128 гигабайт Гения (СИ)

Арина перестала играть дознавателя и обиженно надула щёчки. Сценка прекратилась. У девушки пропадает талант актрисы.
— Ты куда-то направлялся, Саша?
— Д-да! — ответил старосте Наумов, поправляя очки. Уже все поняли, что это его любимый жест, когда он испытывает волнение.
— Так и иди по своим делам…
— Верно, не мешай нам смотреть. — непонятно откуда донёсся крайне серьёзный голос Вовы, и мы с девушкой одновременно повернули головы.
На подоконнике сидела половина волейбольной команды. Они внимательно следили за развернувшимся за моей партой противоборством и, не отвлекаясь, пили сок из трубочки.
— Продолжайте, прошу вас.
Арина закатала рукава блузки и покрылась чёрной аурой. Бедные волейболисты в ужасе выбежали в коридор. Девушка решила не догонять их и повернулась к последнему свидетелю. Бедолага чуть не выронил кошелёк и вслед за этим вылетел из класса, словно какой-нибудь член клуба легкой атлетики. Арина спокойно выдохнула. Я последовал её примеру… И тут девушка резко повернулась ко мне, оскалив демоническое лицо.
— ПРОДОЛЖИМ?
О нет, опять!!! Я попытался выпрыгнуть в раскрытое для проветривания окно, но Арина перехватила меня в полёте и скрутила, как полицейский преступника.
— За попытку побега вам назначается шесть дней промывания тарелок за следователя.
— Я обжалую этот приговор в суде!
— Наташа тебе не поможет, третьегодки сегодня уехали на экскурсию.
Я расстроенно вернулся обратно на своё место. Гладкова подсела ко мне и вытащила телефон. Когда она что-то в нём ищет, то сразу становится такой миленькой, и этот раз не являлся исключением: разблокировав экран, девушка смешно сморщила носик и, приложив указательный палец к губам, начала листать ленту новостей. Вскоре она показала мне объявление от официальной группы школы, в котором говорилось, что сегодня будет проходить так называемое посвящение у первогодок и первые занятия в клубах.
— И из-за этого ты так переживаешь?
Девушка резко кивнула, словно хотела задеть меня волной воздуха, и сразу же пояснила:
— Ты и Лазарев должны прийти в клуб дзюдо в восемь вечера, но Ариандр не отвечает на мои сообщения… Игнорировать старосту может только преподаватель!
Последнее предложение было сказано так громко, что все оставшиеся члены класса услышали его и постарались мгновенно отвернуться, чтобы показать, что разговор двух начальников класса их ничуть не интересует.
— Я напишу ему. Он ответит мне.
— Эээээ…
— Не злись, у него просто живот болит!
Кажется, девушка не услышала последнее обращённое к ней предложение, потому что рассержено села на своё место и затем демонстративно уставилась в телефон, словно произошедшее её ни капли не волнует… Значит, она расстраивается, когда кто-то не отвечает ей? Это не похоже на неё. Я повнимательней присмотрелся к как всегда спокойной старосте. Ничто не выдавало в ней беспокойства. Видимо, она сумела совладать с собой и теперь ни за что не покажет мне своего волнения.
— Говорю вам, что Джастин Аверин самый сильный парень в клубе! Завтра вы и сами всё увидите!
Неожиданно громко прозвучал восторженный голос Ники. Может, девушка не заметила, но из-за её крика теперь все обратили на неё внимание.
— Ну, не сильнее нашего Ромы, — произнесла Марина и, обняв сидящего рядом с ней юношу, добросердечно хлопнула его по груди. Бедняжка, она не знает, что такие, как Рома, не любят стервозных блондинок.
— Ты что, тоже пойдёшь в клуб боевой магии? — спросили Рому подружки Ники, с любопытством приложив ладошки к щекам. — Ты же записался на теннис?
— Ну, Марина так настаивала, что я решил иногда приходить к вам для поддержания формы…
— Ой, ну что ты говоришь такое, ты меня смущаешь! — заговорила Троянова, стараясь скрыть своё волнение при помощи игривости.
— Ты ведь тоже идёшь с нами, да, Сабрина?
— Ась? — красавица отлипла от телефона, в котором у неё была запущена древняя игра про котёнка, которого надо каждый день кормить и мыть, и непонимающе уставилась на окруживших её друзей.
— Так что? Ты идёшь?
 
Сабрина растерянно положила телефон на парту и призадумалась. Было заметно, что она очень нервничает, но всеми силами старается это скрыть. Только вот, в отличии от Марины, девушка, похоже, переживает по совершенно иной, пока непонятной мне причине, да и скрывает это гораздо хуже. Любой бы внимательный человек давно понял, что её что-то беспокоит. Только вот, её подруги не были внимательными.
— Конечно, она пойдёт! — без сомнения ответила за подругу Марина и по-матерински прижала девушку к своей груди. — Она у нас Ухх! А потом как Бам! А потом кряк!
— И ба-бах! — завершила Ника серию предполагаемых победных ударов и врезала кулаком в раскрытую ладонь. И всё же, она явно чем-то занимается. Возможно, бокс? Так сразу и не поймёшь.
Сабрина зарделась и неловко накрутила пучок розовых волос на пальчик.
— Ну, не знаю, я никогда не пробывала заниматься боевой магией, да и в школе по теории у меня была тройка…
— Это потому что тот старый извращенец ставил тройки всем, кто не ходит в юбках! — ответила Марина, на инстинктивном уровне почувствовав, что её подруга переживет какие-то сомнения.
Значит, Сабрина не всегда ходила в юбке? Стараясь казаться незаметным, я сквозь пальцы на прижатой к лицу руке присмотрелся к красотке. Неужели, она и вправду не всегда была такой? Уверенной, гордой… И о чём я только думаю. Юбка не означает, что женщина уверена в своих силах, это навязанный обществом стереотип.
— Думаю, мы в первый же день утрём второгодкам носы! — сказала энергичная подружка Ники и гордо задрала голову. — Вчера я ходила с семьей к личному доктору, и он намерил мне аж шестнадцать гигабайт!
— Да ты что! — радостно воскликнула Ника. — Настя, ты большая молодец! Так держать! Глядишь, к 21-ому году и до 32 доберёшься!
У большинства школьников внутренний накопитель не превышает шести гигабайт. Это означает, что они никогда не станут выше Джуниор-Мидла: так называемой средней категории, к которой принадлежит весьма значительное количество людей. Если же внутренний накопитель мага превышает шестнадцать гигабайт, он уже вправе рассчитывать на присвоение ему звания мидла. Мидл — своеобразный зажиточный средний класс, если проводить аналогию с социальными группами, и является для школьника-первогодки вполне неплохим показателем.
— У меня пока что только четырнадцать, но доктор говорит, что при хороших нагрузках и тренировках я могу добиться 48! — заявила Марина, хвастливо облокотившись на спинку стула. Девушки посмотрели на неё восторженными глазами. С таким количеством вполне реально обойти мидла и перейти на следующую ступень — кандидата в категорию мидл-сеньоров, где находятся весьма талантливые ребята. Мало, кто выходит из школы, добившись такого звания, обычно его добиваются только после нескольких упорных лет труда и тренировок.
— Сабрина, а сколько у тебя?
— Кстати, да, сколько?
Девушки «окружили» подругу тяжёлыми любопытными взглядами. Сабрина растерялась и, стыдливо опустив голову, перевела потерянный взгляд на собственные ладони.
— Ну же, не надо допытывать её! Наверное, Сабрине неудобно говорить о своих успехах! — добродушно высказался Рома, внимательно наблюдая за реакцией девушки.
— И правда, что это мы, — сказала Ника, неловко подняв руку к затылку. По-видимому, она тоже почувствовала царившее в воздухе напряжение. — Не все такие хвастуны, как Марина.
— Эй!
Девушки весело рассмеялись. Я тоже не сдержал улыбки.
— Какая красота…
— ЧЕГО?
Я медленно повернулся и уставился на лысую макушку Вовы. Оказывается, всё это время он сидел рядом.
— Что ты…
— Не правда ли, женская юность прекрасна⁉ — возбуждённо произнёс Вова, утирая слёзы рукавом волейбольной олимпийки.
Кажется, это риторический вопрос. Не буду на него отвечать…
Часть 3
в 19:45 я подошёл к зданию клуба: внушительному сооружению, напоминающему спортзал. Все подобные здания находились справа от школы и стояли в ряд до самого конца улицы. Дорога к ним была покрыта резиновой крошкой и разделялась на полосы для бега. Похоже, здесь часто устраивали турниры по лёгкой атлетике.