Баба Нюра в новом теле (деле) (СИ)

— Там нечего будет изучать! — возмущённо вскочила я и ухватилась за руку инспектора. — Они же погибнут по дороге!
Мор посмотрел на мои белые пальцы, вцепившиеся в его ладонь, и процедил:
— Прошу не мешать следствию.
Илана оттащила меня в сторону, а целитель торопливо произнёс:
— Господин Мор, я должен вызвать санитаров и увезти пострадавших из столицы как можно быстрее. Нельзя позволить неизвестной болезни распространиться среди жителей! Вы же знаете, как сильно мой покровитель боится чумы?
И тут инспектор раздражённо произнёс:
— Я не забыл, кто вам покровительствует, господин Госк. Но замечу, что тоже обратил внимание на трубы. Свинцовых в доме установлено в несколько раз больше, чем было утверждено приказом Его Величества. А деревянные развалились так быстро, будто их забыли пропитать склеивающим составом. Всё это очень подозрительно. Словно кому-то было выгодна стремительная смерть этих женщин.
— Мы теряем время, — нервно выпалил мужчина. — Вы инспектор, а я целитель! И забота о здоровье жителей столицы для меня на первом месте. Извините, я спешу.
Он стремительно пошёл прочь, а Мор негромко спросил:
— Этот дом принадлежал вашему бездетному дяде? Поговаривали, он угас слишком быстро.
Госк замедлил шаг и обернулся:
— Понятия не имею, о чём вы. Мы не общались много лет. Я даже не знал, что он умер.
И ушёл. А инспектор быстро приблизился ко мне и, схватив за руку, увлёк в сторону, оставив озадаченную и взволнованную вдову топтаться на месте.
— Зачем вы вмешались? Вот-вот должен был прийти отчёт о свинцовых трубах. Если изнутри они не покрыты специальным составом, я бы мог открыть уголовное дело и арестовать Госка до выяснения обстоятельств. Вы хоть понимаете, что дали преступнику шанс поднять панику, заявив о неизвестной болезни?
— Вы хоть понимаете, что играли чужими жизнями, бездумно потягивая время? — приподняла брови. — А что будет с ними⁈
— Добрый день, — поздоровался с нами улыбчивый мужчина средних лет.
Мор кивнул ему и представил мне:
— Господин Велинг. Мой личный целитель.
— Семейный, — весело поправил тот и быстро осмотрел девочку. — Отравление свинцом? Хм… Хорошо, что ты предупредил меня, Дэвон. Я взял с собой всё необходимое.
Он открыл сундучок, в котором блестели колбочки с разноцветными жидкостями и в отдельных отсеках сверкали кристаллы.
— Кстати, как твоя рана? — вливая девочке по капле в рот тягучей жидкости, поинтересовался Велинг. — Голова не болит?
— Всё быстро зажило, спасибо. Ты захватил то, о чём просил?
— Там, — он кивнул на сундук. — Но я бы не советовал слишком увлекаться тонизирующим зельем. Вспомни, как заснул неизвестно где, а проснулся в тележке около Управления.
Страж, который стоял неподалёку от нас, скривился, сдерживая смех. Похоже, над инспектором посмеивались за спиной из-за того случая. Интересно, почему Мор не рассказал, что уснул из-за меня? Неужели действительно тайно следит за нами?
При всём этом я надеялась, что мне удастся заключить с инспектором сделку и узнать, почему арестовали господина Тёрнера и его сыновей. Что же мне предложить в обмен на его помощь?
 Глава 24 
Мы оставили женщину и малышку на семейного целителя инспектора. Когда вышли на улицу, Илана потянула меня к дому, но я покачнула головой:
— Ты видела, что могут с людьми сделать свинцовые трубы? Нет, надо их заменить. Вдруг наши тоже не пропитаны загадочным составом? Вот бы узнать, что это за состав такой, и как долго он держится. Не говоря о том, что нас дома ждут голодные рты. Давай сходим на базар, как и собирались?
— Ханна, ты заболеешь, — вздохнула вдова. — Насквозь мокрая! А ещё ты недавно чуть не умерла…
— Я в порядке, — не согласилась с ней. — А что до платья… Высохнет!
Обернулась на миг, чтобы посмотреть на дом, в котором случилась трагедия. Инспектор не зря свой хлеб ест. И про отравление свинцом догадался, и целителя своего предупредил. В груди шевельнулось неприятное чувство, ведь из-за меня возможный преступник ушёл от ответственности.
  
Я слышала, как молодой человек намекал на покровителя, давая понять инспектору, что находится под защитой. Мир другой, а правила те же! У кого власть, тот и прав. Даже если берёт взятки или подстраивает несчастный случай. Жаль, что Тёрнеров никто не «крышует».
Произошедшее сегодня подтвердило, что Мор дотошный и весьма разумный. Ещё догадалась, что он не стал бы закрывать глаза на преступления целителя, несмотря на высокого покровителя. И тот факт, что инспектор продолжает следить за нами, в очередной раз наводил на мысль, что в деле Тёрнеров есть сомнения. Но при этом инспектор на контакт не шёл ни добровольно, ни слегка принудительно.
Вдруг на плечи легло что-то большое и тёплое. Я машинально закуталась, а потом оглянулась и при виде человека, о котором только что думала, слегка опешила:
— Господин инспектор?
— Вы простудитесь, — неохотно буркнул он и, оставив мне свой плащ, быстро направился вперёд.
Я широко улыбнулась вдове:
— Купи продуктов на ту монету и возвращайся домой. А у меня дела.
— Ханна, это неприлично…
Но я не слушала. Догнала мужчину и, кутаясь в его плащ, пошагала рядом.
— Я вам понравилась?
Он споткнулся на ровном месте и, восстановив равновесие, посмотрел на меня с лёгким изумлением:
— Разве юной девушке принято спрашивать о таком мужчину?
— А как иначе я узнаю, нравлюсь я вам или нет? — пожала плечами. — Не хочу строить догадок.
Он снова пошагал вперёд, и я бросилась догонять:
— Так вы ответите?
— Нет.
— Не нравлюсь?
— Не отвечу.
— Значит, нравлюсь?
Он замер и дарил меня тяжёлым взглядом. Спросил с лёгким раздражением:
— Что навело вас на эту мысль?
— Вы заботитесь обо мне, — обвинила его.
— Когда это?
— Похлопотали, чтобы нашей семье выделили, где жить, — начала перечислять я. — Пришли к дому колдуна, чтобы лично убедиться в нашем благополучии. Не позволили мне упасть с дерева. Пострадали сами, но никому не рассказали, по чьей вине. А ещё спасли из затопленного подвала и отдали свой плащ.
— Я уже сказал, что на моём месте так поступил бы каждый, — помрачнел инспектор.
— Но не каждый подкинул бы золото в птичье гнездо, — улыбнулась ему.
Это было лишь предположением, но Мор промолчал, этим признавая мою правоту. Получается, что он не раз приходил к нашему дому и даже поделился деньгами, переживая за нас. Возможно, я ошиблась, и именно он прятался за деревом, когда мы с Иланой пробрались в сад. И сам якобы не заметил, оказавшись внутри.
Всё же мама Ханны оказалась права, интуитивно ощутив расположение Мора к своей дочери. И я снова задала вопрос:
— Если я вам интересна, почему отрицаете? Отчего пытаетесь быть со мной холодным? Вы женаты?
— Нет.
— Вам стыдно признавать чувства к девушке, которую бросили у алтаря и считают сумасшедшей?
— Я считаю, что вы разумнее многих, — признался он и отвёл взгляд.
«Очаровашка, — победно улыбнулась я. — Вот ты и попался!»
— Повторю ещё раз своё предложение, — взяла мужчину за руку и легонько пожала. — Я помогу вам выяснить правду, господин Мор. Давайте объединимся, и вам не нужно будет тратить время на слежку. А когда доброе имя моей семьи будет восстановлено, вам не придётся стыдиться чувств к девушке, чьего отца и брата вы арестовали.
Он посмотрел на мою руку и осторожно высвободился.
— Нет.
Ядрыжкин сарафан! Вот же упрямец!
— Почему вы отказываетесь?
— Это повредит вашей репутации.
— Репутации чокнутой брошенки без гроша за душой? — выгнула я бровь. — О, да.
— Вы не понимаете, — зло процедил мужчина. — Вас обвинят в порочной связи. Будут шептаться, что вы соблазнили меня ради свободы отца и братьев. Вас это устроит?
Я скрестила руки на груди:
— Мне кажется, что подобных слухов больше боитесь вы. Не о моей репутации печётесь. Признайте, что связь с дочерью преступника навредит вашей карьере!