Ку-дар (СИ)

— Не беспокойся, Химана знает, что делать. У нее есть еще пара слуг, так что наших «ихи-ри» покормят вовремя.
Ужин прошел молча, я чувствовал, что Камисса что-то недоговаривает. Она же в отличие от меня была очень весела, все время щебетала и подкладывала мне еду. Совершив после ужина небольшую прогулку, мы вернулись обратно. Жена стала моим гидом, показывая дворовые постройки и дом. Само собой, экскурсия по ознакомлению с домом предсказуемо закончилась в спальне. Кроме Химаны в доме жила одна девушка и парень из числа слуг «дех-ни». Весьма хорошенькая служанка уже о чем-то шепталась с Урсом. Младший из братьев был тем еще бабником в отличие от рассудительного Барга. Под помещение для охраны Химана выделила комнату на первом этаже, примыкавшую к стороне, где размещались слуги.
Сразу после завтрака Камисса потащила меня в город со словами, что «гордость Гардо-Ач» должен быть одет соответствующим образом. Торговые лавки и мастерские по пошиву одежды располагались через две улицы, выше к центру города. Узнав, что одежда потребуется через несколько часов, портные разводили руками. Готовой одеждой торговали очень мало: встречались сандалии и шляпы, при желании можно еще найти простую рубаху и штаны, похожие на те, что и так на мне, но такая одежда Камиссу не устраивала. Что касается ее, то несколько ее заказов, сделанных в предыдущий приезд, были давно готовы, и проблема наряда на ужин к Сирдарию для моей жены давно решена.
Мы уже отчаялись, вернее, отчаялась Камисса, когда в последней невзрачной мастерской пожилой портной «дех-ни» попросил разрешения снять с меня мерку. Сняв мерку, портной Тегар попросил определиться с цветом, пригласив в следующую комнату, где хранились образцы тканей. На широком столе в комнате лежали готовые выкройки: до этого все портные жаловались, что всю работу нужно делать с самого начала. Увиденное меня поразило, похоже, Тегар был новатором и заранее готовил выкройки.
Портной заверил, что нарядная рубаха, камзол и штаны будут готовы к полуденному сирду. На обратном пути я заметил, что ку-даров в городе встречалось немало. Более того, один из встреченных ку-даров мог похвастать татуировкой «ихи-ри», что меня приятно удивило. Сопровождаемые Баргом и Дугом мы вернулись обратно, и следующие два часа прошли в оценке нарядов Камиссы, оставшейся недовольной своими новыми платьями.
Мы обедали, когда пришел мальчишка-посыльный от Тегара: портной не обманул, справившись даже немного раньше. Темно-синий камзол и синие штаны напоминали мундир, простая белая рубашка довольно хорошего качества. Повертевшись перед пытливым глазом Камиссы, получил одобрение и слова, что выгляжу, как «важный сен-ар».
Дворец Сирдария занимал огромную площадь практически в самом центре города: вдоль искусственных водоемов-каналов высажены деревья, а небольшая полоса земли зеленела травкой. Поддерживать траву и деревья в таком виде, наверное, стоило кучу денег, но правитель, судя по всему, мог себе это позволить. Сурового вида «лан-ги» мягко, но требовательно обыскали меня на предмет оружия, прежде чем пропустить во дворец. Камиссу же едва удостоили взглядом, подчеркнуто уважительно приложив правую руку к груди. После первого кордона охраны сразу внутри дворца стоял второй охранный пост. И снова процедура досмотра, но на этот раз формальная.
Огромный зал, в который мы попали, был выложен гранитом, высокие стрельчатые окна задрапированы, отчего в зале стоял полумрак, разгоняемый светильниками под самым потолком. «Магия началась», — возникла мысль при виде светильника. Напуса говорила, что «сен-ары» владеют магией, доказательство я видел еще в Даре-Ач.
Третий пост охраны состоял из «сен-ара», поздоровавшись с Камиссой, он просканировал меня и удовлетворенно развернулся, приглашая следовать за ним. Высокие стрельчатые двери открылись без посторонней помощи, и мы попали в следующую огромную комнату с длинным дубовым столом посередине. Стол уставляли всевозможные яства, во главе стола сидел одинокий пожилой мужчина лет шестидесяти с короткой седой бородкой и густыми поседевшими бровями, похожий на пенсионера из моей прежней жизни. Его пронзительно синие глаза, такие я видел здесь впервые, ощупывали меня с ног до головы. Одет он был в простую белую рубаху, расшитую голубыми и золотыми нитями.
 
Старик улыбнулся и, встав из-за стола, поспешил навстречу Камиссе со словами:
— Как я по тебе соскучился, доченька!
«Доченька? Камисса — дочь Сирдария»? Мне показалось, что пол ушел у меня из-под ног. Сирдарий прижал слабо сопротивляющуюся Камиссу к себе, обратив на меня взгляд синих глаз, старик улыбнулся:
— Ты не знал?
— Нет, — еле выдавил из себя, все еще не веря происходящему.
— Она такая, всегда хочет все делать сама, отказалась быть принцессой, решила сама себя кормить, — старик говорил сурово, но отеческая любовь проскальзывала в голосе. — Но давайте, садитесь ко столу.
На негнущихся ногах я проследовал к столу: как быть с клятвой разрушить Сирдах? Сирдарий оказался моим тестем, я не могу причинить боль своей жене, убив ее отца.
Сирдарий сел во главе стола, указав мне на правую сторону, а дочери слева от себя.
— Итак, ты — ку-дар, приехавший с мелким торговцем из Даре-Ача, успешно сдавший экзамен на «ихи-ри», убивший одного из лучших мастеров боя на мечах. Людям ты знаком под именами Желток, а с недавнего времени как Серж. И ты женат на моей дочери, которая так безумно тебя любит, что даже выписывала моего лекаря для твоего лечения.
— Да, — коротко подтвердил я под пытливым взглядом.
— Мне непонятно одно, вернее, даже два момента, — Сирдарий замолчал, выдерживая паузу, — почему до момента, как в Даре-Ач ты попал на «хел», тебя считали самым тупым и бесполезным? И второе, куда более важное, почему именно в Даре-Ач была найдена последняя ведьма владевшая секретом света Сирда? Могут ли эти два момента быть связаны между собой?
Теперь в ожидании ответа на меня смотрели две пары глаз. Нечто подобное я предполагал рано или поздно: взлет безвестного ку-дара не мог пройти незамеченным.
— Все случилось после того, как я утонул в реке, которая протекает в Даре-Ач, — я тщательно подбирал слова, — меня вытащил из воды «даха-нир» (пастух) Ярс.
— Которого ты убил, нарушив закон о кастовой нетерпимости, — перебил меня Сирдарий.
— Да, я хотел выразить ему слова благодарности за свое спасение, но пребывание в воде убило мою память, и не зная о кастовой нетерпимости зашел к нему в дом. Ярс напал на меня, я убил его случайно, защищаясь.
Мою паузу нарушил Сирдарий:
— Состоялся «хел», на котором ты подтвердил свою правоту. Это похоже на правду, но меня смущает, почему ведьма выбрала именно Даре-Ач для своего места жительства.
— Я ничего не знал о ведьмах, пока в Даре-Ач не прибыл слепой «сен-ар» и не сжег ее.
— Легвуа — самый сильный «сен-ар» во всем Сирдахе. Но моему сыну не повезло, он слеп с рождения, — в голосе Сирдария прозвучала неподдельная грусть. Я еле усидел на стуле. Этот слепой ублюдок, сжигающий людей, брат Камиссы? Будто прочитав мои мысли, правитель улыбнулся, — они такие разные... У меня долго не было детей в браке, рождение Камиссы было чудом, ее мать была служанкой и помощницей моей жены Кадины. А Легвуа мой поздний ребенок, он родился, когда мы потеряли всякую надежду. Камисса не захотела оставаться во дворце после смерти своей матери, она винила меня в случившемся.
— А что случилось, — задал я вопрос, воспользовавшись паузой.
— Она выпила вино, предназначенное мне, оказавшееся отравленным. Виновных нашли и сожгли, но спасти Арису мы не смогли.
Сирдарий замолчал, словно воспоминания причиняли ему боль. Взглянув на дочь и меня, продолжил:
— Едва стала самостоятельной, как выскочила замуж за торговца из Гардо-Ач, отказавшись от всего. Только после смерти ее мужа мы снова начали общаться, а теперь вот ты, Желток или Серж, даже не знаю, чего от тебя ждать.
Геенны огненной, — промелькнуло в голове, но вслух я сказал другое: