Дом Неба и Дыхания

Тарион выждал пять минут, после чего протянул мускулистую руку и нажал другую кнопку. Пока вода покидала шлюзовую камеру, он сидел, лениво покачивая русалочьим хвостом. Затем приказал телу совершить обратное превращение. Вдоль хвоста запульсировал свет. Появилась боль, неизменно сопровождавшая превращение хвоста в ноги. Тело освободилось от чешуек, став обычным голым человеческим телом.
Брюки насквозь промокли, но Тариону это не мешало. Он натянул мокрые брюки, радуясь, что прибежал в камеру без обуви. Не сосчитать, сколько пар он потерял, мчась туда в последнюю минуту.
В теле еще ощущалась боль. Кряхтя, Тарион встал и открыл дверь шлюзовой камеры. Желая согреться, схватил одну из ветровок, висящих вдоль стены. На спине желтели буквы «РСГД». Разведывательная служба Голубого Двора. Вообще-то, эта служба являлась частью Вспомогательных сил Лунатиона, однако Речной Королеве нравилось считать свои владения независимыми.
Возвращаясь по коридору в кабинет, Тарион просматривал донесения агентов. Одно заставило его остановиться. Наверное, Огенас все-таки благоволила ему.
Оборотень-зимородок сообщил о находке в Нельтианских болотах. Три часа назад там обнаружили небольшую пустую лодку. Казалось бы, ничего особенного, однако глаз агента зацепился за регистрационный номер. Лодка была зарегистрирована на Пангере. Остальная часть донесения заставила Тариона вприпрыжку помчаться в свой кабинет.
В лодке находился спасательный жилет взрослого размера с надписью «Бодегравен». Помимо жилета, в пустой лодке остался запах. Человеческий, мужской. Точнее, мальчишеский.
Странным было то, что спасательный жилет с корабля, на котором плыл брат Зофи Ренаст, оказался в совсем другой лодке, да еще вблизи города, где, по сообщениям Даники, находилось тайное убежище.
Эмиль Ренаст почти наверняка был на этой лодке. Вопрос: имелись ли у мальчишки основания предполагать, что его сестра уцелела после столкновения с Ланью? Может, брат и сестра Ренасты разными путями направлялись к месту встречи? Тарион догадывался, к каким местам относятся загадочные указания Даники, но все они вызывали у него настороженность. Вопрос о том, зачем его королеве понадобились Эмиль и Зофи (живая или мертвая), оставался открытым. Но что ему было делать, кроме как выполнять приказ?
Права самостоятельного выбора он лишился давным-давно.
Взяв глиссер, Тарион помчался на север от города, в сторону Нельтианских болот. Добираться туда было около часа. Река изгибалась, пробираясь сквозь царство качающихся камышей к морю. На одном таком изгибе торчал небольшой ялик, наполовину вытащенный на травянистый берег. Тот, кто вытаскивал лодку, явно торопился. Наклоненная под таким углом, она легко могла опрокинуться.
Над болотами взлетали и садились птицы. Тарион сбросил обороты глиссера, чтобы подплыть ближе и осмотреть лодку. Из зарослей за ним следили немигающие глаза.
Тарион вздрогнул. В здешних болотах водились опасные речные чудовища. Даже Тариону приходилось с осторожностью выбирать дальнейший путь. Собекам хватало мозгов не связываться с русалом, но самка отважится на все, чтобы накормить вечно голодное потомство.
Тринадцатилетний мальчишка, каким бы даровитым он ни был, для этих тварей что-то вроде особо вкусного десерта.
Водная магия Тариона подвела его вплотную к лодке, после чего он перепрыгнул туда. От сотрясения заклацали пустые консервные банки и бутылки из-под воды. Тарион рванул дверь маленькой каюты. Помимо одеял и таких же пустых банок, там тоже ощущался человеческий мужской запах.
На палубе, возле штурвала, виднелись глинистые следы, оставленные детскими ногами. Значит, на этой лодке действительно плыл ребенок. Неужели он один добрался сюда с Пангеры? Тарион еще раз оглядел хаотично разбросанные банки и бутылки. В нем зашевелился страх и сочувствие к юному путешественнику.
Тарион проверил лодочный двигатель. Топлива более чем достаточно. Значит, лодка не исчерпала ресурс первосвета. Ее попросту бросили здесь. Высадка была намеренной. Это наводило на мысль, что Зофи сообщила брату о месте встрече. Но если мальчишка оставил лодку здесь, посреди вотчины собеков… Тарион растерянно почесал подбородок.
 
Прислушиваясь и принюхиваясь, он медленно обогнул окрестные камыши… Что за Хел? Человеческая кровь. Камыши были густо забрызганы ею. Приготовившись к худшему, Тарион направился туда.
Облегчение, испытанное им, было недолгим. Запах принадлежал взрослому, но исходил от… руки. От оторванной руки, которую попросту откусили возле плеча. Судя по следам зубов, бедняга наткнулся на собека.
Сражаясь с подступающей тошнотой, Тарион подполз ближе. Снова принюхался.
Запах, исходящий от руки, был более свежим, на день-два свежее запаха в лодке. Может, откусанная рука появилась здесь по чистому совпадению, однако Тарион хорошо знал эмблему, уцелевшую на темно-сером лоскуте рукава, возле самого места укуса. Перекрещенные винтовка и меч на фоне солнца.
Эмблема Офиона. Над первым солнцем виднелось второе: не золотистое, а красное, заходящее… Погибший принадлежал к элитному эскадрону Светопад, возглавляемому Пиппой Спецос.
Осторожно, стараясь двигаться максимально бесшумно, Тарион отправился дальше, моля богов, чтобы не наткнуться на логово собеков. Здесь человеческих запахов было еще больше. Несколько мужских и один женский. Все взрослые. И все добирались не по морю, а со стороны суши. Огенас милосердная, неужто Пиппа Спецос лично привела сюда свой эскадрон, чтобы найти Эмиля? Должно быть, они увидели брошенную в камышах лодку и попытались к ней подойти. Одному из ее бойцов это стоило жизни.
Последнее время Офион нес потери. И все-таки мятежники послали сюда лучшее подразделение. Светопад позарез был им нужен на Пангере, однако они, не жалея средств, отправили Пиппу на Вальбару. Вряд ли они разыскивали мальчишку по доброте душевной. Вдруг Эмиль покинул лодку не по указаниям сестры, а потому, что почувствовал: ему сели на хвост? Вдруг он поспешил в город не только на поиски сестры, но и желая скрыться от мятежников?
Тарион вернулся на ялик и снова внимательно его осмотрел. Спустился в низкий, тесный трюм и стал рыться там, разгребая одеяла и всякий хлам.
Ага! Карта вальбарского побережья. С пометками. Одним кружком были обведены болота. Другим… Тариона передернуло. Если Эмиль Ренаст решил пешком добираться отсюда до Города Полумесяца…
Достав телефон, Тарион вызвал своего помощника и приказал немедленно отправляться в сторону Нельтианских болот, а затем, по суше, обратно в город. Естественно, с оружием. Помимо хищников, обитающих в камышах, не исключена стычка с мятежниками, поскольку те наверняка двинулись по следу мальчишки.
Если разведчикам королевы удастся найти Эмиля… Тарион приказал внимательно следить за братом Зофи. Возможно, станет ясно, куда он направляется и с кем встретится.
Конечно, если Эмилю удалось живым выбраться из этих болот.
12
Хант вытянул ноги и сложил крылья так, чтобы не повредить их, прислонившись к спинке деревянной скамейки. Брайс села рядом. В руке она держала рожок с фисташковым мороженым и слизывала капли с подтаявших краев. Хант старался не смотреть, как она ловит языком каждую светло-зеленую капельку.
Это и было его наказанием за потасовку с Поллуксом? Сидеть и смотреть, как она лакомится мороженым?
Он перевел взгляд на скутер. После звона Селистены Брайс сломя голову помчалась в Комитиум. Когда они вышли оттуда, она катила скутер за руль до самого парка.
– Что с твоим железным конем? – откашлявшись, спросил Хант.
Брайс нахмурилась:
– Пока ехала в Комитиум, услышала посторонний стук. Я не рискну ехать на нем обратно. – Она выгнула бровь. – Не хочешь ли проявить галантность и дотащить его домой?
– Я уж лучше донесу тебя по воздуху.
Тащить по воздуху скутер будет тяжеловато, но он справится. Хант вспомнил о своем мороженом. Кофейном. Его рожок тоже подтаял. Самое время слизать капли. Хант старался не замечать, что Брайс следит за каждым движением его языка.