Гуд бай, Америка! (СИ)
Я немного полежал, испытывая приятные чувства, но понимая, что женщине может быть тяжеловато, поэтому не стал наглеть и не спрашивая отправился в ванную комнату, где принял душ и обтерся хозяйским полотенцем.
— Если желаете, можем закрепить результат завтра. Вы же выбрали соответствующие дни?
Женщина уже почти пришла в себя и кивнула, что могло означать согласие как с первым, так и со вторым. В итоге, «закрепляли» мы целую неделю, отчего женщина потеряла свою вялость и обрела голос, кончая и каждый раз озвучивая это милыми восклицаниями. На прощание я получил поцелуй, пухленький конверт и заявление, что я ее точно «исцелил». В машине заглянул внутрь и присвистнул, насчитав целую тысячу баксов за несколько сеансов. Неплохо! Я теперь, что? Жиголо? А если у нее точно было бесплодие и она забеременеет? Тогда я доктор! Улыбнулся и погнал машину в кампус, навстречу моей научной работе, которой я занимался, между «целительской» деятельностью. Ха-ха!
Аврора тем временем пошла на поправку и теперь встречала меня выбегая навстречу и обнимая ноги, уткнувшись лицом в живот. Милли все порывалась отблагодарить меня по-женски, но я мягко ее останавливал, рассказывая о студентках оторвах, которые осаждают меня ежедневно. Потом мы пили чай, я ощупывал косточки Авроры, сидящей на моих коленках, и убеждался, что жизнь возвращается в это тельце, наполняясь энергией и обрастая мясом. Что ж! Еще одно доброе дело в мою копилку! Эй! Охранитель! Кто у нас следующий?
Сегодня я закончил часть своей работы проведя в библиотеке целый день, чтобы иметь реальные цифры производства и распределения в отраслях доступные для общего пользования. Саму концепцию я неплохо помню, так как писал по ней реферат в бытность студентом Питерского Политехнического. Профессор, когда я на следующий день принес ему черновики, прочитал несколько страниц, почесал подбородок и попросил оставить рукопись до завтра.
День выдался свободным, так как новых объявлений я пока не давал, а на занятия мне сегодня не надо. Поэтому решил пройтись по городу пешком, проветриться, так сказать. Вчера получил очередное письмо от Мери и настроение было романтично-меланхолическое. Девочка в теле Мери ускоренными темпами взрослела и уже сейчас была заметна разница, проявлявшаяся во фразах и мыслях, высказанных в письме. Кажется, я увижу по приезде совсем другую девушку! Сдам экстерном первый курс, и поеду! Загляделся на двух симпатяшек, шедших впереди меня, и чуть не споткнулся о край бордюра. Черт! Мой организм ведет себя как озабоченная особь, напичканная по уши тестостероном в пубертатный период, что впрочем было довольно точным определением для моего тела. Ха-ха! Если бы не взрослый разум, который похоже довольно сильно помолодел, стараясь подстроится под юное тело, то девушки не ушли бы далеко. Все! Хватит о девушках! И о женщинах! Вроде только недавно плотно общался с миссис Даллас, и вот опять меня тянет на подвиги. Пойду ка я зайду в музей!
Музей оказался палеонтологическим, встретив на входе огромным скелетом Тиранозавра. С интересом поблуждал по залам с экспонатами жителей древних морей и суши, дополненных рисунками и моделями в полный рост. Напитавшись ощущением своей микроскопичности под давлением миллионолетней истории, вышел на солнечную улицу и увидев телефонный автомат решил позвонить Милли.
— Боб! Хорошо, что ты позвонил! — Голос был одновременно радостным и озабоченным. — А у меня новость! Мой муж нашелся! Джим был ранен в голову и долго ничего не мог вспомнить! Ты понимаешь…
— Понимаю. Очень рад за тебя и детей. Береги себя!
Повесил трубку радуясь за женщину, у которой стала налаживаться жизнь. А лечение кристаллами показало свою эффективность! В чем я, впрочем, почти не сомневался. Что теперь с этим делать? Притормозить, или «отдаться» кому-нибудь под руку и двинуть мой метод лечения в массы? А нужно ли? Перенаселение планеты уже стучится у порога, благодаря азиатам, арабам и сорок седьмой хромосоме. С моей помощью оно еще подскочит и — здравствуй война за ресурсы! Нет! Нам оно не надо. Оставлю пока для личного пользования, а там посмотрим. Решение пришло, освободив часть душевной нагрузки, и я распрямил плечи оглядываясь в поисках жертвы. Вон девушка скучает!
— Привет! Я инопланетянин, прибывший с Марса в поисках самой красивой девушки во вселенной! Твои параметры согласуются с заданными критериями!
Симпатичная девушка улыбнулась уголками губ, но и только. Я выдал свою лучшую улыбку, не собираясь сдаваться, подталкиваемый гормонами в крови и хорошим настроением.
— Если не хочешь на Марс, можем просто поесть мороженного.
Девушка неожиданно согласилась и после нескольких ложечек сладкого продукта выложила причину своей грусти. Уже догадались? Конечно — больная мама! Вот же Ангел-Хранитель! Не мог мне подсунуть на все готовую девушку, не девственницу и без больной матери. Гад! Я вздохнул и принялся обвораживать и заговаривать, очень быстро добившись нужного. Через час мы уже заходили с растерянной девушкой в одноэтажный дом на живописной улице.
— Мама! Я дома! — Крикнула Синтия, когда мы вошли в холл. — Можно к тебе? Я с Бобом. — Спросила, приоткрыв дверь в комнату.
— Минутку! Я приведу себя в порядок, — ответил женский голос.
— Хочешь морс? — Синти сняла туфли и одев тапочки полезла в холодильник.
— А отец? — Спросил я, принимая стакан.
— На работе. Приходит обычно поздно. Чем занимаешься Бобби, когда не соблазняешь девушек улететь на Марс?
— Учусь в университете на первом курсе.
— Здорово. А я не смогла поступить. Работаю теперь и маме помогаю. У нее рак…
Замолчала, понурив голову. Я тоже не был расположен к болтовне. Беспечное настроение улетучилось, и я уже мысленно строил планы по решению новой проблемы, подкинутой заботливым Ангелом — Хранителем.
— Можете заходить! — Позвала нас мама девушки.
В комнате пахло лекарствами и болезнью. Исхудавшая женщина полусидела, облокотившись на стопку подушек и смотрела на зашедших. Перед кроватью стоял столик, на котором среди различных лекарств лежала раскрытая книга.
— Мама, привет! Это Боб. Как ты? — Девушка присела на кровать, а я остался стоять, изучая лицо женщины носившее следы былой красоты. Ставки растут! Рак, да еще на поздней стадии.
— Привет, Боб. — Мама Синтии, перевела взгляд на меня. — Видишь, не могу вас даже чаем угостить. Ты уж, извини.
— Здравствуйте, мэм. Ничего, мы выпили морса.
— Учишься Боб?
— Да, мэм. В университете, первый курс.
— Молодец. Жалко я не увижу, если у вас будут детки. Красивые должны быть… — От уголков глаз потянулась дорожки с капелькой слезы в конце.
У меня засвербило в душе, и я ничего не смог сказать, проглотив комок в горле. Дальше вопросы были к Синтии и вскоре мы вышли из этой обители печали. У порога я обернулся и спросил:
— Можно я еще к вам приду?
Глаза женщины вспыхнули, и легкая улыбка осветила тонкое лицо.
— Приходи… — Произнесла легким как ветерок голосом и закрыла глаза.
Синтия не очень поняла мой интерес, но вопросов не стала задавать, и я проводил ее на работу в магазин одежды, где она работала продавщицей.
— Очень удачно! Мне как раз нужна одежда. Представь! У меня нет ни одного пиджака!
Мы долго с ней подбирали для меня пиджачную пару, галстук и рубашку. Вторая продавщица попыталась нам помочь, но Синтия ее отшила, сказав что это ее «добыча». Не совсем так, конечно, но смысл был примерно такой.
Расплатился, вызвав у девушек округление зрительных органов засветив пачку долларов.
— Богатые нынче студенты пошли! — Пошутила напарница Синтии и сунула втихаря в мой карман бумажку с номером телефона. Женщины! Конкуренция в чистом виде. Ха-ха!
Пошел от магазина с большим пакетом, перевязанным бечевкой и провожаемый двумя мордашками из окна витрины.
— Синти! Это кто⁈
— Не знаю. Познакомилась на улице пару часов назад.
— Обалдеть! Какой парень! Умереть — не встать! Я чуть не кончила, когда он вышел в костюме из примерочной. Почему он подошел к тебе, а не ко мне⁈