Невинная для волчьей стаи (СИ)

— Марк, не отвлекай ее, — Дэн говорил сквозь зубы. Он почти полностью вошел, замер, чуть раскачиваясь, потом вышел совсем. И снова начал погружать своего волчонка в мягкую влажную норочку.
— Обалдеть… Это просто…
Мия всхлипывала, но я видел, как она выгибается навстречу его ударам. Брат наклонился, взял в рот ее сосок, и она еще ближе подалась к нему, стараясь дать больше.
Мне всегда нравилось смотреть на то, как братья берут женщину, наблюдать за реакцией партнерши, это возбуждало. Но сравнить то, что я видел раньше с тем, что было сейчас — это как сравнить настольную лампу с солнцем.
Мия была прекрасна. Она охрененно смотрелась под моим братом. Я не мог удержаться, припал к ее нежной шейке, облизывая, взял ее руку и положил на свой член, поглаживая.
— Ты прекрасна детка, волшебна.
Дэн изливался в нее, и она снова дрожала, возбужденная, горячая. Ее тело покрылось испариной, над верхней губой выступили капельки пота. Я с удовольствием слизал их.
— Марк…
— Да, милая?
— Мне так хорошо, что кажется — я сейчас умру…
— Не умрешь, детка. Не сейчас. И… еще долго-долго нет. Я буду следить.
— Ты будешь рядом?
— Конечно. Всегда.
Я сказал это слово и понял — я сам хочу этого. Долго-долго. Всегда.
Ник сразу вошел на всю длину. Она закричала, и выгнула спину, предлагая нам с Дэном свою грудь. Мы посасывали ее сосочки как младенцы, пока брат трудился над ее лоном.
Я видел, что Мия балансирует на грани боли, отчаяния, и кайфа. Она кончила вместе с Ником, ее тело корчилось в судорогах, она кричала, прижимая наши с Дэном головы к груди. Мне казалось, что после такого она просто потеряет сознание — столько всего сразу.
— Мия? Как ты?
Она с трудом разлепила губы.
— О… мне… мне так хорошо! Я счастлива. Я люблю вас.
— Любимая…
Я снова не лгал. Я чувствовал именно это. Она была моей любимой. Я встал, пошел в ванную, чтобы взять влажное полотенце.
Ее лоно выглядело невероятно. Влажное, распухшее, и сперма вытекала из крохотной алой дырочки. Я видел, что братья так же как и я завороженно смотрят туда.
— Я написал бы картину, огромную во всю стену… Только ее женственность.
Ник схватил телефон, сделал пару фото. Мия смутилась, пытаясь свести ноги, но Дэн взял ее за лодыжки, мешая сделать это.
— Не надо…
— Не бойся, милая. Ты же не думаешь, что мы позволим кому-то увидеть тебя такую? Теперь ты только наша. И картину я нарисую только для того что бы мы любовались на твое тело…
Я вытер с ее бедер кровь, промокнул полотенцем складки. Ник сходил за своими средствами.
— Мия, на сейчас нанесу мазь, скоро будешь как новенькая.
— Нет, как новенькая уже не буду. — она улыбнулась.
— И отлично. Больше никакой боли, никакого страха. Только удовольствие. А теперь спи, отдыхай. Потому, что в ближайшее время спать и отдыхать ты будет не много.
Она улыбнулась, но тут же закрыла глаза и провалилась в сон.
Был разгар дня. Но в спальне, с закрытыми шторами царил полумрак. Я посмотрел на братьев. Мы, как и в волчьей шкуре, общались без слов. Просто улеглись рядом с ней, обнимая, касаясь нежно. Мы тоже устали и хотели отдыха.
Я понял, что братья заснули, но сам не спал. Смотрел в потолок и думал — когда мы расскажем ей обо всем? О том, что мы не люди, не совсем люди? И о том, что как бы нам ни было хорошо с ней, сколько бы ни говорили о любви, как бы не хотели реально остаться тут навсегда, но нам нужно продолжать наш род и в нашем будущем для Мии уготовано не самое завидное место?
— Марк?
— Что, детка, почему ты не спишь?
— Я хотела спросить… Вы ведь отвезете меня домой, когда все закончится?
  
Глава 20. Мия
 
Мне было так тепло и уютно, и совсем не хотелось открывать глаза. Моя рука снова зарывалась в мягкий шелк волос — наверное, я обнимала Дэна, именно у него волосы были самыми длинными. Кто-то гладил мою грудь, кто-то ласкал ступни, кто-то облизывал шею. Как хорошо! Я чувствовала себя такой удовлетворенной и такой… счастливой? Да, наверное, именно счастливой!
 
Всего несколько часов назад я думала о том, что нахожусь в незнакомом месте с незнакомыми мужчинами. Но сейчас эти мужчины стали мне так близки. Они сделали меня женщиной. И это было прекрасно.
Да, я испугалась, когда Марк сказал о том, что Дэн будет следующим, а потом Ник. Я не верила до конца, что братья реально пойдут на это! Мой первый раз… Для любой женщины потеря невинности это прежде всего боль. И нужно время, чтобы восстановиться. Они мне времени не дали.
Было страшно. Тем более Дэн, как и Марк природой не был обделен. Но когда он вошел в мое тело я поняла, что должна выдержать и выдержу. Да, я чувствовала боль, но вместе с ней я чувствовала такое нереальное удовольствие, такой кайф! Я принадлежала им, и я была им нужна!
Я ощущала как наслаждение течет по венам Дэна, как ему хорошо! Я видела в его глазах столько… любви? Да! Именно! Пусть это был самообман и для него, и для меня! Это казалось мне не важным!
А потом был Ник, и меня словно заволокло какое-то нереально облако нежности! Этот двухметровый гигант оказался невероятно чувственным, мягким, терпеливым, ласковым. Я тонула в его глазах, в его руках! И у меня даже получилось взлететь в небеса вместе с ним. Волшебно!
Когда все закончилось, я рухнула вниз, сразу навалилась усталость и… да, боль… Хотя они и старались мне помочь. Ник втирал какую-то мазь в мои складочки, а я была уже почти в отключке. Только одна мысль билась в голове — они так заботятся обо мне для того, чтобы ночью снова заниматься этим? Я понимала, что это неизбежно, но… хотя бы не так быстро! Хоть бы дали мне отдохнуть немного! Один вечер. Одну ночь!
Или я для них просто тело, которым они пока пользуются? Приятное, подходящее, приносящее кайф, но всего лишь тело?
Я не выдержала.
— Марк, я хотела спросить… Вы ведь отвезете меня домой, когда все закончится?
В его глазах была боль.
— Милая, если только ты сама захочешь. Теперь все будет так, как захочешь ты.
Я видела, что он и сам удивлен тому, что сказал.
Окончательно проснувшись, я увидела Ника, который смотрел на меня с улыбкой. В его руках была баночка с каким-то очередным средством. Он был в майке, татуировки, казалось, стали ярче. Словно огненным белым обручем они обвивали его руки. Странно, во время секса я вообще их не видела, словно их и не было…
— Пойдем, я приготовил ванну. Тебе понравится.
У меня неожиданно заурчало в животе. И я почувствовала такой дикий голод, что мне захотелось рычать! Откуда-то доносился аромат жареного мяса.
— Сначала расслабляющая ванна, а потом ужин. Парни делают стейки. Тебе понравится.
— Спасибо. А можно мне воды?
— Конечно, сейчас. Если хочешь заварю вкусный брусничный чай с чабрецом.
— Хочу.
— Тогда сейчас я тебя отнесу в ванну, принесу воды, а пока будешь отмокать как раз чайник вскипит.
Он осторожно поднял меня на руки.
— Как ты, крошка?
Я смущенно потупила глаза. И покраснела. Но в груди было очень тепло от его вопроса.
— Хорошо. Все… хорошо.
— Ну и прекрасно. Мия.
Я подняла голову, и он поймал мои губы.
— Моя сладкая Мия.
Не знаю, как он понял, что я обожаю аромат мандаринов, но ванная комната была наполнена именно им. В джакузи была теплая вода с солью. Я лежала, откинув голову на специальную подушку и думала о том, что все-таки поступила правильно, поехав к Стелле. Я изменила свою судьбу.
Интересно, что все-таки сказала Марку Стелла в свое оправдание?
Ник вернулся через некоторое время с чашкой алого, пахнущего чабрецом чая. Невероятно вкусного.
— Это мамин любимый. Она научила нас его готовить.
— Вкусно. А расскажи о своей маме. Почему у вас разные отцы?
— Ну… так получилось.
— И она… она живет с кем-то из них?
— Да, конечно. Я думаю, позже Марк тебе все расскажет.