Мужья на сдачу, или Центр их Равновесия (СИ)
- У неё получилось? - с любопытством спросила я, пытаясь просчитать, насколько это возможно генетически.
- Не совсем. К её глубочайшему огорчению, почти полвека у неё рождались только мальчики, а близкими к её идеалу и при этом жизнеспособными - единицы из них. Двое, если точно, - тихо усмехнулся Кот.
- Ты был в их числе? - догадалась я.
- Я был первым. Разумеется, своё увлечение она не афишировала. Женщинам Райгона позволено почти всё, но не вмешательство в генетику - над нею властвовать могут только боги. Мои способности скрыли, как и дар второго брата, Эрика. На публику нас не пускали, заявив о слабом здоровье. А значит, как ты понимаешь, нами никто не интересовался. Никому не нужны бракованные мужчины, даже из знатного рода. Это позволило илларе, что нас родила, спокойно проводить с нашей помощью исследования, пытаясь понять, почему её метод сработал с нами, но постоянно давал осечку с другими сыновьями.
- А потом? - тихо спросила я, искренне ему сочувствуя.
- А потом мы с Эриком попытались сбежать. Пять раз, - странно-напряжённым голосом сказал Кот. - При последней попытке мой брат погиб - не справился с охраной, проявившей слишком много рвения…
- Мне жаль, - выдохнула я, высвободив руку из одеяла, и погладила его по плечу.
- Разумеется, главе рода это не понравилось, - словно, не услышав моих слов, продолжил мужчина, а я вдруг поняла, что вряд ли он рассказывал об этом хоть кому-то ещё. - К тому же, как раз подошёл мой критический возраст, после которого у меня был лишь один путь - на Арену, и она решилась на ещё одну хитрость. Объявила, что на неё было совершено покушение, и мы с братом погибли, спасая её жизнь. А затем, с помощью ошейника, заперла меня в кошачьей ипостаси, чтобы и дальше изучать, когда ей будет удобно.
- Но это же бесчеловечно! - воскликнула я.
- Это - наука, - явно цитируя, устало передразнил он кого-то, подозреваю, свою мать.
- А как ты оказался у Зака? - решила я немного ему помочь, сменив направленность воспоминаний. Остальное, в общих чертах, мне и так было ясно. Даже странно, как он не сломался и дожил до своего возраста! Ещё и характер сохранил...
- Он выпросил живую игрушку у матери, когда она, наконец, сдалась, потеряв ко мне интерес. Зак из двойни, Рьяна. А мальчику, что родился вместе с единственной и долгожданной наследницей рода, позволено многое.
- Стоп-стоп-стоп. Подожди! - я даже на локтях приподнялась, чтобы лучше видеть его глаза. - Зак - тоже твой брат?!
- Удивлена? - хмыкнул Кот.
- Слабо сказано… - потрясённо выдохнула я. - Значит, ваша мать - Правительница Райгона?! Твою ж… Надеюсь, мы сможем унести отсюда ноги.
- Ты не должна говорить обо мне никому, - неожиданно жёстко сказал оборотень, поймав в плен мою ладонь. - Мать считает, что я утратил способность к обороту, а значит, не смогу никому рассказать о её увлечениях. Так всё и должно остаться! По крайней мере, пока мы на Райгоне. Здесь у неё слишком много власти.
- Значит, Зак не знает, что ты оборотень, а не просто дрессированный хищник?
- Думаю, он догадывается, - неуверенно вздохнул Кот и с какой-то затаённой нежностью добавил: - Если бы не он, я бы давно растворился в сознании животного. Он неплохой парень, и на самом деле, не такой наглый и избалованный, каким мог показаться на первый взгляд. Скорее, наоборот. Внутри Зак так же одинок, как и все мы… Хоть и хитрец ещё тот! - на последних словах его зубы сверкнули в улыбке, а я фыркнула, уже понимая, зачем он это сказал.
- Я тебя услышала. Но не представляю, как скрыть твою тайну от остальных.
- Я ведь правильно понял, что на Райгоне ты задерживаться не собираешься?
Кивнула и выжидающе вскинула брови, предлагая ему поделиться своим планом.
- Значит, время до отъезда я проведу в ипостаси леопарда, охраняя и защищая тебя от всего и всех. А после мы обязательно всем расскажем правду. К слову, дорогая супруга, довольно разговоров. До утра ещё несколько часов и тебе нужно поспать. Думаю, днём ты наговоришься на несколько лет вперёд.
- Можно подумать, я усну после такого! - проворчала я, но мужчина лишь фыркнул, а в следующий миг развалился рядом уже в образе леопарда, придавив тяжёлой лапой к постели и намурлыкивая песню. Отличный способ поставить точку в разговоре!
Как ни странно, думы отступили довольно быстро, а усталость вкупе с кошачьей колыбельной сделали своё дело, отправив меня в объятия Морфея. И, наверное, мне всё-таки приснилось, что ближе к утру огромная лапа сменилась чуткими руками, которые невесомо скользили по коже, изучая и погружая в сладкую истому. Что горячие губы почти невесомо касались моей кожи, а твёрдые, но нежные пальцы нажимали какие-то точки на теле, окончательно расслабляя и вознося меня к облакам. Так волнующе и приятно, мрр!
20. Доброе утро
Нега сладкой волной разливалась по венам, заставляя быстрее бежать кровь и вспыхивать кожу в местах уверенных прикосновений. Тело плавилось и желало большего, выгибаясь навстречу лёгким, но таким будоражащим касаниям. А мозг… Сонный мозг пребывал в смятении, буксовал, пытаясь уложить происходящее в канву привычного мировоззрения.
Я дико, до тянущей боли, хотела ласкающего меня мужчину. Жаждала всё больше его прикосновений, представляла вкус его губ и приятную твёрдость внутри. Но при этом понимала, что мы, по сути, чужие существа.
Никогда не бросалась в объятия незнакомых мужчин, но можно ли считать совсем чужим собственного мужа? Эта мысль вызывала диссонанс, и, в то же время - я знала - давала карт-бланш на любые безумства, просто руку протяни, и никто не осудит! А совесть… С собственной совестью я договорюсь.
Как давно никто не касался моего тела с такой нежностью и трепетом? Как давно я сама забывала своё имя от острой жажды, что тугой пружиной скручивалась внутри? Уже и не помню… Да и было ли это когда-то? Торопливый секс после десятка свиданий в перерывах между работой и коротким сном, а в завершение - извиняющееся "прости, детка, ты хорошая, но скучная, ничего не получится" - это помню, а чтобы вот так, обухом по голове, разрядом по коже - нет…
И сейчас, видя в янтарных глазах не просто желание, а настоящую нужду, я понимала, что совсем запуталась, вот только это не мешало мне гореть и мечтать о большем…
Не знаю, что рассмотрел на моём лице Кот в предрассветном полумраке, но неожиданно его прикосновения стали смелее, а дыхание - глубже и жарче, отчего моя кожа покрылась крупными мурашками, а где-то под рёбрами затаилось предвкушение чего-то большего.
“К чёрту!” - неожиданно решила я, а затем, наплевав на все сомнения, принципы и собственную неуверенность, зарылась пальцами в его тяжёлые волосы и притянула ближе, наконец, позволяя себе раствориться в крышесносном поцелуе.
Его губы оказались такими, какими я их представляла. Дурманяще-сладкими и волнующе-нежными. Они осторожно касались моих, соблазняя, изучая, уговаривая раскрыться, и я с готовностью отвечала, позволяя ему всё и даже больше. Наши языки сталкивались, торопливо изучая друг друга, сплетались, чтобы в следующий миг отпрянуть и снова коснуться губ.
Руки мужа скользили по моему телу, жадно сминая кожу, пока не добрались до груди, приласкав острые вершинки. Покрутили бусинки сосков меж пальцев, и снова заскользили вниз, сорвав с моих губ разочарованный вдох. Я выгнулась, стараясь быть к нему ближе, коснуться кожей его разгорячённого тела. Бедром почувствовала силу его возбуждения и, запрокинув голову, застонала, когда губы мужчины накрыли мою грудь.
Он жадно втянул сосок и осторожно его прикусил, пальцами мягко прокручивая второй, а меня острой иглой прошило возбуждение, заставив сильнее стиснуть колени и с силой вцепиться в его мощные плечи. Отпустив мою грудь из жаркого плена, он быстро прошёлся языком по второй, а затем снова, гораздо медленнее и порочнее. Подул, заставляя кожу покрыться мурашками, и я мстительно царапнула его спину ногтями, наслаждаясь крепостью мышц, словно, прорисованных талантливым скульптором.