Ку-дар (СИ)

— Он говорит правду, — слепой Легвуа дернулся на своем стуле, — но эти слова опасны!
— И чтобы доказать вам это, я вызываю любого из находящихся в зале на смертный бой! Если я прав, Сирд даст мне силу победить, если я проиграю — моя мать действительно спала с кварком.
Люди остолбенели: никто не спешил ответить на мой вызов. Даже «сен-ары», владеющие магией, опешили от моей дерзости. Единственные, кто мог принять вызов, были воины «лан-ги», но право ответа принадлежало не им. Не дождавшись ответа, я снова указал пальцем на обоих «эдеров»:
— Эдер Газа и эдер Хака, я вызываю вас двоих и сражусь с вами одновременно!
— Ты точно рожден от кварка, если не знаешь, что даже «ихи-ри» не может вызвать на смертный бой «эдера», — скрипучий голос Газа вывел меня из себя. Не отдавая себе отчет, я замахнулся кулаком и застыл: что-то с невероятной силой держало меня, не давая нанести удар. Повернув голову, увидел «сен-ара», сидевшего по левую руку Сирдария. Это его магическая сила связала мне руки, остановив удар на замахе.
— Отпусти его, — голос Сирдария прозвучал тихо, но услышали его все, — а ты, муж моей дочери, успокойся. Ты бросил вызов на смертный бой, может, кто-то из «деров» выступит за честь «эдеров» Газа и Хака?
— Гоан из рода Мерж, ты — «дер», закон позволяет тебе принять вызов «ихи-ри» Сержа, хочешь ли ты принять вызов вместо наших «эдеров»?
В середине стола по левой стороне приподнялся молодой человек лет тридцати:
— Род Мерж считает себя вправе принять вызовы, только направленные против него, — сказав эту высокопарную фразу, мужчина сел.
Вот сукин сын, — восхитился я Сирдарием, — даже эту ситуацию хочешь использовать с выгодой для себя«!
— Хранитель Сирда, позволь мне принять вызов вместо «эдера» Газа из рода Ардаш, — поднялся молодой воин «лан-ги», судя по двум красным татуировкам, являвшийся, скорее всего, командиром. Это не входило в планы Сирадария, но, скривившись, он кивнул.
— Правитель, позволь мне принять вызов вместо «эдера» Хака из рода Куташ,— раздался голос из глубины зала. Даже не посмотрев в эту сторону, я знал, кому принадлежит этот голос. Есть все-таки справедливость в Сирдахе.
— Вызовы приняты, смертный бой через половину четверти сирда в этой зале, слуги уберут столы и подготовят место для боя. До этого времени все могут насладиться моим садом кархала, — Сирдарий сопровождаемый женой, сыном и «сен-арами», покинул трапезную.
— Серж, что ты наделал? — Камисса чуть не плакала, в отчаянии ломая руки, — бой сразу против двоих «лан-ги».
— Этот Мунд «лан-ги»? — Не ожидал, что под обличьем канарейки может скрываться такой грозный боец.
— Да, и очень хороший. А Ашид, вообще, начальник «лан-ги», что охраняют дворец. А в охрану берут ...
— Обычный вертухай, — перебил я жену, — не плачь, обещаю тебе убить их быстро и даже не вспотеть.
— Желток, ты не шутишь? — Камисса схватила мое лицо руками, чтобы увидеть взгляд. Люди выходили из трапезной, украдкой бросая на нас взгляды, среди которых были даже сочувственные.
— Не шучу, милая! Так как их убить? Быстро или повеселить публику?
— Быстро, очень быстро, чтобы я не успела переживать за тебя, — Камисса прижалась ко мне дрожа всем телом.
— Нам нужно выйти, полюбуемся садом кархала, — я увлек жену к выходу. Похоже, я единственный «ихи-ри» на ужине, в глаза бросались только метки «лан-ги», откровенно враждебно поглядывавших на меня.
Бой с двумя даже хорошими «лан-ги» меня мало беспокоил: мой наставник Тенкор заявил, что в Сирдахе нет бойца равного мне. А ведь Тенкор считался одним из лучших. Но стоило мне войти в максимальное ускорение, как Тенкор не мог противостоять мне даже десятка секунд. После памятного боя с наставником Джалом из школы Бабрана моя скорость выросла в разы. Выносливость тоже улучшилась, но не настолько хорошо. Один соперник или два при моей скорости не имело никакого значения. В саду кархалов я почувствовал на себе пристальный взгляд: красивая жена Мунда шла следом за нами.
— Камисса, ты не против, если я скажу пару слов жене Мунда? Ведь скоро я убью ее мужа, хочу принести ей извинения.
 
— Конечно, я подожду здесь, — Камисса присела на скамейку. Освещенный «светлячками» сад производил волшебное впечатление.
— Я не знаю твоего имени, хотел извиниться, что мне придется убить твоего мужа, — я с ходу взял быка за рога, едва подошел к женщине.
— Матира, меня зовут Матира, — женщина покраснела и, оглянувшись по сторонам, выпалила, — я буду молить Сирда, чтобы ты победил.
— Почему, что он тебе сделал, что ты желаешь ему смерти? — сорвалось с моих губ. Женщина молча закатала рукав платья: два рубца от тяжелых ожогов соседствовали рядом со свежим.
— Он смеется, когда мне больно. Да поможет тебе Сирд, — Матира быстрыми шагами пошла по дорожке в сторону большой группы женщин.
— Она хочет тебя, — спокойно констатировала Камисса, когда я присел рядом.
— Нет, ее муж садист, он прижигает ей руки горячим железом.
— Может быть, но она хочет тебя, — вновь повторила Камисса,— и я ее понимаю. Не будь я твоей женой, тоже захотела бы при встрече.
— Камисса, — начал я, но та закрыла мне рот ладонью:
— С кем хочешь и когда хочешь, только останься сегодня жив. О большем я не прошу, пора идти в трапезную, время пришло.
Мимо нас организованными группами уже шли будущие зрители. Не особо церемонясь озвучивались ставки на исход боя. Из того, что я услышал, самая популярная ставка на мою смерть. Несколько спорщиков допускали мысль, что я успею ранить одного из бойцов, может, даже убить. Ставок на то, что я выиграю бой, не было вообще.
— Камисса, у тебя с собой много амальты?
— Да, милый, зачем?
— Поставь все на мою победу, я нам сегодня принесу доход больше, чем ты зарабатываешь за сезон.
— Хорошо, но, если ты умрешь, я приду за тобой в Азрум, чтобы убить собственными руками. Ты обещал мне быстро выиграть бой, — Камисса даже попробовала пошутить. Так получилось, что из сада мы выходили последними, когда перед нами возникли два «сен-ара».
— «Ихи-ри» Серж, подожди, Сирдарий хочет поговорить с тобой.
— А где он? — Сирдария нигде не было видно. Ближайший куст Кархала отъехал в сторону, и передо мной появился правитель.
— Поговорим, Серж?
— Как будет угодно Сирдарию, — я полупоклоном обозначил свое уважение правителю.
— Камисса, дочка, подожди здесь, мы быстро. И вы подождите, — осадил «сен-аров» мой тесть.
Мы отошли около двадцати метров, прежде чем Сирдарий заговорил:
— Легвуа считает, что ты опасен и можешь принести гибель нашему дому. — Видя, что я хочу возразить, Сирдарий жестом попросил молчать. — Мой сын никогда не ошибался до сих пор, но правда в том, что после моей смерти наш дом и так уничтожат. Не пощадят моего слепого сына, найдут и убьют даже Камиссу. В первую нашу встречу, когда Камисса привела тебя во дворец, при нашей встрече присутствовал жрец Су-ду. Ты его не видел, они умеют так спрятаться, что их невозможно заметить. Жрец сказал, что у тебя нет дара «сен-ара», но в тебе есть сила, которую он не смог понять. Жрец также сказал, что только от тебя зависит, как ты используешь свою силу, во благо моему дому или во зло.
Правитель замолчал, а я собирался с мыслями. Что это за жрецы, если они могут оставаться невидимыми для человека? И почему все это Сирдарий рассказывает мне?
— Я знаю, вижу, что Камисса для тебя много значит. Именно поэтому я вызвал тебя на второе утро и предложил бросить вызов «деру» Гоану из рода Мерж. Мерж очень старинный род, победив «дера», ты имеешь право обратиться к жрецам Су-ду, чтобы они могли допустить тебя до «Испытания трех степеней». Если ты пройдешь это испытание, я могу передать тебе Сирдах. Единственное, чего я прошу — сохранить жизнь моему сыну Легвуа.
— Сирдарий, даже если я пройду Испытание, кто позволит ку-дару по рождению править?
— Позволят, потому что только настоящий Сирдарий способен пройти «Испытание трех степеней». А сейчас я задам тебе вопрос, ответь мне честно: ты способен выиграть бой, или мне стоит решить этот вопрос по-своему?