Навсегда с тобой (СИ)

Мама Сергея и с третьим мужем продолжала искать счастье на дне стакана. Но, несмотря на её пристрастие к спиртному, у них в доме всегда было чисто, тепло и уютно. В холодильнике всегда была готовая еда. И Сергей был опрятно одет. Саму Тамару тоже трудно было назвать пьяницей: ухоженная, элегантная и красивая. Она одевалась только в стильные вещи, пусть они и были куплены в Секонд-хенде. Из дома она не выходила без макияжа и причёски. В общем, мужчины постоянно оборачивались ей вслед. И Тамаре это нравилось. В такие моменты её осанка становилась ещё идеальней, а улыбка ещё обворожительней.
В самом начале их супружеской жизни Тамара родила девочку. Маленькую и улыбчивую Иришку. Сергей насмотреться на неё не мог. Он готов был с сестрёнкой сидеть и днём и ночь. Нянчится, холить и лелеять. Но… Иришка не дожила до своего первого дня рождения. Врачи сказали, что так бывает — Синдром внезапной детской смерти. Горю в их семье не было предела. Взрослые с этого момента стали ещё больше пьянствовать (хотя, казалось бы, куда ещё больше?), но из-за постигшей их семьи беды расходиться не спешили. Так и прожили ещё несколько лет, пока Александр не замёрз пьяный в сугробе. Тамара вновь овдовела. Сергей лишился хоть какой-то мужской опоры в семье.
Но такое обстоятельство дел было не долгим. Тамара встретила свою очередную любовь и согласилась на предложение нового супруга переехать в другой город. Сергея оставили на попечения бабушки. С этого момента, фактически, можно сказать, Сергей остался один. Лишь соседи по лестничной площадке относились к нему как к родному. Романа Акимова он вообще считал чуть ли не старшим братом, а Пелагею Ивановну любил как свою кровную бабушку. И они отвечали ему взаимностью. Да и лучшие друзья Лев Самохвалов и Павел Сверчков были теми, кто не отвернулись от него. Не предали их дружбу…
Когда Сергей остался совсем один, именно семья Акимовых взяла его под свою опеку, окружив заботой и поддержкой, ведь практически сразу после похорон бабушки, мать Сергея уехала к себе домой. Кто-то мог бы упрекнуть её за такой поступок и отношение к сыну, но не Сергей. Он продолжал так же сильно любить родительницу, как и прежде. Просто она такая, какая есть. Главное, что она есть и она его мама.
Тамара иногда приезжала проведывать сына. И в такие моменты она баловала его разными вкусностями собственного приготовления. Сергей с детства больше всего любил домашнюю лапшу. Вот и в этот приезд она решила побаловать сына этим блюдом.
— Как твои дела, родной? — целуя его в обе щеки и с любовью разглядывая его лицо, поинтересовалась она.
— Хорошо, — улыбаясь ей в ответ широченной улыбкой, ответил Сергей. И только после этого нехотя отпустил мать из своих объятий.
— Замечательно! Садись, я сейчас накрою на стол и будем обедать, — распорядилась Тамара, поворачиваясь к плите, на которой томилось на маленьком огне её фирменное блюдо. — Девушкой обзавёлся? Когда мне внуков подаришь? Я же не молодею. Вдруг, случится так, что вообще не смогу приезжать к тебе?
— Не обзавёлся, м всё с той же улыбкой на лице, отозвался Сергей, хотя мысленно и вспомнил при этом Хмелёву. Но быстро отогнал эти мысли прочь. — И не наговаривай на себя! Ты у меня молодая и красивая!
Тамара действительно не выглядела на свои годы. Ей можно было дать лет тридцать пять, не больше. Она была всё такой же худенькой, маленькой и с безупречной внешностью. Просто удивительно, что со своим пристрастием к спиртному, она смогла сохранить такие внешние данные. Хотя, в последние пять лет она мало выпивала. Только по праздникам и только один бокал красного вина. Её последний муж строго следил, чтобы его любимая жена не вернулась к своей пагубной привычке. Да Тамару и не тянуло на алкоголь. Наверное, и вправду нужен рядом правильный человек, чтобы избавиться от алкоголизма…
— Спасибо, конечно, за комплимент, но не стоит забывать о моём возрасте и здоровье, — добродушным тоном заметила Тамара, ставя перед сыном тарелку с домашней лапшой и подливкой. Потом она точно такую же порцию поставила и себе, и в довершении их маленького пира достала из холодильника пиалу с салатом «Оливье». — Володя передаёт тебе «привет» и приглашение в гости к нам на зимние каникулы. Приедешь?
 
— Нет, мам. Ты же знаешь, что мы не очень ладим с ним. Но передавай ему от меня ответный «привет» и благодарность за приглашение. Я лучше с Акимовыми встречу Новый год. Так всем спокойнее будет. Ну, или в компании с Лёвкой и Пашкой.
— Уж лучше бы в компании своей девушки, — понуро проворчала Тамара.
Сергей на её заявление лишь задорно рассмеялся:
— Современным девушкам неинтересные простые рабочие парни. Им подавай олигархов.
— Не стоит обобщать! Я не верю, что на такого красавца как ты, не вешаются девушки!
Сергей неопределённо пожал плечами, лукаво улыбаясь, но говорить ничего не стал. Вместо этого он с энтузиазмом принялся за еду.
Тамара поджала губы, но больше с расспросами на эту тему лезть к сыну не решилась. Всё же прав у неё не так-то много, чтобы требовать от своего ребёнка честных ответов.
Вторая половина дня прошла в тихой и домашней обстановке. Мать и сын провели это время за разговорами, приятными воспоминаниями и просто в молчании, наслаждаясь обществом друг друга.
А поздним вечером, когда Тамара уже заснула, Сергей тихонечко подошёл к её кровати и опустился на колени, смотря на безмятежно спящей родительницей. Грустная улыбка поселилась на его лице, и он не стал её прятать. Ласково погладив мать по голове, он какое-то время просто любовался чертами её лица. Потом он невесомо поцеловал её в лоб и тихо удалился к себе, чтобы уже на следующее утро проснуться вновь одиноким: мать ранним утром, как всегда, уедет обратно к своему мужу…
Перед сном Сергею опять вспомнился сегодняшний эпизод с Линой. Она так легко согласилась на предложение Баландина. Значит, ей действительно не нужны были серьёзные отношения с ним, Сергеем. Он просто использованный материал для неё. Не более.
Утром он проснулся действительно одиноким: матери и след простыл в его квартире. Сергей грустно улыбнулся этому факту и потопал в кухню. Там, на столе, стояла тарелка с румяными оладьями, увы, уже холодными, но от этого не менее вкусными. Сергей знал, что в холодильнике он обязательно найдёт пакет молока. И так оно и было. Сытно позавтракав, хотя обычно он предпочитал с утра только кофе, Косарев собрался и вышел из дома.
В стены родного университета он входил уже с обаятельной улыбкой на устах. Его грусть от отъезда матери прошла быстро и бесследно: зачем грустить о том, что было неизбежно?
По пути в нужную аудиторию, он здоровался со своими многочисленными знакомыми, но ни с кем не остановился поболтать, решив, что лучше он повторит материал по нелюбимому предмету, чем потратит это время на пустую болтовню.
В аудитории он занял своё привычное место и достал толстую тетрадь. Его одногруппники смеялись и что-то бурно обсуждали, но Сергей смог легко отгородиться от шума и сосредоточится над конспектами. Однако в какой-то момент, словно неведомая сила заставила его оторвать взгляд от исписанных корявым почерком страниц и посмотреть в сторону входа. В этот момент в помещение вошла сияющая Хмелёва под руку с Баландиным. Красивой парой они получились. Эффектной. Идеальной.
Сергей улыбнулся без тени злорадства и, кивнув им в знак приветствия, вновь вернул всё своё внимание конспекту.
  
ГЛАВА 7. Бал
 
Сергей не знал, зачем пришёл сюда. Он не собирался появляться на этом празднике жизни. Хотел провести вечер в обществе пацанов Акимовых за просмотром футбола и поеданием пиццы. Но он так и не позвонил Роману, чтобы предложить забрать мальчишек к себе. А потом вообще не задумываясь над своими действиями, взял телефон, кошелёк, связку ключей и выскочил из квартиры, будто опаздывал на собственную свадьбу…
Вокруг все были радостными, улыбчивыми и уже подвыпившими. Многие махали ему рукой в знак приветствия, и Косарев кивал им в ответ. Он взглядом искал своего друга. И таки нашёл. Лев стоял в компании Шведовой, обнимая одногруппницу за талию и внимательно слушая её. Карина выглядела великолепно. Да и Лев постарался выглядеть сегодня презентабельно. В общем, его друзья блистали. Один он явился на этот дурацкий бал в простой белой рубашке и тёмно-синих джинсах. Ну да ладно.