Измена. Найди меня (СИ)
— Чего звонишь в такую рань? Я сплю.
— Ничего себе рань. Уже полдень, мать. Чем ты занималась всю ночь, что до сих пор дрыхнешь? — Ника села на любимого конька по кличке сарказм и поскакала дальше. — Уж ни Андрей ли не давал спать? Признавайся, сестрёнка: грешна?
— Ну что ты несёшь? Какой Андрей? Просто я убиралась, а потом Артура из головы вытряхивала, уснула под утро.
— Я так понимаю, рыдания слышал весь подъезд? В общем, давай, сбежавшая невеста, вставай и приезжай. Мы тебя ждём. Особенно мама. Ждёт с подробностями.
Делать нечего, тело встало. Я распахнула шторы, и в комнату бесцеремонно ворвались яркие лучи. За окном дробью стучала капель, погода вовсю рекламировала приближение весны. Я вошла в ванную и взглянула на отражение. Лицо припухло, под глазами круги от недосыпа. Ни дать ни взять первая красотка на районе — Зина из магазина. Вот и отлились тебе ночные слёзы. Из ванной вышла уже другим человеком и включила MTV на полную. Как раз в тему попала на клип с раскрученной песней «…соседи, вешайтесь, подонки». «Дискотека Авария» зажигала во всю мощь своей молодой безбашенности. Я убавила звук, вспомнив, что внизу живёт бабуля с давлением, а сверху пара с годовалым мальчуганом.
Пустой холодильник порадовал банкой нераскрытых ананасов, в шкафу нашёлся «Ахмад». Нужно было заехать в маркет, закупиться. Я чувствовала тревогу, если в доме не хватало еды, поэтому мой холодильник должен был всегда находиться в состоянии боеготовности и гостеприимности. «Плотно» позавтракав, начала собираться к родителям и, вооружившись косметичкой, попыталась привести лицо в порядок. Получилось на троечку, но к вечеру отёки обещали сойти. И вообще, я собиралась прекратить оплакивать своё несбывшееся будущее. Жизнь всегда прекрасна в настоящем. Я была красива — не прямо этим утром, а в целом. Не глупа. С успешной карьерой модели в прошлом, с прекрасной квартирой и должностью. И натикало всего двадцать четыре годика. Для модели — старушка, а для жизни моло́душка. «Вся жизнь впереди, надейся и жди» — пришла на ум очередная песня. Я вызвала такси, так как накануне добровольно лишилась своей машины. Прошло минут двадцать, и моя заказная карета подъехала. Накинув короткую дублёнку и захватив вместе с сумочкой пакет с мусором, я выбежала из подъезда. Таксист оказался молодым парнишкой, лет двадцати. Кивнув на магнитолу, спросил:
— Вам не мешает?
— Наоборот, можно погромче, — я откинулась на сиденье. На волнах «Русского радио» пела Глюкоза. «Ты прости меня, малыш» — именно эти слова вертелись на языке при упоминании об Артуре. Да, ты прости, малыш, но дальше нам не по пути. Тебе в сторону либо назад, а мне полный вперёд, не обращая внимания на боль и другую побочку.
Мы выехали из города и помчались по трассе в коттеджный посёлок, где жили родители с Никой. Раньше казалось, что это так далеко, но люди жили там с удовольствием: обособленно от цивилизации, в лесной зоне. Ни пробок, ни загазованности, ни городской суеты, а до города на машине минут пятнадцать. Я по центру порой целый час ехала до нужного места: вроде небольшой, но неправильный какой-то. А у родителей тихо, спокойно, чисто. Маму ни за что в квартиру не затащить. Она и обо мне подумывала — зуб даю, видела, как я к ним переезжаю. Глядя по сторонам, я радовалась таянию грязно-рыхлых остатков февраля и приходу весны. Надеюсь, в моей жизни она тоже собиралась появиться.
Расплатившись с водителем и мысленно перекрестившись перед семейным разговором, я вошла во двор. Небольшой с виду дом был вместительным и уютным внутри. Снаружи обзору были доступны две трети здания; дом проектировал папа и сам следил за строительством. Из-за угла выбежал Дик, немецкая овчарка. Он суетливо забегал, запрыгал, подавая мне передние лапы, не забыл и звонко залаять, оповещая хозяев о гостье. Я попыталась увернуться, но не удержалась на ногах и упала.
— Отлично, старина, я тоже рада тебя видеть.
Дик лизал моё лицо и на радостях энергично подметал хвостом веранду. Я смеялась и никак не могла с ним справиться.
На крыльцо вышел папа — посмотреть, кого обнаружил и обезвредил четырёхлапый сторож. Я безуспешно пыталась отряхнуть грязно-мокрые следы.
— Ну вот, с Диком мы уже всё обсудили. Остались вы с мамой, но в таком виде она меня дальше порога не пустит. — И впрямь, видок у меня был что надо. Дублёнку почистить легко, а вот джинсы уже были не голубые… И чёрт с ними, у Ники что-нибудь всегда можно взять. Папа обнял меня, и мы вошли в дом. Мама со скорбным лицом уже нас встречала. Хотела меня обнять, но, увидев своеобразный наряд, передумала, опустила руки.
— Дарина, ну зачем в чистой одежде-то с собакой возиться? Я тебя жду, а ты с Диком дурачишься, нашла время. Давай, быстро в ванную, переодевайся и к столу, я курочку в фольге запекла, как ты любишь.
— Мама, не начинай, — чмокнув её, я поднялась к Нике одолжить халат. Сестра, улыбаясь и разговаривая по телефону, махнула рукой на дверь ванной. Через несколько минут я сидела за накрытым столом и в семейном кругу уплетала мамины вкусности. Что-что, а готовить так, как моя мама, умел далеко не каждый.
Когда с обедом закончили, мама налила всем кофе.
— Ну давай, доча, рассказывай, почему я лишилась зятя. И надеюсь, причина уважительная.
— Мама, это уже слишком. Понимаю, что вы привыкли к Артуру и приняли его в семью, но с моими чувствами тоже надо считаться. Я сама принимаю решения, жизнь-то личная вроде бы. — Я немного помолчала и добавила: — Ты прости, но мне уже давно не четыре года, когда ты говорила, что и как делать. Твоя дочь давно взрослая.
Сказанное произвело на маму впечатление.
— Ладно, Дариш, успокойся. Ты тоже меня пойми, я переживаю. Лучше Артура тебе здесь не найти. Умный, обеспеченный и как любит тебя! Что ещё надо для счастья?
В разговор вмешалась Ника.
— Мама, дай ты ей рассказать. Для семейного счастья ещё доверие нужно, причём взаимное. Сестрёнка, расскажи ты им всё, а то сама выложу правду про этого урода.
— Расскажу, только давайте все успокоимся. — Про себя я отметила, что была почти спокойна и не закипала от маминых слов — уже прогресс. Я видела тревожное нетерпение в её глазах, да и отец не спешил покидать стол, хоть и выпил чай. — Наши отношения дали заметную трещину полгода назад.
Начало вы знаете, повторяться не буду. Всё шло неплохо. Да, иногда ругались, но, учитывая мой характер, мы не придавали этому значения.
— Ну я так и знала: опять он, твой упрямый характер, — вставила мама и тут же поспешила добавить: — Прости, продолжай — это так, мысли вслух.
— Ой, девочки, избавьте меня от этих подробностей, — папа всё-таки встал из-за стола. — Я уверен, какая бы причина разрыва ни была, Дарина всё правильно сделала. Доченька, выглядишь как всегда прекрасно. Вены, как я заметил, резать не собираешься, таблетки глотать тоже. Поэтому, если вы, девочки, не против, я оставлю вас. Мне позвонить надо, забыл совсем.
Он по-отечески поцеловал нас с Никой в макушку и вышел. Хорошо не видел, каким взглядом проводила его мама.
— Просто невыносим! В семье такое горе, а ему, видите ли, позвонить приспичило. Все мужики толстокожие, только о себе думают. Так, ладно, продолжай, я ему потом всё сама расскажу.
Не уверена, что папа горел желанием услышать эту историю из маминых уст, но вслух говорить это не стала и продолжила:
— Отношения со временем стали какими-то… монотонно-шаблонными, вот, точное слово. Мы прожили конфетный сезон и погрузились каждый в свою работу. Дома так вообще редко бывали одни. У нас вечно торчал кто-то из друзей или родственников Артура. Ночью мы не загружали друг друга проблемами, работу договорились не обсуждать. Наверно, в этом и заключалась моя ошибка. Внешне всё было красиво, но я чувствовала фальшь, видела, как нарастает напряжение между нами. Меня стали раздражать бесконечные гости и бытовые мелочи, закипала с полоборота, казалось, вот-вот взорвусь. Артур предложил съездить куда-нибудь, отвлечься. Он заключил выгодную сделку и мог выкроить неделю. Я не хотела сначала, но уступила. Уговорила генерального директора дать мне отпуск за свой счёт. На Ибице, как вы знаете, Артур сделал мне предложение. Чёрт, если бы я только знала! Согласилась, потому что мы и так уже были в гражданском браке. Думала, поженимся, всё наладится. Потом вы и сами увидели, как, не успев вернуться, Артур снова ушёл с головой в свой бизнес, а свадьбой занялась я. Одна. Ещё и работала. Класс.