Гуд бай, Америка! (СИ)
— Боб! — Сказал мне шеф, когда я витал в облаках, будучи в мыслях уже на пол пути к любимой. — У меня к тебе просьба. Мне нужно выступить на съезде агропромышленников юга через месяц, а я в сельском хозяйстве ни в зуб ногой! Что производят, какие объемы, экспорт… А какую идею им толкать⁈ Ты меня понимаешь? У меня лекции, а отказаться не могу. Очень уж серьезные люди просят. Поможешь?
Понятно, что мне ничего не оставалось как с радостным видом согласиться, похоронив свое скорое свидание с Мери. Три недели просидел в библиотеке, выписывая столбики цифр и анализируя графики годовых сводок. Никакого научного прорыва не накопал и, махнув рукой на оригинальность, задвинул идею глобализации экономики и разделение промышленных зон и продукции по странам. Профессор прочитал, восхитился и пообещал выпустить статью с моим соавторством, извинившись, что по-другому не получится, так как толкать с трибуны чужие мысли не принято. Но тут же хитро улыбнулся и поправил:
— Но можно, если об этом никто не узнает! Спасибо Боб! Ты меня очень выручил! Неплохо потрудился!
— Я тоже вам должен профессор! Так что — пользуйтесь!
Близилось рождество, и я решил сделать семейству Гриннов сюрприз. Позвонил и услышав голосок Сьюзи договорился об акции. Прикупил костюм Санта Клауса, накупил подарков в том числе и для слуг, погрузил все в машину и помчал по «зимним» дорогам штата, ничем не отличающихся от летних, разве что более свежим воздухом и более частыми облаками, периодически проливающихся дождем.
— С Рождеством вас, дети мои! — Нарочитым басом воскликнул, впущенный в дом служанкой и зайдя в гостиную, где собралось все семейство готовясь резать огромную индейку.
— Ик! — Икнула Китти, а мама Эмилия зависла с ножом над поджаренным трупом семейства динозавровых.
— Мои сани стерлись до деревяшек, об землю не знающей снега. Еле до вас добрался! Где ваши чулки? Нет? Тогда получайте!
Принялся раздавать коробки и свертки, упакованные в цветную бумагу и повязанные разноцветными лентами.
А самой маленькой — вот! — Достал огромную куклу похожую на мою Мери и вручил Китти. — Будешь ее укладывать на ночь, — сказал своим голосом.
— Боб! — Младшая посадила куклу на стул и запрыгнула на меня с ногами, целуя в красный нос. — Боб приехал!
Дальше меня обнимали, причем все, хе-хе, некоторые целовали и, подождав когда я переоденусь, зарезали таки остывшее «тело». Рождественский ужин прошел по-семейному шумно, все выпили красного вина и праздник закончился в комнате Мери, куда я прокрался по темному коридору.
— Ты пахнешь вином! — Сказала Мери обнимая и целуя меня, притиснутая к стенке. Бедная кровать застонала под моей массой, не рассчитанная на такой вес.
— Привет любимая! Скучала? — Моя правая рука соскользнула с ее груди, так как первое, что я сделал — это залез обеими руками под ночную рубашку сжимая сладкие булочки. Затем она прошлась по животу и скользнула вниз, протискиваясь между сжатых ножек.
— Безумно! — Любимая чуть раздвинула колени, давая мне накрыть ее пирожок.
— Правда? — Пошевелил средним пальцем, ощущая капельку влаги при небольшом погружении.
— Ох, милый! Что ты делаешь? — Мери закинула на меня ножку и прижалась бедрами, захватывая мои губы в поцелуе. Очень быстро любимая, застонав кончила, мило сморщив носик. Я одел средство против не запланированных детей и устремился в полностью готовую к приему писечку, быстро доведя себя и Мери до феерического оргазма. Все! Я приехал!
Под утро слез с бедной кровати, которая выдержала ночное неистовство, но готовая сломаться при повторном посещении. Мери спала сном младенца, и я тихонько вернулся в выделенную мне комнату. Растянулся на кровати и глупо улыбаясь растекся мыслями по древу. Скоро наступит лето, и мы поженимся. По крайней мере симптомов, которые бы свидетельствовали об обратном отсутствовали полностью. Мама и папа Гринн уже смирились с моим присутствием в их доме, тем более зная о наших чересчур близких отношениях с их дочкой. Только при этом возникает проблема, кто будет меня представлять перед алтарем? Родителей то у меня нет! А кого приглашать? Джим вряд ли сможет приехать, но приглашение я все же ему с Ким вышлю.
С рассветом не выдержал и принялся бегать по дорожкам парка, выгоняя лишнюю энергию и заряжаясь чистым воздухом и радостью от вида просыпающегося сада.
Потом Сьюзи меня кормила, а я смешил ее рассказывая, как поработал Санта Клаусом. Первым проснулся мистер Гринн и мы посидели в гостиной за чашечкой кофе.
— Мистер Фергюсон, писал что тебя приглашали в Конгресс… — Он вопросительно посмотрел, отпивая из чашечки.
— Не в Конгресс, а в один из комитетов. До Конгресса я еще не дорос.
— Не расскажешь?
— Да там и рассказывать нечего! Я высказал в одной статье теорию, она их заинтересовала и — хоп! Я уже в Вашингтоне! Только толку от моих выкладок было немного и меня отпустили, хоть и похвалили.
— Профессор Фергюсон немного другого мнения…
— Проф просто ко мне слишком благоволит! Я же ему помогаю!
— И даже лекции читал?
— Всего одну!
— Я рад, что моя дочь выбрала такого одаренного юношу! Кажется, она твердо намеренна выйти за тебя замуж.
— Я вижу вы не против?
— Я никогда не был против. Это все Эми… Женщины! Не видят дальше своего носа! — Он усмехнулся в свои усы. — Но я сразу понял, что у нее ничего не получится. И как видно угадал, чему очень рад!
— Спасибо мистер Гринн!
— Может уже оставим «мистера»?
— Мне так удобнее, может позже. Не в обиду!
— Хорошо Боб! Ты уже много добился и громко заявил о себе, но все равно помни! Раз уж мы почти одна семья, я готов участвовать в твоей судьбе всеми силами и капиталом. Хочу чтобы ты это знал. Может уже сделаешь официальное предложение моей дочери?
На этой замечательной ноте, папа закончил неформальный прием в свой клан, а тут и девушки начали просыпаться. После общего завтрака, где я скромно съел все что мне предложили, удивляясь своему желудку, который ел совсем недавно, я повез девушек кататься по магазинам. Видно папочка внес определенный вклад, и мы вернулись не скоро, нагруженные многочисленными пакетами, с великолепным настроением у женской половины и обручальным кольцом в моем кармане, которое я прикупил за пятьсот двадцать баксов, пока девушки мерили нижнее белье.
После обеда я сбежал, как только услышал, что девушки собираются разбирать покупки и заняться примеркой того, в чем не очень уверены. Заехал в адвокатскую контору и заключил договор на оформление наследства от миссис Финч. Оплатил аванс и вернувшись домой задумался, оглядывая доставшееся имущество с мебелью из прошлого века. Кажется я знаю, чем займусь в течении ближайшего месяца!
Прямо со следующего утра вынес всю мебель в большой сарай на заднем дворе, пригласив моего единственного знакомого с рабочими руками — механика Дика. Тот не страдал от наплыва клиентов и был рад заработать копеечку, хоть и не по своему профилю. Вначале правда он прилип к моему Фалькону, заглядывая под днище и слушая мотор.
— Потом заберу его к себе. Надо ему масло поменять и фильтры. Давай командуй!
После мебели мы разгромили сан узел и кухню, вынеся все под ноль. На этом помощь Дика закончилась, а я отправился в магазин строительных материалов, потратив почти три часа на отбор и оформление заказа на плитку, сантехнику, смеси и многое из того, что нужно для ремонта. Вернулся домой и застал удрученную Мери, разглядывающую разгромленный дом.
— А где мы будем спать? — Задала она резонный вопрос, который волновал ее в первую очередь.
Я почесал макушку и предложил:
— В палатке?
Мери улыбнулась и кивнула. Поставил свою палатку под фруктовыми деревьями в садике и накидал внутрь два матраса и теплое одеяло. Спать то придется голышом! Хе-хе.
Застелил походный сексодром простыней и повез Мери ужинать. А то «танцевать» девушку, не покормив — не совсем комильфо!
— Как твоя учеба? — Спросила Мери. Мы заехали в открытое кафе, расположившееся в небольшом сквере. Шустрые мексиканцы организовали тут беседки и под национальную музыку кормили аутентичной едой. Энергичная подавальщица поставила на наш столик букет цветов и два высоких бокала с лимонадом.