Измена. Найди меня (СИ)
— Что ты здесь делаешь? Позвонить не мог? Обязательно надо через весь город заявляться ко мне на работу? — Я села в машину, правда, уже не за руль. Поймала странное ощущение — сердце ёкнуло и неприятно защемило. Чёрт, я привыкла к этой крошке, она полностью мне подходила.
— Здравствуй, дорогая. Выглядишь воинственно. Укрощать кого-то взялась? Наверняка лакомый кусочек, раз так разоделась. — Артур редко отвечал прямо на вопрос, мерзкая привычка. Я этого раньше не замечала. И болтливый он стал, и пафосом резко понесло. Где глаза мои были, спрашивается? Когда надеешься, что стерпится-слюбится, медицина бессильна.
— Артур, каким местом это тебя касается, не подскажешь? Выглядеть так теперь я буду всегда. Мне же нужно не только деловую репутацию, но и личную жизнь устраивать, — я прищурилась. — Слушай, ты мне рекомендательное письмо не составишь? Отличная реклама выйдет. С руками и ногами оторвут.
— Котёнок, зачем ты так?
— Я не котёнок тебе. Один умный мужчина определил, что особи кошачьего рода гуляют самостоятельно. Пожалуйста, больше не называй меня так, неприятно.
— Неприятно? Недавно тебе очень даже нравилось. Не могу поверить, что ты так быстро переобулась.
Похоже, все оттенки злости в тот момент заиграли на моём лице.
— Знаешь, я тоже не могла поверить, когда читала в кабинете гинеколога длинный перечень лекарств от болячек. Ты не поскупился. Любезно одолжил мне «букет» в порыве нежности. — Злость сменилась яростью, я чувствовала, как закипаю, но ещё старалась держать себя в руках. — В ужас прихожу от мысли, что могла забеременеть с заразой внутри. И после такого ты смеешь говорить, что я быстро что? Переобулась? Хах. Ошибаешься, Артурчик. Особенно отчётливо помню, как в моменте разлетелся дутый мирок, в котором застряла с тобой. В моей папке памяти раздел под названием «Я и Артур» теперь относится к воспоминаниям. Я бы сказала, что последний файл пропитан жёстким разочарованием, а пахнет ещё хуже.
Лицо Артура исказилось, он взял мою руку и поднёс к губам.
— Ты права. Я ничтожество, подонок по отношению к тебе. Дарин, но у всех есть право на ошибку. Давай новые файлы запишем вместе, а старые удалим, в чём проблема?
— Понятно. Проблема в том, Артур, что не всем дано умение исправлять, — я высвободила руку. — Видеть тебя не хочу, не то что разговаривать. Не ненавижу. Скорее, не понимаю и презираю. Тебе этого мало? Нас больше нет. Если мы вообще были. И ты не тот человек, с кем я хотела бы дальше идти.
— Так спокойно говоришь, — Артур завёл машину и выехал на дорогу. — Мне было бы понятнее, если бы ты кричала, обзывала, устроила сцену. Ты что, всё для себя решила? А мне что делать, Дара? Да, виноват, но я не хочу дальше без тебя. Как? Мне не нужна никакая другая. А та девка что? К ней даже ревновать глупо. Тупая ошибка на пару раз.
Он тяжело дышал и мрачно следил за дорогой. Захотелось разреветься, пришлось отвернуться к окну. Охватило раздражение — ещё слёз не хватало, пожалуй, стоило попить успокаивающие таблетки. С другой стороны, я считала себя сильным человеком, должна была сама справиться. Таблеток и так хватало выше крыши. Мы проехали мимо пункта продажи карточек экспресс-оплаты, я попросила остановиться. Вышла.
— Не сильно тебя эксплуатирую? — спросила, снова садясь в машину. Артур взглянул на меня, мотнул головой, и мы тронулись. Удивительно, где та черта, за которой замолкает сердце? Навсегда замолчало для этого человека. Я продолжила как можно спокойнее: — Тогда в «Тоскану», меня Крис заждалась.
Мы с Артуром тоже любили туда ходить. Вкусно, уютно, официанты всегда держали для нас столик. Пока ехали, я разглядывала в окне улицы в вечерних огнях и не могла сама себе поверить, что собиралась всю жизнь ходить по ним с этим человеком. Из мыслей вытащил его голос.
— Она что, уже вернулась? А что там с карьерой актрисы? — Артур оживился, ухмыльнулся. — Я говорил, что это кидалово, лохотрон для провинциалок. Но куда там, она же талант.
— Попридержи язык, а. Она прежде всего моя подруга. Актёрский талант у неё есть, ты не хуже меня знаешь. Крис наивная, но не виновата, что Москва кишит подонками. Да что Москва — подонков и здесь хватает, взять хотя бы тебя.
— Харэ наговаривать. Перед тобой виноват, а чего нет, не приписывай. Что ты так завелась из-за неё? Кто против — пусть снимается.
— Тогда к чему комментарии?
— К тому, что сначала ей придётся по-другому «сняться». Жаль, неплохая ведь девка.
— Мы с этим как-нибудь сами справимся. Если такой жалостливый стал, возьми и организуй для неё спонсорскую поддержку. Бабок у тебя хватает, меценатство сейчас модно. Только подлечись сначала, а то, я вижу, ты у нас сам хорошо «поснимал», прямо кастинг устроил. Неудачная побочка, правда, вылезла. — Мне уже было трудно остановиться. — Вы почему, Артур Владимирович, презервативами не пользуетесь? Весь цивилизованный мир безопасный секс пропагандирует, одному тебе латекс не зашёл. Мало того что не брезгуешь беспорядочными связями, так ещё не предохраняешься и других заражаешь?! Перед свадьбой! Это нормально? Кристину ему жалко стало. Ты себя пожалей, плейбой чёртов!
Я уже орала, не сдерживаясь. Артур припарковал машину у ресторана, развернулся ко мне и тряхнул за плечи. Заколка расстегнулась, волосы разлетелись.
— Всё! Хватит! Не могу больше слушать этот бред, — Артур был на грани срыва. Я фрагментами уловила его искажённое лицо, на лбу слиплись волосы, моим плечам было больно от его пальцев, но я уже не сдерживала ярость, кричала, била по панели. А Артур тараторил: — Что мне сделать, чтобы ты простила? Это было всего пару раз. Сам не знаю. Пацаны в сауну позвали, а ты у нас королева, не опускаешься до таких заведений. Я один и поехал. Там уже девки эти сидели. Ну мы выпили, само собой, стали в картишки перекидываться, на раздевание, блин. Не знаю, почему изменил. Раньше ни разу этого не делал, Дара, чем хочешь могу поклясться. В тот день провалил крупную сделку, убытки, разборки с партнёрами, с тобой разругались по телефону. Напился конкретно. Та малолетка на тебя была похожа. Дерзкая. Остальное алкоголь дорешал. Дарин, я же не знал, что эта шалава мне столько заразы подкинет.
Артур стал целовать моё заплаканное лицо. Я даже не помню, смотрели на нас прохожие или нет. Он быстро, бессвязно бормотал:
— Дарьяночка, котёночек, как я соскучился по тебе, по твоему божественному телу, волосам. Всё моё, никому не отдам. Ты моя, моя, детка. Я из-за тебя и так уже башку потерял. Люблю тебя. Дарина, люблю. Так же сильно, как и ненавижу твой дурацкий характер. Ну не упрямься. Нам же нормально вместе. — Его руки блуждали по мне, поднимались к лицу, убирали волосы назад, водили большими пальцами по моим губам и вискам, стискивали.
Я не могла остановить слёзы, не могла унять лихорадочную дрожь. Тело не слушалось. Не подчинялось. Оно привычно приветствовало его руки, поцелуи, пульсировало, отзывалось, но разум и сердце говорили другое. Если бы простила, он бы снова предал. Наши отношения захлебнулись бы во вранье. Как жить, постоянно подозревая? Нет, не о такой семейной жизни я мечтала. Окончательно сбили его следующие слова.
— Дариночка, посмотри на меня! Слышишь? Прошу, умоляю, забудь это дебильное недоразумение. Выходи за меня. Это дерьмо не стоит наших планов. Мы же нормальные люди. Главное, что я люблю тебя. Всё у нас будет нормально, верь мне.
Он уткнулся мне в шею и ослабил объятия, я высвободила руки и остервенело заколотила по нему.
— Да как ты смеешь! После всего, что натворил. Предложение?! Артур, ты о чём? Нормально у него всё… Враньё! Не верю ни единому слову. Лицемер. Пытаешься вернуть удобные отношения? Отлично устроился. Бизнес, машины, квартиры, красавица невеста, да ещё к тому же со связями. Жаль терять, понимаю. Дрянь ты, а не жених. — У меня уже не было сил вырывать руки, пока Артур их ловил и пытался держать. Я села прямо, дышать было тяжело. Уже тихо, устало договорила, чтобы наверняка от меня отстал: — Ты действительно считаешь себя самым умным, Артурио. Я сейчас это так чётко увидела. Дома ждёт его не только любовница, но ещё и персональный консультант. Обсуждай что угодно, не волнуйся за информацию, да? По бухгалтерии вопрос — Дарина. Налоговая или проблемы с администрацией — снова Дарина? Знал, что если котёнок-дурочка не уладит, то можно обратиться к её папочке со связями. Так ты продумал?! Ну не-е-ет. Кончено всё, тактик ты фигов. Не собираюсь я за тебя выходить. Оставь. Меня. В покое. Видеть не хочу ни тебя, ни эту проклятую машину. Продай её или не езди, а то не сдержусь. Сожгу или расхерачу битой, ты меня знаешь. И не смей, слышишь? — Я уже сквозь зубы цедила слова. Только бы дошло, только бы отстал. — Не смей больше искать встреч. Умерла я для тебя, понял? У-мер-ла.