Тени возмездия

– В начале апреля сорок пятого года штаб Имперского молодежного руководства был переведен из Берлина в Баварские Альпы, в местечко Бад-Толыд, где располагалось одно из учебных заведений гитлерюгенда. План Аксмана сводился к тому, чтобы сохранить «цвет нации», эвакуировав в это труднодоступное место тридцать пять тысяч наиболее активных и преданных режиму членов гитлерюгенда. В их число входил и Георг Хафнер. Отсюда подростки должны были совершать рейды в близлежащие районы Германии и Австрии. Аксман надеялся на конфликт между западными державами и Советским Союзом. В связи с этим главную цель он видел в сохранении боеспособного гитлерюгенда для будущей войны. Надо было просто переждать. Для этого предусмотрительно создавалась соответствующая финансовая база. Финансовые возможности у них были большие. Например, экономический советник Аксмана Вилли Хайдеманн получил из партийной кассы более десяти миллионов рейхсмарок. Часть этих денег пошла на покупку транспортной компании «Тессманн и сыновья», которая существует и поныне, имеет филиалы по всей Германии.
– Кстати, «Тессманн и сыновья» была в списке фирм, с которых адвокатская контора Шмидта собирала деньги на ОДЕССA, – вспомнил Матвей. – Так Птица принимал участие в боевых действиях?
– Он входил в группу подростков, совершавших вылазки, в которых они расправлялись с немцами, осмелившимися сотрудничать с оккупационными властями. В июле 45-го года американские части начали прочесывание окрестных гор и ликвидировали их базу. Однако к этому времени Георг был уже дома, в Нюрнберге, куда его отправили, когда он заболел воспалением легких. Сырой климат, видимо, не для него.
– Резюмируй пожалуйста, – попросил Вальтер.
– Таким образом, можно сказать, что Птица воспитан на идеях национал-социализма, защищал их с оружием в руках. Потеряв связь со сторонниками, затаился, но от своих убеждений не отказался. Находясь на государственной службе, в западногерманской разведке БНД, был вынужден свои взгляды скрывать.
– Информация интересная, но она носит справочный характер. Перед нами стоит задача выйти на структуры, связанные с неонацистами за границей, чтобы от их лица сделать вербовочное предложение Птице, – Вальтер окинул взглядом соратников. – Благодаря работе Ветра нам удалось не попасть в ловушку ЦРУ. Хороши бы мы были, если бы стали устанавливать связь с их структурой «Право на порядок».
– Да, Ветер молодец, – не удержался от похвалы Матвей. Ему было приятно слышать, что майор высоко оценил действия оперативника, которому он помог внедриться в структуру ЦРУ.
– Какими теперь ты видишь наши действия? – продолжал настаивать Вальтер. – Задание ведь остается прежним.
– Я так думаю, что задание у нас гораздо шире, чем просто создание условий для вербовки сотрудника немецкой разведки, – бросил пробный шар Вилли, внимательно глядя на руководителя операции.
– Без комментариев.
– Искать похожие структуры, я думаю, больше смысла нет. Они либо работают под колпаком спецслужб, либо слабы организационно.
Разведчик вопросительно взглянул на руководителя, тот, соглашаясь, кивнул.
– Поэтому я предлагаю установить контакт со структурой, которая, как нам точно известно, имеет тесные связи с реваншистскими кругами за рубежом и даже, возможно, их финансирует. Это представитель ОДЕССА адвокатская контора Шмидта.
– Опасный противник, поэтому мы и не планировали сотрудничество с ними. Они профессионалы с большим стажем подпольной и конспиративной работы. Их люди не боятся крови. Сможем ли мы их переиграть? Хотя, с другой стороны, очень заманчиво. Что мы можем им предложить, ведь просто на словах их не проведешь.
– Предлагаю воспользоваться опытом операции «Трест». Мы представляемся им как подпольное движение в ГДР. Тайная сеть несломленных немцев, объединенных идеей возрождения единой Германии без русских и американцев.
– Чистый национализм плюс реваншизм – это гремучая смесь. ОДЕССА потребует доказательств.
– Конечно, потребует, – с жаром согласился собеседник. – Даже если вдруг начнет стесняться, надо будет спровоцировать их на эти требования.
 
– Почему? – заинтересовался Вальтер.
– Потому что, когда мы выполним их условие, покажем, к примеру, организацию забастовки на каком-нибудь предприятии в ГДР или неразрешенный митинг против советской оккупации, это же в наших силах, мы будем иметь возможность выставить им свои встречные условия.
– Чтобы они показали свои возможности там, – согласился руководитель.
– Нам же именно это надо? – с подвохом поинтересовался молодой разведчик.
– Без комментариев, – был очередной ответ.
– Проведение акции в ГДР мы попросим осветить в прессе через Ветра. Пусть будут хорошие фотографии с акции с человеком, который потом будет вести переговоры с ОДЕССА от лица подпольного движения. Кстати, кто это будет?
– Я. Схема понятна. Надо будет, конечно, еще подшлифовать. Теперь вопрос: каким образом мы выходим на контакт с конторой Шмидта?
– Деньги, – коротко ответил Север.
– Чьи деньги? Поясни.
Коллеги с интересом следили за разговором офицеров разведки.
– Вы же знаете наверняка, чем занимались прославленные революционеры: такие, как Леонид Красин, подпольная кличка Никитич, наш полпред во Франции и Англии, член ЦК ВКП(б); Симон Тер-Петросян, подпольная кличка Камо, а также Иосиф Джугашвили, подпольная кличка Коба, когда партия поручала им изыскать деньги на революционную борьбу. Они занимались экспроприацией. Подпольщикам всегда нужны средства. И нашей нелегальной немецкой организации в ГДР необходимы денежные средства. На Востоке найти их сложно, а в Западной Германии можно попросить поделиться деньгами на благородное дело крупный и средний бизнес. Именно этим и занимаются молодчики адвокатской конторы.
– Ничего не меняется в этом мире. Ни у них, ни у нас, – философски заметил Захаров, но сразу же спохватился: – Ты предлагаешь увести у них из-под носа деньги?
– Конечно. Тогда жертва побежит за защитой к людям Шмидта, а мы назначим с ними сшибку. Там и познакомимся.
– Опасно. Но заманчиво. Кого будем грабить?
– Так Гном нам только что рассказывала, что в конце войны Вилли Хайдеманн получил из партийной кассы гитлерюгенда на нужды вервольфа более десяти миллионов рейхсмарок. Часть этих денег пошла на покупку транспортной компании «Тессманн и сыновья». Я точно помню, что в списке организаций, с которых люди Шмидта собирали дань, была фирма «Тессманн и сыновья». Пришла пора вернуть эти деньги наследникам гитлерюгенда.
На следующий день Север и Петер отправились на рекогносцировку. Транспортная компания «Тессманн и сыновья» располагалась недалеко от Южного вокзала. Их база и офис были удачно размещены рядом с крупными складскими железнодорожными комплексами, что очень удобно. На территории максимальное место отведено под стоянку автомашин, но нашлось место и для мастерских по ремонту подвижного состава, покрасочного цеха, бытовки. Двухэтажный административный корпус располагался рядом с большими двустворчатыми воротами, которые перекрывали выезд ночью и на праздники. На входе была пропускная система, но мужчины сослались на то, что у них барахлит мотор и они хотели бы проконсультироваться с механиком, и их спокойно пропустили. По пути они зашли в административное здание. Кабинет директора господина Вилли Хайдеманна находился на втором этаже. Вход через приемную, где сидела секретарь. Рядом бухгалтерия и кадры, где были одни женщины. Это было самое тихое крыло. Диспетчерская и отдел эксплуатации, именно там шумно решали свои вопросы водители, были отнесены в противоположное крыло на первом этаже.
Вальтер договорился о выделении для обеспечения безопасности операции группы прикрытия, оснащенной легковой машиной. Разведчики прибыли на двух машинах. «Опель» Сервера поставили возле входа. Двигатель не глушили, водитель готов был сорваться с места в любой момент. Машина с группой прикрытия встала на противоположной стороне, напротив окон директорского кабинета. В зависимости от сигнала из окна они должны были в случае осложнения ситуации либо прийти на помощь для экстренной эвакуации, либо блокировать пути отхода. Группа была вооружена автоматическим оружием и гранатами.