Как свести родителей за 30 дней

– Успокойся, дорогая, – мягко проговорила Алефтина и дотронулась до ботинка Эвелины. – Я сейчас осмотрю твою лодыжку. Можно?
– Да, – прохрипела Эвелина, скользнув взглядом в сторону открытой двери, за которой располагалось рабочее место секретарши. – Только осторожно. Ужасно болит!
Ее голос дрожал и звучал так жалобно, что собравшиеся рядом женщины не могли не проникнуться состраданием к Эвелине.
– Хорошо, милая, я буду очень аккуратна, – заверила Алефтина с непритворным смятением во взгляде.
Осторожно, словно обращаясь с настоящей бомбой, а не с потенциально травмированной ногой, она медленно сняла ботинок и поочередно надавила на несколько точек на лодыжке.
Эвелина издала очередной стон.
– Ну что? – обратилась одна женщин к Алефтине. – Мне все-таки вызвать скорую?
– Думаю, не стоит. Обычный ушиб, – заключила Алефтина и бережно надела ботинок на ногу Эвелины. – Можно обойтись обезболивающей мазью и отдыхом – и будешь как новенькая. Тебе далеко до дома? Хочешь доехать на такси?
– Оу, не надо. Я…
– Эвелина! – выкрикнул Лука, выбежав из-за угла. – Что случилось?
Он выглядел ошеломленным. Взгляд голубых глаз задержался на «поврежденной» ноге девушки и поднялся к заплаканному лицу Эвелины. С губ срывались частые вздохи, будто Лука и впрямь боялся за состояние одноклассницы.
На мгновение Эвелина так и решила, но, присмотревшись, заметила в глазах парня искры озорства.
– Она подвернула ногу, – пояснила Алефтина и вдруг нахмурилась. – Вы знакомы?
– Да, мы одноклассники. Я предложил ей подняться в кабинет отца, а затем вместе пойти в школу. Но теперь, похоже, мы поедем в больницу.
– Правильно, – одобрительно кивнула одна из сотрудниц, – проводи девочку в больницу. Вдруг не ушиб, а что-то серьезное. Трещина или небольшой перелом. Лучше сразу убедиться, что с ногой все хорошо, чем потом страдать.
– Спасибо. Так и сделаю. – Лука опустился на корточки рядом с Эвелиной и мягко опустил ладонь на ее колено.
Несмотря на джинсы и теплые капроновые колготки, девушка почувствовало тепло его руки, которое вызвало волну мурашек по всему телу. Щеки ее зарделись. Эвелина смущенно скосила взгляд в сторону, боясь в эту секунду ненароком посмотреть в пронзительные голубые глаза парня.
– Можешь встать? – тихо спросил он.
Девушка молча кивнула.
С помощью двух сотрудниц Лука помог Эвелине подняться на ноги и, крепко приобняв за талию, перекинул ее руку через плечи.
Эвелина понимала, что прикосновения и близость – лишь вынужденная мера. Спектакль, разыгрываемый перед Алефтиной и ее коллегами по работе.
Однако сердце воспринимало все всерьез и так отчаянно колотилось в груди, что Эвелина начала задыхаться от накатившего волнения и замешательства, охватившего ее целиком, из-за чего щеки покраснели пуще прежнего.
Глубоко вздохнув, Эвелина низко опустила голову, позволяя волосам скрыть румянец. Не хватало еще, чтобы Лука заметил, как остро она реагировала на совершенно невинные касания.
– Нам пора, – проговорил парень и доброжелательно улыбнулся сотрудницам «Прометея». – Спасибо за помощь.
– Да не за что, – отмахнулась одна из них. – Будьте осторожны.
– Хорошо. До свидания.
– До свидания, – почти одновременно попрощались женщины. Проводив пару до лестницы, они разошлись по кабинетам.
Как только Алефтина и две сотрудницы скрылись из виду, Лука и Эвелина разорвали вынужденные объятия и переглянулись.
– Не представляю, куда ты планировала поступать, но после сегодняшнего ты обязана пойти в театральный, – серьезно заявил парень и указал на ее лицо. – Ты даже заплакала. Если бы я не знал о нашем плане, то решил, что все взаправду. Ты отлично отыграла.
Эвелина горделиво вскинула подбородок и застенчиво улыбнулась.
– Спасибо. Если честно, никогда не думала о профессии актрисы. Всегда считала, что могу потянуть что-нибудь ординарное. Парикмахер, например, или повар.
– По-моему, будет огромной глупостью, если ты пойдешь на повара. У тебя огромный актерский потенциал. Настоящий талант, – без тени сомнений добавил Лука, медленно спускаясь по лестнице. – Говорю как незаинтересованная сторона.
  
Чужое внимание пробудило в Эвелине необъяснимое ощущение легкости, которое появляется в минуты вдохновения и веры в собственные силы. Девушка действительно не задумывалась раньше над вопросом о таланте в какой-либо области, поскольку всегда считала себя посредственной. Обыкновенной. Без выдающихся навыков и великого будущего. Но мысль о скрытом таланте казалась новой и даже воодушевляющей.
Если человек, которому абсолютно все равно на Эвелину, признал в ней талант, то, может, так оно и есть? И все ее уничижающие размышления о своей же никчемности далеки от реальности?
Эвелина не знала, что думать на этот счет, и привычно предпочла проигнорировать проблему, спросив:
– Спасибо за совет. А ты заменил папку?
Лука шкодливо улыбнулся и похлопал по лямке портфеля на плече.
– Сделал все по красоте. Они и не заметят, что документы про блендер «Тефаль».
– Ты уверен, что они ни о чем не догадаются?
– Конечно! – воскликнул Лука. – Отец оформляет все разработки по одному шаблону. В том числе и заметки. Мне нужно было найти заметки, правильно оформить под другой блендер и впихнуть в серую папку. Не переживай. Подмену может распознать только отец.
Эвелина облегченно вздохнула и вместе с Лукой покинула здание компании «Прометей».
На улице стоял мороз. Минус десять, не меньше. Снежинки плавно падали на землю и покалывали лица Эвелины и Луки, оседая на ресницах и волосах.
Лука, как всегда, игнорировал существование головных уборов и довольствовался теплом тонкого черного пальто, из-под которого выглядывал капюшон серого худи.
Снежинки превратились в хлопья снега и запутались в иссиня-черных волосах парня, вынуждая Эвелину осуждающе покачать головой.
Как человек, которому утром пришлось закутаться в пуховик, надеть шарф и шапку, она могла без тени сомнения утверждать, что Лука в скором времени подхватит грипп или ангину. Потому что его одежда не годилась для прогулок по морозу. В таком виде будет холодно любому человеку. Даже привыкшим к стуже полярникам.
– Ты не замерз? – поинтересовалась Эвелина, следуя за Лукой к пешеходному переходу, ведущему на противоположную сторону улицы.
Парень пожал плечами и шмыгнул носом.
– Нет, мне тепло.
Эвелина с уверенностью могла сказать, что это наглая ложь – на то указывало многое. Покрасневшие от холода руки, которые Лука прятал в карманах. То, как он горбился, отчаянно пытаясь прикрыть воротником голую шею. Еще шмыганье носом и заалевшие мочки ушей.
Луке явно было холодно, но почему-то вместо признания очевидного он предпочитал разыгрывать спектакль.
Взглянув на уши Луки и растрепанные черные волосы, Эвелина ощутила прилив раздражения от чужого халатного отношения к собственному здоровью. После прогулок в таком виде парень однозначно заболеет. И не нужно быть гадалкой, чтобы это предвидеть.
Когда ребята остановились возле светофора, Эвелина хмыкнула, сняла шарф и решительно перекинула на шею Луки, замотав таким образом, что часть ткани прикрыла голову.
– Что ты… делаешь? – отрывисто спросил Лука.
Он был обескуражен и пораженно взглянул сначала на кончик черного шарфа, обернутого вокруг головы на манер бабушкиных платков, а после – на сердитую Эвелину.
– Ты видел свои уши? Они красней флага Китая! – возмущалась она. – Походишь минут пять без шапки и останешься без ушей. Ты же в курсе, что их можно отморозить?
У Луки не нашлось слов на замечание, ибо он понимал, что девушка права. В такой мороз получить обморожение – раз плюнуть.
Однако из вредности он не собирался соглашаться с Эвелиной.
Парень включил на телефоне фронтальную камеру и посмотрел на себя.
– Да я выгляжу как бабушка!
И действительно, способ, с помощью которого девушка повязала шарф, был тем самым, какой использовали деревенские бабушки для цветастых платков.