки вверх.
— Помолчи! И какое ты выбрал, раз такой умный?
— Фисташковое.
— Ты что, старик?
Не став ничего отвечать, я подозвал официанта. Записав наш выбор, парень сказал, что заказ будет готов через десять минут и, не сводя с моей спутницы глаз, медленно попятился обратно на кухню. И всё же, Сабрина была очень красивой девушкой. Если бы существовал прибор, измеряющая уровень милоты, то она бы несомненно вывела его из строя.
— Ну что тебе, — немного сердито, но больше смешно обратилась ко мне одноклассница, стараясь копировать манеру поведения своих подружек. — Игнорил меня неделю, а теперь позвал на свидание?
А ведь точно: я сижу со школьницей в придорожном кафе, но никто меня за это не осудит. По сути, я могу делать, что захочу, невзирая на последствия, и глумиться над моральной системой окружающих. Выкусите, неудачники с большой зарплатой из другого мира!
— Эй, не надо делать вид, что меня тут нет.
— У нас не свидание, — всё же признался я, решив раскрыть свои истинные намерения. — Я увидел, что тебе плохо, и, как и всякий заместитель старосты, решил узнать, в чём дело.
— А, ты об этом, — с легкомысленной интонацией ответила девушка, изобразив забывчивость, чтобы я сразу понял, что этот этап её жизни давно пройден и теперь совершенно её не волнует. — Неужели ты гнался за мной, чтобы просто узнать, как у меня дела?
— Ну… Да, в общем-то.
Я подумал, что сейчас меня начнут высмеивать за навязчивость, но вместо этого девушка неожиданно смутилась.
— Дурак.
— Что?
Сабрина плотно сомкнула губы и по-детски высунула язык. Мне ничего не оставалось, кроме как тоже закрыть рот и, пока готовится наш заказ, начать осматривать то место, куда мы попали по чистой случайности. Мы сидели в обычном заведении для парочек, с удобными креслами и маленькими, белыми столами квадратной формы, на которых находились салфетки и соль с перцем, хотя заказывали здесь в основном только одни сладости и соки. В таком месте обычно проводятся первые свидания и неофициальные встречи между коллегами.
— Сегодня был интересный урок по бытовой магии. — заговорил я с общей темы, устав хранить молчание. — Как тебе заклинание по чистке украшений?
— Ничего так, интересно, — ответила девушка, старательно сведя коленки вместе и с каждой секундой всё больше краснея. Похоже, она тоже заметила, какая аудитория преимущественно находится в этом заведении, и это осознание, как ни странно, не добавило нашему времяпровождению в её глазах очков. Если так и дальше продолжится, то я тоже начну смущаться, а до этого никак нельзя доводить.
— А как…
— Слушай, тебе не надо этого делать.
— Ты о чём?
— Не надо сидеть тут, переживать, думать, что у меня что-то в жизни не так. У меня всё хорошо. Да, я расстроилась, когда ты отказал мне, но сейчас я уже поняла, что ты просто хотел сделать, как лучше. Поэтому, чтобы твои труды не пропали даром, лучше бы нам и вправду больше не видеться.
— Но…
— Я доем мороженое и пойду. Думаю, завтра мы оба об этом забудем. Я — о том, что ты за мной гнался, а ты — как я позволила себе сиюминутную слабость. — сказав это, девушка сделала особый акцент на последних словах. Скорее всего, это было сделано для того, чтобы я понял, что сцена, по чистой случайности увиденная мною сегодня за углом школы, больше никогда не повторится.
— Ты так боишься показаться слабой. Почему?
— Это естественное желание. Мне не хочется, чтобы кто-то думал, что я рыдаю по любому поводу…
Нам принесли мороженое. Как школьница и обещала, она быстро съела его и сразу же ушла. Я не стал её останавливать. Пожалуй, моё поведение в последний час и так можно было назвать глупым и наглым. И с чего я взял, что ей нужна помощь? Оплатив свою часть счёта, я вышел на улицу. Только тогда до меня дошло, что сейчас уже вечер, и на улице стемнело. А Сабрина одна. Без телефона…
Я активно замотал головой, надеясь выискать в толпе знакомое розовое каре или рюкзак с прикреплённым к нему плюшевым кроликом. Возможно, я излишне переживаю, но мало ли, что может случиться с девушкой в школьной форме, разгуливающей в вечернее время в полном одиночестве.
 
Вскоре мне удалось разглядеть в конце улицы знакомую торчащую над причёской кисточку волос, и я радостно хлопнул в ладоши. Что ж, она ещё не ушла далеко, а это значит, что я могу проводить её. Только вот, вряд ли она согласится пройтись до дома с незнакомцем.
Мой телефон завибрировал. Я достал его из кармана и посмотрел на экран — звонил Сергей Гладков.
— Алло.
— Ты где, увалень?
— Слежу за школьницей.
— …
— Стой! Я могу объяснить…
— Омон уже выезжает, сволочь! А я думал, ты нормальный мужик.
— Погоди! Ты не так всё понял, просто…
— Что просто?.. Эй! Ты чего там, уснул?
Сабрина встала на остановке неподалеку, дожидаясь автобуса. Мне стоило бы ускориться, иначе я рискую её потерять.
— Эй, ты когда будешь? Ответь!
— Приду вечером. Не сожрите всю пиццу.
— Стой, погоди. А…
Я сбросил нового отца и спрятал телефон в карман. В тот же момент какой-то старый автобус подъехал к остановке и резко остановился, и огромное количество людей, находящееся в нём, едва не свалилось, как кегли под ударом шара для боулинга. Сабрина сняла рюкзак и, достав банковскую карту, зашла в эту адову машину, рассчитанную на вдвое меньшее количество людей. Скрепя сердце, я наскрёб мелочь и добежал до заднего входа. Поначалу водитель не хотел мне открывать, но я упрямо стучал по двери до тех пор, пока он не выполнил моё желание.
— Парень, мест нет! Ищи другой…
Я схватил какого-то толстяка с портфельчиком за шиворот и вытолкал его из автобуса.
— Теперь есть.
— Ах, ты…
Дверь автобуса закрылась, и мы поехали в неизвестном направлении. Я чувствовал, что пожалею о своём сиюминутном порыве проводить девушку до дома, но утешал себя тем, что выполняю благородное дело — слежу за школьницей в свои 26, притворяясь оболтусом. На вопрос о том, что же здесь благородного, я отвечать не хотел.
Часть 5
Какой-то мужчина прижался к моей однокласснице. Впрочем, в этом нет ничего необычного, ведь в автобусе давка… Что это в его руке, зеркало? Я моментально сорвался с места и, растолкав пассажиров, оказался рядом с ним и подключил двоичное зрение. Внешние каналы, пронизывающие воздух, засияли синим светом. Мои пропускные каналы подключились к хранилищу данных и, запустив процесс слияния, заполнили накопитель на 1024 мб. Этого количества хватило, чтобы я начал процесс ментального воздействия промежуточным заклинанием третьего уровня…
Градация местной магии весьма условна и обладает занимательной особенностью: так называемой категорией «промежуточные». Она существует в каждом из трёх разделов магии, упрощающих деление на уровни мастерства, и реализуется как в дифференцировании портов, так и в уровне заклинаний. Взятая за основу магическая классификация выделяет пять уровней «колдовства», между которыми существуют эти самые промежуточные, разделяющие один уровень от другого. Если заклинание относится к категории промежуточные, то обычно ему даётся наименования той категории, что стоит впереди него, но с добавлением слова «промежуточный».
Я подчинил разум дедули, несмотря на то, что у него имелся простенький амулет защиты, и после этого сосредоточился на том, чтобы думать, как мне хочется уйти в другой конец автобуса. Мои мысли передались старику, и он с характерной замедленной реакцией поплёлся к заднему выходу. Что ж, я в очередной раз помог девушке… Почему она даже не смотрит на то, как её мучитель уходит!
Держа в руках блокнот, Сабрина рисовала с помощью простого карандаша всяких смешных зверюшек. На мужчин, прижавшихся к её бёдрам, она не обращала внимания. Может, это была случайность… Я побледнел и медленно обернулся к старику. Недоумённый мужчина проснулся ото сна и сразу же кинулся проверять, на месте ли его кошелёк. Беспокойно нащупав его в заднем кармане куртки, он мирно выдохнул и затем сразу же принялся подозрительно оглядываться в поисках мага, решившего так злостно над ним подшутить. Я резко развернулся в противоположную сторону, неловко засвистев, но перед этим всё же успел заметить, что в руках у старика было не зеркало, а отсвечивающий из-за ламп телефон. Я просчитался, и незаконно вторгся в разум человека. За это, будь здесь представитель полиции, мне бы могли дать до трёх лет колонии, в зависимости от тяжести совершенного под моим влиянием действия.