Частный детектив. Выпуск 5

— Я не хотел ссориться… — обернувшись, начал он, но Корина оборвала его на полуслове:
— Убирайтесь немедленно! Вы даже не убийца! Вы хуже! Как вы вообще могли прийти сюда, в этот дом?
Энглиш вышел и направился к машине. За спиной были слышны рыдания Корины.
  
IV
 
Из ближайшего телефона–автомата Энглиш позвонил Сэму Крайлу — своему адвокату.
— Сэм? Это Ник. Есть работа.
— Надеюсь, не сегодня ночью? — забеспокоился Крайл. — Я уже лег спать.
— Ты занимался делами Роя, не так ли? — перебил его Энглиш.
— В принципе — да, — безо всякого энтузиазма отозвался Крайл. — Но уже несколько месяцев он ко мне не обращался. Что с ним опять случилось?
— Два часа назад он покончил с собой.
— О, Господи!
— Похоже, он был совсем на мели, — продолжал Энглиш, — и стал шантажировать своих прежних клиентов. Его должны были на этой недели лишить лицензии.
— Хорошенькое дело, — проворчал Крайл.
— Я был у Корины. В истерике она обвинила меня в смерти Роя. Видишь ли, полгода назад я отказался дать ему денег. Она вбила себе в голову, что это якобы толкнуло его к самоубийству.
— А она знала, что Рой занимался шантажом?
— Похоже, нет. И я не стал говорить ей этого сегодня — она и так в ужасном состоянии. А впрочем, это ей вообще не обязательно знать.
— И что же должен сделать я?
— Понимаешь, Сэм, я действительно не знал, что дела Роя так плохи. Ты должен убедить Корину в том, что я дал бы ему денег…
— Надеюсь, ты не хочешь, чтобы я сделал это сейчас, — перебил его Крайл.
— Именно сейчас! Если Корина выступит перед журналистами…
— Скажи мне, Ник, почему я на тебя работаю?
— Потому что я плачу тебе больше, чем другие, — жестко сказал Энглиш. — Официальная версия такова- самоубийство на почве нервного срыва. Завтра утром приезжай ко мне в контору.
— Хорошо, Ник, — тяжело вздохнул Крайл. — Ради тебя я готов провести бессонную ночь. До завтра.
  
V
 
Чик Эган остановил “кадиллак” перед импозантным зданием, выходящим к реке.
— Надо выяснить, где живет секретарша моего брата, — сказал Энглиш, выходя из машины. — Завтра утром отправься к его конторе и расспроси привратника, он может знать адрес этой девицы. Приезжай сюда к половине десятого. Мы навестим ее перед тем, как ехать в офис.
— Хорошо, патрон. Сделать еще что–нибудь?
— Все. Иди ложись спать. Завтра увидимся.
Энглиш вошел в здание, кивнул привратнику и направился к лифту, чтобы подняться в квартиру, которую снял для Юлии. Подойдя к двери, он отпер ее своим ключом и вошел в небольшой холл. Пока он снимал плащ и шляпу, отворилась дверь в комнату и на пороге появилась хозяйка.
Юлия Клер, рослая, узкобедрая, с длинными стройными ногами и высокой грудью, как будто сошла с обложки американского журнала мод. Волосы цвета красного дерева были старательно уложены вокруг головы. Большие изумрудные глаза оживленно блестели.
— Ты опоздал, Ник, — с улыбкой проговорила она. — Я уже стала сомневаться, придешь ли ты вообще.
— Очень жаль, Юлия, но меня задержали.
— Ты выглядишь очень усталым. Что–то случилось? У тебя неприятности?
— Да, если можно так выразиться… Ты помнишь Роя?
Энглиш заметил, что она побледнела.
— Да… А почему ты меня об этом спрашиваешь?
— Он покончил с собой. Только что.
— Он мертв? — спросила она, широко раскрыв глаза.
— Да, мертв. Это единственное дело, которое он довел до конца.
— Не говори так о покойнике, Ник. Какой ужас! Когда это случилось?
— Морили позвонил мне около половины девятого.
— Но зачем он…
— Это и меня интересует, — сказал Энглиш, доставая портсигар. — С Роем вечно случались истории, как и с моим отцом. Я никогда не рассказывал тебе о нем?
Юлия отрицательно покачала головой.
— Отец был скверным человеком, — продолжал он. — Если бы мать не работала, мы бы все передохли с голоду. Видела бы ты нашу конуру! Подвал. По стенам летом и зимой стекает вода…
Юлия наклонилась, чтобы подбросить брикет в камин.
 
— Да Бог с ним, все это уже в прошлом, — Энглиш закурил сигару и принялся расхаживать по комнате. — Так вот, инспектор сказал, что Рой сидел совсем без денег и пытался шантажировать своих бывших клиентов. Его должны были лишить лицензии на будущей неделе. Но я готов держать пари, что уж Рой–то не стал бы из–за этого сводить счеты с жизнью. Версия самоубийства, конечно, устраивает и меня, и Морили, но я далеко не уверен…
Юлия подняла голову:
— Но послушай, Ник, если полиция так говорит…
— Полиция может говорить что угодно, а я все–таки немного знал своего брата! — В голосе Энглиша появилось легкое раздражение, он нервно заходил по комнате. — И я не могу понять, почему его дело пришло в упадок. Когда Рою удалось уговорить меня купить эту контору, я тщательно все проверил. Не мог же он так быстро пустить все на ветер!.. Я отправил туда Лоис, возможно, она сможет разобраться, что в действительности произошло.
— Ты послал туда Лоис ночью?
— Да. Это очень важно. А что тебя удивляет?
— Нет, ничего… Она, вероятно, влюблена в тебя, — вдруг сказала Юлия.
— Кто? Лоис? — Энглиш рассмеялся. — Абсурд! Просто я хорошо ей плачу. От инспектора я поехал к Корине, — продолжил он. — А она заявила, что это я повинен в смерти Роя, и выставила меня за дверь.
— ?!
— У нее была истерика. Я даже не предполагал, что она так сильно любила Роя. Думаю, завтра она успокоится. Но все–таки я счел необходимым послать к ней Крайла. Нельзя допустить скандала сейчас. Видишь ли, через несколько дней сенатор официально объявит, что я — основатель нового госпиталя. — Энглиш смущенно улыбнулся. — И госпиталю хотят дать мое имя.
— Твое имя? — переспросила Юлия. — И зачем тебе это?
Энглиш снова принялся расхаживать по комнате:
— Я преуспел в жизни, Юлия. Начал с нуля, а сейчас денег более чем достаточно. Но деньги — это еще не все. Если я умру, то через неделю никто и не вспомнит обо мне. Если что и имеет цену в этой жизни — так это доброе имя, которое человек оставляет после себя. И если мое имя будет носить госпиталь, то можно надеяться, что его не забудут так скоро.
Юлия иронически посмотрела на Ника.
— Ты можешь смеяться, — с улыбкой проговорил он. — Я и сам порой чувствую себя нелепо. Но это мне необходимо! К несчастью, самоубийство Роя грозит все испортить.
— Каким образом?
— Если Корина заявит журналистам, что я не давал Рою денег и этим толкнул его на самоубийство, я буду сражен. Члены комиссии урбанистов придут в восторг, узнав о скандале…
Юлия зевнула.
— Пойдем спать, Ник. Не думай об этом сегодня.
— Ты права, от этого пользы мало, — Энглиш поцеловал ее. — Пойдем спать.
  
VI
 
В узком темном переулке, по обе стороны которого возвышалась двухметровая кирпичная стена, стоял человек. Он стоял уже два часа, совершенно неподвижно, не спуская глаз с освещенного окна на четвертом этаже большого здания под номером 45, улица Ист Пласс, и не переставал жевать резинку. Коричневая шляпа, надвинутая на глаза, скрывала его лицо.
Чуть раньше полуночи окно погрузилось в темноту. Прислонившись к кирпичной стене, человек подождал еще полчаса. Потом нагнулся и поднял свернутый тонкий канат, лежавший у его ног. К одному его концу был привязан тяжелый крюк, покрытый каучуком.
Человек ловко взобрался на стену и спустился в садик позади большого здания. Он быстро прошел его, направляясь к заднему фасаду дома. Перед пожарной лестницей человек на секунду остановился — нижняя секция была поднята и находилась на расстоянии метров двух от вытянутой руки. Он развернул канат и забросил крюк на последнюю ступеньку, затем осторожно натянул. Секция бесшумно опустилась. Человек снял крюк, скрутил веревку и положил ее на землю.