Частный детектив. Выпуск 5

— Спасибо, Эд. До скорого.
После ухода Леона Энглиш углубился в работу. Когда за несколько минут до обеденного перерыва Лоис пошла в его кабинет, он все еще трудился. Подняв голову, он улыбнулся ей.
— Вы не забыли позвонить в “Тур—Аржент” и заказать мне столик на сегодняшний вечер? — спросил он.
— Нет. Заказала на восемь тридцать.
— Мне следовало бы помнить, что вы ничего не забываете. Это замечательное качество.
— Мне платят за мою работу, — весело ответила Лоис.
— Возможно, — Энглиш наморщил лоб, — но секретарей, равных вам, очень мало. Послушайте, а ведь уже пять лет, как мы работаем вместе!
Лоис улыбнулась.
— Да, исполнилось ровно пять лет в прошлую субботу. Вечером.
— Не может быть! Вечером в субботу? Как вы запомнили?
— У меня отличная память на числа. Вы завтракаете в час дня с Хоу Бернстайном, мистер Энглиш.
— О, помню, — с гримасой ответил он. — Но нашу дату нужно отметить! Ведь мы славно проработали эти пять лет, не так ли, Лоис?
Она охотно согласилась.
— Иногда я вспоминаю о маленькой конторе, с которой мы начали дело!.. II та пишущая машинка! Вы стучали на ней весь проклятый день, пока я обивал пороги в поисках денег. Наконец, слава богу, все кончилось. Держу пари, теперь вы довольны, что у вас большой кабинет и электрическая пишущая машинка.
— О, да! — ответила Лоис.
Энглиш поднял глаза.
— Но вид у вас не слишком довольный. Так вот, заявляю вам официально, что мы с вами в субботу отправимся обедать. Отпразднуем пятую годовщину нашей фирмы. Что вы на это скажете?
Она немного поколебалась, прежде чем ответить.
— Я думаю, что не смогу быть свободной в эту субботу, мистер Энглиш. Я уже приглашена.
— Тогда мы все отправимся в “Тур—Аржент”, чтобы повеселиться как следует. Согласны?
— Я не могу отменить свое свидание, — тихо сказала Лоис. — И тем не менее, спасибо, мистер Энглиш.
Огорченный, Энглиш задумался, потом улыбнулся.
— Ладно, Лоис. Если вы не можете отказать своему дружку, то пусть это будет в другой раз.
— При чем здесь дружок! — воскликнула Лоис с горячностью, удивившей Энглиша. — Просто я занята в этот вечер.
Сказав это, она быстро вышла из кабинета, захлопнув за собой дверь.
Энглиш нахмурил брови.
— И после этого Юлия утверждает, что она влюблена в меня, — пробормотал он. — Какая чушь! Лоис не кочет принять от меня даже приглашение пообедать.
Минут через десять он положил авторучку и направился к двери. Когда он надевал пальто, послышался легкий стук в дверь, в комнату вошла Юлия.
— О, Юлия, здравствуй! — сказал он.
Девушка подняла голову и поцеловала его.
— Мне нужны деньги, — сказала она. — Я иду завтракать с Джой Гибонс, а вышла без денег.
— Я очень хотел бы позавтракать вместе с вами. — с сожалением проговорил Энглиш, доставая кошелек. — Тебе достаточно будет пятидесяти?
— Конечно, дорогой. Мы с ней едим главным образом салаты. А ты с кем завтракаешь?
— С Бернстайном, — ответил Энглиш с гримасой. — Он хочет, чтобы я помог его протеже.
— Если ты что–то хочешь получить, ты получишь, — сказала Юлия, пряча деньги в сумочку.
— Где вы завтракаете?
— У Валдорфа.
— Отлично, мне это по дороге. Пошли.
Одновременно с ними в приемную вошел Гарри Винс. Он бросил на Юлию смущенный взгляд и посторонился.
— Добрый день, Гарри, — тепло поздоровалась с ним Юлия. — У меня к вам просьба.
— Да, Юлия? — несколько напряженно сказал Винс.
Его тон заставил Лоис поднять голову. Она сидела за письменным столом возле окна, и ни Юлия, ни Гарри не заметили ее присутствия.
— Я хотела бы получить еще два билета на спектакль, который идет сегодня вечером. Вы могли бы мне их дать?
— Да, конечно, — ответил Гарри, меняясь в лице.
— Послушай, Юлия, — с улыбкой сказал Энглиш, — ты хочешь меня разорить?
— Это для Джой. Я ей обещала.
— Она купается в золоте. Разве она не может купить их сама?
— Не будь скрягой, — Юлия взяла его под руку. — Люди считают совершенно естественным, когда я даю им билеты на спектакли.
— Ладно, сделайте это, Гарри.
 
— Хорошо, мистер Энглиш, — хрипло сказал Гарри.
— Ты обедаешь сегодня с этой старой бородой, с сенатором? — осведомилась Юлия, направляясь с Энглишем к двери. — В котором часу у вас свидание?
— В половине девятого. Я не смогу прийти к тебе сегодня вечером.
Они вышли в коридор.
  
III
 
Чик Эган остановил “кадиллак” перед входом в “Тур—Лржент”.
— Приедешь за мной в десять тридцать, Чик.
— Вы не хотите, чтобы я зашел с вами, патрон? — спросил Чик, обшаривая маленькими глазками тротуар.
Энглиш покачал головой.
— Нет, Чик, здесь я ничем не рискую. Вот когда мы отъедем, смотри в оба.
— Я всегда смотрю в оба! — буркнул Чик. — Значит, в десять тридцать?
— Я буду ждать тебя в фойе.
Чик вышел из машины, посмотрел по сторонам, не вынимая руку из кармана, открыл дверцу и замер, наблюдая за Энглишем, который быстро пересек тротуар и вошел в ресторан.
— Добрый вечер, сенатор, — приветствовал он Бомонта. — На этот раз я не заставил вас ждать?
— Как дела, Ник?
— Очень хорошо.
Бомонт закурил сигарету. Вид у него был недовольный.
— Вы не должны были откладывать совещание, Ник. Райс в бешенстве.
— Я в этом не сомневался.
— Я вас предупреждаю, что они не будут долго терпеть подобные вещи… Он мне так и сказал.
— Выпейте “хайбол”, это вас успокоит.
— Райс сказал мне, что настало время забить в вас первый гвоздь и что он с удовольствием сделал бы это сам.
— А как он думает взяться за это? Я имею в виду гвоздь. — Энглиш холодно улыбнулся.
— Этого он мне не сказал, но я знаю, что у него был разговор с прокурором. Он в курсе всего, что касается Роя.
Лицо Энглиша помрачнело.
— Как так?
— Он слышал разговоры о шантаже. Он хочет, чтобы прокурор начал следствие.
Энглиш пожал плечами.
— Тут нечего расследовать. Пусть делает, что хочет, но если не сможет доказать, я буду преследовать его за клевету.
— Именно это я ему и сказал, — кивнул Бомонт. — Он был в ярости. Однако, Ник, если во всем этом есть хоть доля правды…
— Не говорите глупостей, — резко сказал Энглиш. — Райс не в состоянии доказать, что Рой был шантажистом.
— Ну что ж, я очень рад это слышать! Вы говорите мне правду, Ник?
— Ну конечно! Он ничего не сможет доказать.
— А девушка? Секретарша Роя?
— С ней все в порядке. Ни пресса, ни прокурор не смогли связать ее с Роем. Морили честно заработал свои пять тысяч долларов. Так что, прошу вас, не расстраивайте себя подобными вопросами.
— Легко сказать, — проворчал Бомонт. — Мне ведь тоже надо думать о моем положении в этой ситуации… Ну вот, — прибавил он, — стоит заговорить о волке… Вот и Райс собственной персоной.
Энглиш поднял глаза.
На пороге стоял мужчина лет шестидесяти, полный, коренастый. Он разговаривал с красивой девушкой, одетой в вечернее платье, поверх которого была накинута голубая норка.
— Хотелось бы мне знать, купил он эту норку или взял напрокат, — кривя уголки губ, произнес Энглиш. — Это Лола Вегас. Она танцевала в “Голден—Эпл”, пока я не вышвырнул ее оттуда.
— Не говорите так громко, ради бога! — прошептал Бомонт.
Райс подошел к стойке бара и приветствовал их чуть заметным кивком. Энглиш ответил на его приветствие, подняв руку. Он помахал также Лоле, которая бросила на него злобный взгляд и отвернулась.
— Когда она стала так усердно гоняться за дичью, что это стало сказываться на ее работе, я решил, что для нее настало время переменить место охоты, — продолжал Энглиш. — Она до сих пор не простила мне этого.
Бомонт поспешил переменить тему разговора. В течение получаса он говорил о своих делах, а потом Энглиш, подняв глаза, заметил Корину, остановившуюся на пороге бара.