Одна ночь и вся жизнь (СИ)
- Похвально, - кивнул Дарьялов. – Никогда не надо покупать кота в мешке. Если, конечно, не рассчитываете его потом в этом же мешке и утопить. У вас, кстати, нет кота?
- Нет, - он совершенно сбил меня с толку, но надо было признать, что разговор принимал интересный оборот. – С моим рабочим графиком слишком жестоко обрекать животину на страдания.
- Понимаю. У меня в Выборге собака, я иногда по несколько дней там не бываю. Но это рабочий пес, сторожевой, ему некогда страдать. Так вот, Ирина, мне нужен в команду человек вашей компетенции. Не буду скрывать, это была бы очень выгодная оптовая покупка. У меня есть юрист, но он совершенно не разбирается в финансах. Есть финансист, но плавает в законах.
- А вы хотите два в одном? – спросила я нахально. – За одну зарплату?
- За очень хорошую зарплату, - уточнил Дарьялов. – Плюс все бонусы госслужбы, потому что это должность помощника депутата, по трудовому договору, а не на общественных началах. Минусы тоже есть, например, официально вы не сможете заниматься предпринимательской деятельностью, покупать ценные бумаги. Но официально и я не могу.
- Насколько мне известно, у помощников депутата не слишком большая зарплата.
- У моих шестьдесят тысяч. По штатному расписанию. Плюс надбавка за класс госслужбы. Плюс премия из моего личного фонда. Ежемесячная и ежеквартальная. Ее размер не ограничен ничем, кроме моего желания.
Когда прозвучал размер моей предполагаемой премии, я закашлялась снова. Наверно, он должен был принять меня за полную дурочку.
- Можно наглый вопрос? – я пошла ва-банк. - Я правильно понимаю, что до того момента, как я назвала вашей секретарше свою фамилию, вы не знали, кто это самый подлый консультант, подсказавший Минину, как вас нагреть?
- Не знал. Ковалев боролся за вас, как лев. Он на редкость честный и порядочный парень, за что я его и ценю. Не только за это, конечно, но подобные черты у людей в бизнесе встречаешь нечасто.
- То есть вы приглашаете к себе в подбрюшье человека, который помог обмануть вас? И о котором знаете только то, что он грамотный юрист и финансовый аналитик?
- Вы делали свою работу, Ирина. Качественно делали. И я же сказал, что навел о вас справки.
- Так быстро?
- Это раньше, в бумажную эпоху, требовалась неделя, а то и не одна. Сейчас все быстрее. Вы вчера назвали фамилию, позвонив с мобильного телефона. Сегодня утром у меня на столе было полное досье на вас. Вплоть до… - он медленно провел глазами по той моей части, которая не пряталась под столом, - до размера одежды. Моя служба безопасности зря хлеб не ест.
- Я могу подумать? – где-то одной ногой я уже была согласна, но все еще не решалась шагнуть в ту самую пропасть, куда тянуло все сильнее.
- Выдолжныподумать, - с нажимом ответил Дарьялов. – Это не в «Пятерочку» кассиршей устроиться. Я вас не тороплю. Насколько мне известно, вы консультируете сейчас частным порядком. Препятствовать не буду. При условии, конечно, что это не пойдет в ущерб основной работе.
Он взглянул на часы, допил кофе, поставил чашку на блюдце.
- Как вы смотрите на то, чтобы поужинать со мной?
- Это входит в мои служебные обязанности?
Ира, Ира, у тебя что, борзометр зашкалило? Отлегло от жопы, что бочка с цементом отменяется, и сразу язык развязался?
Дарьялов рассмеялся.
- Разумеется, нет. И в личных, и в рабочих отношениях я ценю добровольность. Рабский труд не производителен, а личное… Мне не нужны отношения, основанные на принуждении. Я просто приглашаю вас составить мне компанию за ужином. Откажетесь – поеду в ресторан один. В городе я наездами, домработница приходит только для уборки раз в неделю, сам готовить не люблю.
- Да я… как-то не одета для ужина в ресторане, - его взгляд завораживал, гипнотизировал, лишал воли. Ну да, ну да, конечно, добровольно…
- Так я вас и не в «Европу» приглашаю. Тут хватает мест без лишнего пафоса, но с прекрасной кухней.
- Хорошо…
- Тогда дайте мне минут десять кое-что закончить.
Он что-то читал с экрана, щелкая мышкой, потом с кем-то разговаривал по телефону, довольно резко. Выключил компьютер, надел пиджак.
- Ну вот, можем ехать.
В приемной Дарьялов положил перед секретаршей какие-то листки.
- Марина, подправь мой график и можешь быть свободна. Я сегодня в городе.
Парень в светлом летнем костюме, тупивший в телефон, поднялся и пошел за нами. Видимо, охранник. На парковке он подошел к белому «Хендаю», где сидел еще один, а Дарьялов открыл передо мной дверь синей «Ауди» с накачанным водителем за рулем.
- В «Фаворита», - приказал коротко.
Ехали недолго – на Стремянную. Один из охранников вошел в гостиницу следом за нами, держась на расстоянии, второй остался в машине.
- Вы везде с охраной? – спросила я со смесью удивления и сочувствия.
- Приходится, - поморщился он.
- И много их у вас?
- Четыре пары. Смена – двенадцать часов.
- Не мешает?
- Я привык, - он открыл меню, положенное перед ним официантом, и мне осталось лишь последовать его примеру. – К тому же они со мной не по приговору суда, всегда могу сказать: «Погуляйте немного».
- И что, бывало такое, что им приходилось… прикрывать собою?
- Бывало. Пару раз. Не считая взрывчатки под машиной, которую, к счастью, нашли. С тех пор в машине всегда кто-то есть – или охранник, или водитель. Это, конечно, не гарантия, но хоть что-то.
- Бр-р-р, - я передернула плечами. – Не хотела бы так жить.
- Ну я тоже не думал, что буду так жить, - заметив, что я листаю страницы, не зная, на чем остановиться, Дарьялов добавил, словно между прочим: - Здесь неплохо готовят рыбу. Судак орли в пивном кляре особенно хорош.
- Спасибо, попробую, - кивнула я.
- Вино?
- Да, белое.
Мы сделали заказ, официант принес в ведерке запотевшую бутылку, открыл, налил понемногу в бокалы, чтобы попробовали. Вино мне понравилось – легкое, терпкое, с едва уловимыми нотками миндаля.
- Ну… за знакомство? – Дарьялов приподнял свой. – И за то, что вы, надеюсь, перестали меня бояться. Ведь боялись же, Ирина, признайтесь?
- Да, - не имело смысла врать. – У вас репутация человека, которому на ногу лучше не наступать. Я была недостаточно внимательна. Не все данные проверила сразу. Например, кому по факту принадлежит «Северо-Запад Инвестинг». А когда проверила, было уже поздно.
- Все мы ошибаемся. Я – когда взял «Мини-Строй» под крылышко, хотя сразу понял, что Минин – гнилой перец и дел с ним лучше не иметь.
- Тогда зачем? – удивилась я.
- Их со мной свел один мой давний знакомый, учились вместе в Политехе. А Кирилл был в институте дипломником его друга. Такая вот получилась цепочка. Я надеялся со временем осторожно Минина убрать. Да нет, не буквально. Подтолкнуть к тому, чтобы Кирилл выкупил его долю. В итоге так и получилось, только на десять лет позже, чем я рассчитывал. И с тяжелой попоболью.
- Да, наверно, все хорошо вовремя.
Сначала разговор шел непросто – короткими фразами, с паузами между ними. Мы словно прощупывали друг друга, приглядывались, прислушивались. Фоном за всем этим стояла мысль, похожая на грозовой фронт: сейчас в моей жизни происходит что-то важное. Очень важное. Этот ужин – как минное поле. Один неверный шаг, и все пойдет, как говорит Ленка, по звезде. Причем не в прямом смысле, а в очень даже переносном, нехорошем.
Пойдет ли в прямом и циничном, без использования изящного эвфемизма? Я призналась себе, что эта вероятность меня не пугает. Но форсировать события не собиралась, предоставив им возможность развиваться свободно.
Постепенно стало легче. Может, вино сыграло свою роль, развязав язык и отпустив тормоза. Я уже не думала над каждым словом, как провалившийся шпион на допросе. Говорили больше о чем-то нейтральном: о путешествиях, книгах и фильмах, кошках и собаках. О любимых местах в Питере и окрестностях. Я честно призналась, что никогда не была в Выборге – как-то не сложилось.