Сестрица невесты принца (СИ)

Так что мне, хоть и не родственнице, пришлось брать на себя ответственность за потерпевшую.
У пострадавшей обнаружилось легкое сотрясение мозга и закрытый перелом левой ноги и ушиб мягких тканей на правой. Это не считая свезенного лица и ободранных локтей.
Я сидела под операционной, пока бабуле под наркозом собирали ногу и накладывали гипс. А после ждала в палате, куда женщину привезли после того, как пришла в себя.
Старушка была очень рада, обнаружив меня рядом.
— Мария Сергеевна, как вы себя чувствуете? — спросила, взяв в руки ладонь женщины.
— Спасибо, внученька. Уже хорошо, — она улыбалась чистой доброй улыбкой. Ее глаза светились от счастья.
Не иначе последствия перенесенного наркоза.
— Я вам тут кашу на раздаче взяла и чай, — показала на тумбочку у кровати.
— Спасибо, внученька, — вновь поблагодарила меня бабушка.
— Вам может что нужно? — поинтересовалась. — Я съезжу. Если вы мне доверяете.
— Ой, внученька, как же не доверять? Ты мне жизнь спасла, а я тебе не буду доверять.
И женщина принялась перечислять что ей нужно. И где эти вещи найти. А затем дала адрес и ключи.
Я пообещала сегодня же привезти.
— Да как же сегодня? На дворе уже ночь, — и, правда, на улице начинало смеркаться.
— Мария Сергеевна, не переживайте, я быстро обернусь, — пообещала.
А сама в это время мысленно гадала хватит мне денег на такси или нет.
Из палаты вышла с полной уверенностью что Вайолет давно уехал. Потому крайне удивилась, когда меня окликнули.
— Полина, ну как там бабушка? — ко мне подошел Вайолет собственной персоной.
На миг залюбовалась грацией мужчины. Настолько плавно и красиво он двигался. И, вообще, на фоне медицинских плакатов, которыми были увешаны все стены, он смотрелся как яйцо работы Фаберже. Случайно упавшее на картофельную кучу. Чуждо и инородно.
— Уже лучше. Операция прошла успешно. Мария Сергеевна отдыхает, — отчиталась перед мужчиной, стараясь не смотреть в глаза.
В его присутствии я чувствовала себя скованно. Все время хотелось сложить руки на груди. Инстинктивный защитный жест.
— Вас куда? Домой? — спросил он, когда выслушал краткий доклад.
— А? Что? Нет. Не надо меня домой. Мне еще к Марье Сергеевне надо, — помотала головой.
— Хорошо. К Марье Сергеевне, так к Марье Сергеевне. Адрес знаете? — мужчина не сводил с меня глаз. Кожей чувствовала его взгляд, блуждающий по моему лицу.
Я утвердительно кивнула.
И только после этого осознала, что тем самым как бы согласилась поехать с Вайолетом.
Одна. С ним. Вместе. В машине.
Нет. Ни за что.
  
Глава 31
 
— Я такси возьму. Не стоит волноваться. Вы езжайте по своим делам. И так задержались, — постаралась, чтобы не показать волнение.
Отказывать всегда неудобно. А отказывать человеку, оказавшему помощь, неудобно вдвойне.
— Я. Вас. Отвезу, — раздельно произнес мужчина, в его голосе мне послышалось рокотание срывающихся в ущелье камней. — Мне не сложно.
— У вас, наверняка, важные дела, — продолжала настаивать, подспудно чувствуя, что все мои возражения обречены на провал.
— У меня есть незаконченное дело, — начала радоваться своему избавлению. — И имя ему Мария Сергеевна. А я привык всегда доводить дела до конца, — твердо заявил мужчина. — Поэтому, никаких возражений. Мы едем вместе.
Вот так. Сказал, как отрезал.
— Но…
— Никаких «но». Если вы закончили дела в больнице, то идем к машине. Вас же, наверняка, дома ждут.
А вот об этом я не подумала.
Точно.
Мама ждет творог. А его все нет и нет.
И звонить ей смысла нет. Накричит так, что мало не покажется. Лучше уж потом. Сразу за все. Оптом.
— Угу, — подтвердила. Не рассказывать же о своих семейных взаимоотношениях.
— Я буду возле машины, — коротко сообщил мне Вайолет. Как будто давал возможность сбежать.
Я бы так и сделала, если бы не одно «но». Выразившееся в пустом кошельке. У меня проскочила предательская мыслишка выйти из больницы через другой выход, взять такси до дома Марии Сергеевны. А Вайолет пусть стоит и ждет до первых петухов. Только мое финансовое положение пело романсы. А старушке я уже пообещала, что привезу вещи.
 
Вайолет как чувствовал мои сомнения и давал право выбора. Или возможность сбежать.
Но выбора, как такового у меня не было. А сбежать хотелось. Сильно. Аж пятки чесались.
Может быть я пешком дойду до дома Марьи Сергеевны?
Посмотрела на адрес, что написала на клочке бумаги.
Да вовсе и не далеко.
Подумаешь, пара локтей по карте.
На самом деле далековато, но что делать?
Посмотрела на часы. Успею до полуночи или нет?
Для мамы всегда являлось принципиальным мое появление дома в день выхода из него. Это Алина могла себе позволить задержаться за полночь. Я такой индульгенции не имела.
«Успею», — решила.
— Девушка, а у вас есть другой выход из больницы? — спросила у пробегающей мимо санитарки.
— А зачем вам? — последовал ответ.
— Да с парнем поругалась, а он ждет меня на центральном входе. Боюсь, что опять скандал устроит.
— Хм, — ухмыльнулась она. — Пойдем, покажу. Ревнивый, наверное?
— Кто? — удивилась.
— Парень. Кто же еще?
— Ревнивый, — вспомнила как этот «парень» чуть меня не придушил. Так что, практически не соврала.
— У меня тоже ревнивый был. Ох, и намучилась я с ним. Даже руку мог поднять. Твой-то тебя хоть не колотит? — с затаенной надеждой спросила девушка.
— Пытался, — вздохнула.
— Изверг. Вот все они такие. Вначале о любви говорят, золотые горы обещают, а потом, когда добиваются своего, то…, - она не договорила. — Здрасьте, — поздоровалась с мимо проходящим мужчиной.
— Видела? — кивнула головой.
— Кого? — не поняла.
— Да того, с кем здоровалась. Мой бывший. Гад заносчивый. Жениться обещал. А потом выяснилось, что вакантное место уже давно занято, — пожаловалась она.
— Обручен?
— Хуже. Женат. А мозги мне пудрил, мол, все несерьезно. Временные трудности. Знаем мы их временные трудности. Гады они все.
— Индюки, — подтвердила, втайне радуясь, что одного такого гада провела вокруг пальца.
— Вот дверь. О ней только свои знают. Можешь выходить, — девушка открыла неприметную дверь.
— Спасибо, — поблагодарила, выходя в темень. Дверь закрылась.
В первый миг показалось, что я ступила в беспросветную мглу. Лишь через несколько мгновений глаза привыкли и я смогла различать окружающие предметы.
И куда мне идти?
Ни дорожки. Ни указателей.
Решила пробираться вдоль здания, ориентируясь только на свои ощущения и надеясь на внутренний компас.
Мне б фонарик.
Ой, совсем забыла, что на телефоне есть такая функция.
Я достала из кармана сотовый. Включила экран, ткнула в нужную кнопку. И на земле появился освещенный кругляш. Повела телефоном из стороны в сторону.
Свет выхватил детское личико с пустыми глазницами.
— Мамочки! — чуть не заорала.
А может быть и заорала. В тот момент я мало о чем могла думать.
От страха ноги приросли к месту. Но это и к лучшему, иначе я бы поломала эти самые ноги о мусор, валяющийся со всех сторон.
Хорошо, что не выронила телефон, а смогла еще раз взглянуть в лицо ужасу. При повторном осмотре безглазое лицо оказалось головой куклы. Похожая была у меня в детстве.
И откуда она только взялась на моем пути?
Да оттуда, кто-то выбросил на помойку, а собаки разнесли. Вот и весь ответ.
Сердце не успокаивалось, но стучало уже не так часто. Я же продолжила двигаться вдоль задней стены здания.
Хоть бы фонарь поставили, а то не видно ни зги. Только ноги ломать в такой темноте.
Предательский голосок напомнил, что это был мой выбор. Вместо теплого и уютного салона машины выбрала неизведанный путь, на котором со всех сторон подстерегают опасности.
 
К тому времени как я прошла вдоль неосвещенной части здания, я несколько раз отругала себя и свое предвзятое отношение к Вайолету.