Андер (СИ)

— Приходилось, — спокойно ответил Арнье. — Моё почтение, господин барон, — отодвинув стул мне, Константин дождался, пока я усядусь, после чего присел сам.
— Бросьте, — отмахнулся Ширан, взяв в руки принесённое меню. — Можно без этих расшаркиваний. Но, сначала предлагаю насладиться отменной кухней, а уж после обсудить дела. Никто не возражает? Ну вот и хорошо. Дела, знаете ли, не любят спешки. Кстати, советую попробовать фирменное блюдо от шеф-повара. Начиная от подачи, заканчивая божественным вкусом, оно не оставит вас равнодушным.
Барон Ширан он Фарен. Маг третьего порядка ранга Сапфир. Второй наследник Главы рода он Фарен.
Специализируется на Магии Земли. Что можно сказать, ознакомившись с его досье? Хороший хозяйственник, исходя из того, что три его крупных завода по военной «оборонке» вполне успешно развивались вот уже почти пятнадцать лет. Куча недвижимости, как в городской черте Тихомирска, так и за её пределами. Женат на Камиле он Фарен, есть двое детей — сын и дочь. Сыну сейчас четырнадцать, дочь — моего возраста.
С досье на детей я пока не знакомился, концентрируя внимание на личности Ширана, но как зовут их всё же запомнил.
Марк и Хелена.
Уже в который раз удивляясь факту, что здешние имена имели уклон в какую-то западную моду. Ну вот не встретил я здесь ни одного Ивана или Михаила. Арнье, с его именем — скорее исключение, нежели закономерность.
Обед прошёл довольно скомкано, как по мне.
Несмотря на вежливые спокойные реплики, воздух за столом был наэлектризован, причём нервничали именно мы. Ширана он Фарена же, казалось, вообще не заботила предстоящая беседа, будто грядущий разговор будет о погоде и о ценах на хлебобулочные изделия, а не о родовом предприятии, которое он желал нагло у меня отжать.
Готовый к тому, что нам подадут какие-то замудрённые блюда, которые иначе, нежели как полудюжиной приборов есть нельзя, был приятно удивлён кухней, напоминавшей русскую: первое блюдо — суп, напоминающий щи, на второе — стейк с гарниром из обжаренных ломтиков картофеля в пряных травах, несколько видов лёгких салатов, пара соусов, гренки с гусиным паштетом и глиняный кувшин с травяным чаем. Будто мы не на деловую беседу собрались, а пожрать приехали. Но, он Фарена это ничуть не смущало.
Еда была простая, что не отменяло превосходного вкуса. Ширан не соврал — готовили здесь божественно.
Когда впору было распускать пояса, дабы пряжка не отлетела под напором округлившегося живота, Ширан он Фарен без предисловий начал говорить. Начал с места в карьер, несмотря на кажущуюся мягкость. И тон его не предусматривал возражений. Он просто озвучивал факты.
— Господин Арнье, — промакнув углы рта салфеткой, он небрежно бросил её в полупустую тарелку. — Не стану скрывать, своими действиями, вы умудрились бесцеремонно влезть в мои дела. И мне это крайне не понравилось. Однако, мы всё ещё можем урегулировать наши разногласия, без ущерба для вас и вашего нанимателя. Понимаете о чём я?
— При всём моём уважении, господин барон, — подобрался Арнье, — но с каких это пор род он Фаренов считает, что дела другого Рода — это его дела? Я действую в интересах Рода и выполняю распоряжения действующего Главы — барона Андера он Сворта. Разве не этим я должен заниматься?
— Ну вот опять, — поморщился Ширан. — Какие к чертям распоряжения? Чьи? Его? — фыркнул он, покосившись в мою сторону. — Вы настолько не уважаете меня и станете убеждать, что он в них что-то смыслит? Это даже не смешно. Вообще не понимаю, зачем вы его с собой притащили? Право, это была глупая затея, господин Арнье, не сочтите за угрозу.
— Господин барон, вы, вероятно, удивитесь, но это было его желание, — пожал плечами Арнье.
— Да неужто? — деланно удивился он Фарен. — Вероятно «Глава», — выплюнул он слово, — решил самолично проконтролировать наши с вами, Константин, договорённости?
— Не только, — негромко произнёс я, и за столом моментально установилась тишина. — Я решил взглянуть на человека, который имеет поразительное отсутствие чувства такта, чтобы разговаривать обо мне в третьем лице, в то время, как я нахожусь перед вами. Единственный за этим столом, кто является Главой своего Рода, хочу заметить, в отличие от вас, господин он Фарен. И прежде, чем мы продолжим нашу беседу, я требую, чтобы вы принесли извинения, если, конечно, вы не имели цели сознательно меня оскорбить.
 
В этот раз пауза была намного дольше.
— Я, конечно, всё понимаю, — он Фарен слегка побагровел. — Но это не очень удачная шутка, Константин. Не знаю, за какое время вы умудрились с ним выучить столь сложный монолог, но не стоило так со мной шутить. Очень плохой и крайне опасный юмор. Я вас пригласил поговорить о делах, а не показать таланты надрессированного мальчика, который по большому недоразумению нацепил перстень, убеждённый вами, что ему теперь всё можно. Вы меня разочаровываете, господин Арнье, — под конец фразы Ширан перешёл на шёпот.
— То же самое могу сказать о вас, дядя…, — хмыкнул я, криво усмехаясь. — Я ожидал увидеть делового человека, эдакую акулу бизнеса, а вижу только местечкового барона, который считает, что он стал, минимум, князем. Вы что, правда уверовали в свою безнаказанность, решив «отжать» мой родовой завод? Я конечно, дико извиняюсь за следующее мещанское выражение, но… А у вас рожа не треснет, господин барон? Или вам настолько нужно производство боевого наркотика, что вы готовы получить его любыми путями?
По ошеломлённому взгляду я видел — мои слова попали в цель. Десяточка, господин барон.
Я прекрасно видел, что в его голове сейчас происходит нешуточная борьба и перенастройка линии поведения. Понимаю, поскольку даже не знаю, как действовал бы в такой ситуации я. Подобные случаи, когда маленький ребёнок толкает выверенные, осмысленные фразы с вложенным в них подтекстом, со мной ещё не случались.
Глаза он Фарена полыхнули гневом. Но это лишь на короткое мгновение. Спустя несколько секунд лоб пошёл складками, и Ширан посмотрел на меня уже другим взглядом.
— Как интересно… И что же вы предлагаете, господин барон? — ну не мог он в один момент принять то, что со мной нужно говорить на равных. — Есть предложения?
Информацию о наркотике он проглотил, не подтвердив, но и не опровергнув.
— Да, — кивнул я. — Я готов уступить вам своё родовое предприятие, господин барон, раз вам оно так нужно, скажем… за сто двадцать миллионов, — пока Ширан потрясённо на меня смотрел, я преспокойно потянулся к кувшину и налил себе чаю. Осторожно сделав маленький глоток, вернул чашку на стол и сграбастал гренку с паштетом. — По-моему — это щедрое предложение.
Ширану он Фарену потребовалось всего полминуты, на то, чтобы осмыслить то, что я сказал, и понять, что я это всё говорю совершенно серьёзно.
— А вы нулями не ошиблись, дорогой племянник? — лицо Ширана закаменело. — Это очень и очень огромные деньги, которых у меня в данный момент нет.
«Непростительная ошибка, дядя. Прямо по Фрейду. "Которых у меня в данный момент нет", а не "Вздор, бред, абсурд. Этого никогда не будет"».
— Серьёзно? — удивился я, откусывая огромный кусок. Пока я сосредоточенно жевал и делал вид, что заинтересован интерьером заведения, Ширану оставалось лишь прожигать меня убийственным взглядом. — Значит про задекларированный доход в один и два миллиарда за год меня неверно проинформировали? Смутно верится. Константин? Как вы это можете объяснить?
Разумеется, что в эту цифру я не верил, понимая, что там в несколько десятков раз больше. Подобные люди не спешат обнародовать свой фактический заработок. Также понимал, что это смешная для он Фарена сумма.
— Никакой ошибки, господин барон, — ничуть не смутился Константин, откинувшись на стуле. — Вероятно, господин барон был сам неверно проинформирован. Подбор кадров — дело деликатное, и от ошибки никто не застрахован, особенно в бухгалтерии. Достаточно вспомнить вашего управляющего. Даже такой опытный и мудрый человек, как ваш покойный отец, не смог разглядеть в подчинённом его гнилую натуру.