Дом Неба и Дыхания

– Ставлю на этого парня, – пробормотал Исайя.
– Я тоже. Она еще слишком зеленая и долго не продержится.
Хант отер пот со лба, радуясь, что укоротил волосы еще до наступления жары. Солас медленно поджаривал их, будто мясо на углях. Хорошо еще в казарме он успел переодеться в шорты и футболку.
– В конечном счете это особого значения не имеет, – сказал Исайя, видя, как мужчина эфесом меча ударил соперницу в челюсть. Брызнула кровь. – Если мы не вляпаемся в войну.
В войну – великую уравнительницу всего.
Хант промолчал. Ночью он почти не спал. Не мог успокоить кружащиеся мысли. Ему хотелось поговорить с Брайс, но стоило ему приблизиться, как вены наполнялись кислотой, растворявшей все слова. Даже утром единственное, что он смог выдать, – это речь о необходимости поговорить.
Но Брайс не была бы Брайс, если бы не видела всего этого и не знала, чтó не дает ему покоя. Взяв его за руку, она сказала «да».
Хант проверил мобильник. До обещанного визита Тариона оставался час. Отлично.
– А ты как думаешь? – отрешенно спросил Исайя. – Нас опять бросят туда? На те же поля сражений?
Хант знал, о каких полях речь, хотя таких полей было множество. Десятилетия назад, когда Офион только зарождался, Сандриела послала их с Исайей убивать человеческих мятежников.
– Надеюсь, что нет, – ответил Хант, преграждая путь хлынувшим картинам прошлого.
Бойня посреди раскисших от дождя полей. Дымящиеся механокостюмы, а внутри – истекающие кровью люди, управлявшие ими. Груды сломанных крыльев, высящиеся до небес. Помнится, тогда некоторые оборотни спятили, обратились в зверей и птиц и пировали на трупах вместе с воронами.
Он взглянул на Исайю. Что бы сказал друг, узнай он о вчерашнем приходе Тариона? Слова их тогдашнего спора в палатке Шахары и сейчас звенели в ушах Ханта. «Аталар, это опасная глупость. Мы полетим на собственную погибель. У нас ни союзников, ни путей отступления. Вы оба погубите нас всех!»
Хант тогда прогнал друга из палатки, а сам лег рядом с Шахарой, которая не спала и, лежа на походной койке за занавеской, слышала весь разговор. Она успокоила Ханта, сказав, что Исайя ошибается, что в нем говорит трусость. И Хант ей поверил, поскольку, как он впоследствии понял, сам боялся. Он ей поверил, и потом они самозабвенно трахались. А спустя несколько часов после восхода солнца Шахары не стало.
Хант тряхнул головой, прогоняя воспоминания, и вновь сосредоточился на зрелище поединка. Женщина пригнулась и ударила противника кулаком в живот. Он рухнул, словно мешок с мукой. Хант усмехнулся, еще не до конца освободившись от ужаса воспоминаний.
– Приятная неожиданность, – сказал он и стал смотреть на другие пары состязающихся.
У всех на коже блестел пот. Белые, черные, коричневые и серые крылья громко шелестели. Лица многих были перепачканы кровью.
Наоми парила в воздухе, обучая отряд бомбометателей. Хант старался не смотреть в дальний конец площадки, где Поллукс и Баксиан наблюдали за отрядом новобранцев. Баксиан почему-то был в своем облике крупного пса, черная шерсть которого влажно поблескивала.
Было странно видеть здесь два этих куска дерьма вместо Вик и Юстиниана.
Нечего вообще на них смотреть, однако он смотрел. Оценивал звериный облик Изверга. Ханту доводилось видеть, как этими челюстями Баксиан отгрызал противникам руки и ноги. По суше он перемещался со скоростью, не уступавшей скорости полета. Словно почувствовав на себе внимательный взгляд, Баксиан повернул голову, и его темные глаза сверкнули.
Во взгляде Баксиана Хант прочитал откровенный вызов, и в нем все встрепенулось. Настороженность не прошла и тогда, когда Изверг вернул себе облик ангела, ошеломив других малакимов.
– Расслабься, – посоветовал Ханту Исайя.
В этот момент Баксиан что-то сказал Поллуксу и неспешно двинулся в их сторону.
Ростом Баксиан почти не уступал Ханту. Несмотря на изнуряющую жару, он целиком был в черном – под цвет своим крыльям и собачьей шерсти своего звериного обличья.
– Знаешь, Аталар, я думал, что ваши занятия на Вальбаре проходят поинтереснее. Удивляюсь, как ты еще не помер здесь со скуки.
 
Исайя подмигнул Ханту и благоразумно пошел проверять состояние парня, побежденного соперницей.
Предатель.
– Некоторые из нас истосковались по нормальной жизни, – ответил Хант.
Баксиан усмехнулся:
– После всех тех сражений, после завоеванной тобой славы, обладая даром метать молнии… ты жаждешь заурядной работы с девяти до пяти? – Он дотронулся до шрама на шее. – Воин, нанесший мне этот шрам, ужаснулся бы таким желаниям.
– Воин, который тебе его нанес, всегда хотел мира, – процедил сквозь зубы Хант.
– Когда твоя молния обожгла меня, угрожая сжечь заживо, мне так не показалось.
– Тогда вспомни, как ты не моргнув глазом выдал Сандриеле семью мятежников. Сам напросился.
Баксиан тихо и невесело засмеялся. В его черных крыльях шелестел жаркий сухой ветер.
– Ты всегда был дурнем, понимавшим все буквально. Не научился читать между строк.
– Как понимать твои туманные словечки? – спросил Хант, и вокруг его пальцев заплясали молнии.
– Пусть я и не был рабом, как ты… до недавнего времени. – Баксиан кивком указал на чистый лоб Ханта. – Но выбора у меня было не больше, чем у тебя. И потому я тоже служил Сандриеле. Только не выказывал недовольства.
– Не гони. Ты охотно ей служил. Решил переписать историю, перебравшись на новое место? Не получится.
Крылья Баксиана зашелестели.
– Ты ни разу меня не спросил, почему я пошел к ней в триарии. Ни разу за десятки лет. Ты так ведешь себя со всеми, Аталар. Поверхностно.
– Отвали и занимайся тем, что тебе поручили.
– А мне это и поручили. Губернатор прислала сообщение и велела наладить с тобой партнерские отношения.
У Ханта свело живот. Неужели Селистена каким-то образом узнала, что Тарион разыскивает мальчишку-буревестника и что он обращался к Ханту за помощью? Вот и приставила к нему Изверга в соглядатаи. Будет доносить о каждом его шаге.
– Мне только тебя не хватало… подарочек от Хела.
– Я был вынужден целых сто лет провести бок о бок с этим негодяем. – Баксиан усмехнулся и кивнул туда, где стоял Поллукс. – Теперь пусть эту ношу тянет кто-то другой.
Он махнул в сторону Наоми.
Эгоистично ли испытывать радость, что его не поставили в одну упряжку с Молотом?
– Почему она не сказала нам утром, во время встречи?
– Думаю, хотела понаблюдать за нами. – Баксиан наклонил голову, указывая на камеры. – Чтобы наше поведение не изменилось раньше времени. А потом решила, кого с кем поставить.
– С какой целью?
Словно в ответ, у Ханта завибрировал телефон. На экране светилось сообщение от Селистены.
«Сегодня Исайя сопровождает меня по городу. Я встречаюсь с представителями местных властей. Вам с Наоми я поручаю помочь освоиться двоим нашим новичкам. Мне бы хотелось, чтобы ты установил партнерские отношения с Баксианом. Введи его в курс дела, расскажи о существующих правилах. Это касается не только особенностей Тридцать третьего легиона, но и устройства жизни в городе. Помоги ему влиться в жизнь Вальбары».
Хант задумался, хотя все внутри его стонало. Он помнил, что вся крыша Комитиума утыкана камерами. Наверное, сейчас архангелица следила за выражением его лица.
– Она что же, поручила Наоми помочь Поллуксу освоиться?
Судя по хмурой физиономии Исайи, тот тоже получил сообщение. Он мельком взглянул на Ханта. Исайя был взбудоражен, и причина крылась не в выпавшей ему чести сопровождать губернатора. Хант это прекрасно понимал.
Хант повернулся к Баксиану. Тот наверняка догадался, какие распоряжения получил ангел.
– Хела с два Поллукс позволит кому-то вводить его в курс дела и рассказывать о правилах.
– Тогда пусть сам себе роет могилу в этом городе. Он слишком рассержен разлукой с Ланью, оттого и не понимает новой реальности.
– Вот уж не думал, что Молот может переживать из-за разлуки с кем-то.