Гремучий коктейль – 6

– Вы имеете в виду компетентного и разносторонне информированного профессионала со связями, способного и желающего оказать вам всю доступную поддержку в начинаниях… или же просто нужен водитель мобиля, знающий этот город и его историю? – удивил меня официант.
– Компетентные и разносторонне информированные профессионалы со связями…, – медленно проговорил я, глядя на невозмутимого индейца, – …не существуют независимо.
– …но могут принадлежать к организации, гарантирующей их временную независимость, – не моргнув глазом, продолжил он мой ответ.
– И как же называется подобная волшебная организация?
– Отель «Континенталь», сэр. Мы предоставляем подобный сервис.
У меня тут же разыгралась паранойя. «Континенталь» был не просто хорош, а слишком хорош для этого времени, места и мира. Его сотрудники вышколены от и до, Стэтхем как администратор обладал таким уровнем самообладания, что мне или там, скажем, князю Крутову, оставалось бы только покурить в углу и идти вешаться. Противовоздушные орудия на крыше казались почти шедеврами оружейного искусства, их круглые движущиеся платформы, способные наклонить пушку даже под очень острым углом, ничем не уступали механизмам «черной осени» …
Проще говоря, такой уровень компетентности был почти нереальным.
Разумеется, я согласился. Мне предоставили выбор – вызвать нужного человека сюда, либо сразу проследовать в его кабинет, где и будет заключен договор, так что я выбрал последнее.
– «Держи друзей близко, а непонятное еще ближе?»
– «Девиз нашей жизни, лорд Эмберхарт. Фелиция, ты как там?»
– «Хорошо, но хотелось бы дочитать свой роман. И поговорить с кем-нибудь».
– «Она пишет книгу, Кейн. Представляешь?»
– «Лорд Эмберхарт!»
– «Он бы все равно увидел»
Вот умница какая стала. Ровный голос, лаконичный ответ. Не даймон, а золото. И всего лишь надо было мне немного потерять самообладание, когда её воспитывал.
– «Скоро. Номер сейчас переделывают»
Почему-то совсем не удивился, когда портье меня привел к еще одному лифту, на котором мы поехали… вниз. Этажей на пять спустились точно, а когда двери раскрылись, то я увидел коридор, отделанный не менее роскошно, чем собственный номер. Причем их, коридоров, тут явно был целый лабиринт, по которому мы и пошли. Вспомнив кое-что из прошлой жизни, я присмотрелся к стенам, обнаружив там так и вовсе удивительную вещь – решетки центральной вентиляции, а может быть даже, и кондиционирования.
Точно. Приложенная к одной из таких решеток рука ощутила поток искусственно охлажденного воздуха. Очень и очень интересно. Я не особо интересовался пиком технологического прогресса, в Питере и своих дел хватало по горло, но в Америке магию и ману утилизировали определенно глубже, чем у русских. Или только в отеле.
Кабинет у консультанта оказался небольшим, но полностью отделанным в духе самого отеля. Отметив про себя, что это вопиющее нарушение американского прагматизма, я всмотрелся в вставшего из-за стола человека, отвечающего мне тем же. Среднего роста, широкоплечий, аккуратная русая густая бородка, обрамляющее широкоскулое лицо со слегка сплющенным носом и глубоко посаженными внимательными глазами серого цвета. Лет сорок или слегка побольше. Отсутствует левая рука по локоть.
Примечательный дядька.
– Это первый раз, когда мой скромный офис посещает персона такого ранга, – чрезвычайно спокойно проговорил хозяин кабинета, – Меня зовут Джонатан Страуд, ваше сиятельство. Я простолюдин.
Говорил он на английском.
– Меня уверили, что вы профессионал в тех услугах, что предоставляете от имени отеля, – протянув руку для рукопожатия, я его и получил, – Происхождение для меня не имеет особого смысла.
– Позволите узнать почему? – жестом предложив мне присаживаться, Страуд кивком изгнал портье из помещения, – Предлагаю обсудить наиболее животрепещущие вопросы без обиняков, по очереди. Это позволит мне определить сферу ваших интересов и… характер. Многое в моей работе приходится предугадывать.
– Что вы, мистер Страуд, что я сам, мы оба состоим из одного и того же мяса, костей и прочей требухи. Пуля одинаково легко прервать что вашу, что мою жизнь. Пуля – это результат. С точки зрения результата – мы совершенно равны. Остальное условности зависят лишь от постоянно меняющихся обстоятельств и общественного мнения. Общество присутствует далеко не везде. У пули куда выше проникающая способность.
  
– Мрачная философия солдата и убийцы, ваше сиятельство, – помолчав, определился с ответом Джон Страуд, – Крайне необычно. Тогда рискну предположить, что ваше личное присутствие здесь не является актом отчаяния или недостатка денежных средств. Вы попросту не завели себе секретаря… нет, не так. Не успели завести.
– Верно. А теперь моя очередь. Что за услуги вы предлагаете и в каком формате?
– Сопровождение, консультация, – четко, по-военному, доложил мне Страуд, – На время найма я становлюсь вашим человеком, с небольшими, но не обсуждающимися ограничениями. В частности – я не буду вашим слугой, водителем и телохранителем. Если мы окажемся в опасной ситуации, то безусловно, я с оружием в руке буду защищать свою и вашу жизнь, но если вы примете решение попасть в эту самую опасную ситуацию вопреки моим советам, то я буду вынужден вас покинуть и направиться в офис, где, в последствии, наш контракт будет пересмотрен в… зависимости от того, что за новые обстоятельства могли возникнуть. Мой рабочий день не нормирован, но я буду благодарен за предупреждение о ваших планах. Тридцать тысяч рублей в месяц, если вы предпочитаете расплачиваться этой валютой.
Тридцать. «Маленькая страна» мне обходится в сто тысяч. Не каждый король или герцог себе может позволить снять такой номер и нанять такого консультанта. Но… это того определенно стоило. Сидящий напротив меня однорукий человек был экспертом Нью-Йорка и Америки в целом. Удобный заменитель отсутствующего в этом мире смартфона, правда без спама и рекламы.
– Конфиденциальность?
– Полная, ваше сиятельство. Отель «Континенталь» гарантирует мое молчание… вне зависимости от того, каким образом закончатся наши деловые отношения. Вас обязательно пригласят пронаблюдать, что происходит с теми, кто нарушает правила нашего заведения. Вы будете удовлетворены.
– Практически вызов, но я оставлю это без внимания. Вы наняты, мистер Страуд.
Пока подписывали договор на месяц, я придумал несколько каверзных проверок. Сам мужик на вид серьезный, дальше некуда, да и представляет тех, от кого напрямую зависит моё благополучие. Плюс. Красовский очень уважительно отзывался о «Континентале», что тоже весомый плюс. Но меня интересовало другое – профессионализм. Слишком высокий уровень для страны, вылезшей из дикости лишь по пояс и по смешным меркам времени для этого мира. А вот отель соответствовал скорее моему времени, моему миру, но никак не этому.
Джон сразу показал себя профессионалом. Не успели мы выйти из его не такого уж и большого кабинета, как однорукий впарил мне шофера за десятку в месяц. В общем-то, я несильно сопротивлялся, так как мобиль предлагали бронированный, а шофера опытного, но затаить – затаил. Для вчерашнего студента, как-то раз грохнувшего пять бандитов за пару тысяч рублей, траты в сто сорок штук в месяц были неприятно болезненны.
Первым делом, собрав всех, кроме Анны Эбигейловны, оставшейся за старшую, и Зеленки как пацифистки, мы поехали по магазинам.
Оружейный. Альфа и омега необходимых путешественнику вещей. Мой арсенал на Гарамоне пребывал в целости и сохранности, но вот у остальных членов нашей маленькой и дружной семьи оружия было мало. Да и самому хотелось увидеть и пощупать новинки американской мысли. Что сказать? Новинок было полно. В тихом скромном полуподвальном магазине нам открылся настоящий Клондайк огнестрельного оружия.
Страуд, наблюдая, как мы все профессионально вцепились в продавцов и железо, лишь держал лицо, но при этом не отводил взгляда от Пиаты, высокой и до жути эффектной, но при этом уже обложившейся таким количеством ножей, что хватило бы на племя команчей. Кристина скромно ходила по магазину, тыкая пальчиком в понравившиеся ей модели ружей, отдавая предпочтение местному аналогу «винчестеров». Мао Хан застенчиво отирался возле парочки пулеметов с таким взглядом, что у меня духу не хватило сказать слуге, что пулеметы есть у нас дома.